Хождение на Кудыкину Гору « Папа Карп

Хождение на Кудыкину Гору

hojdenie-na-kudikinu-goru1

Это четвертая книга про богатыря Ваню. Нежданно-негаданно напасть страшная на Руси! Дикие, свирепые, жаждущие крови, жутко агрессивные и очень опасные охламоны! И много их!

Не только умение сражаться, но и умение разруливать дела мирно и дружелюбно понадобится нашим русским героям. Да и колдуны русские готовы помочь. И не только русские. И не только колдуны.

И как символ – посреди страшной опасности вдруг загорается и расцветает любовь мужчины и женщины. А еще – пробуждаются древние силы, ждавшие до поры. Случится ли у охламонов прояснение в мозгах?

Древний народ, древняя культура – еще более древняя, чем наша Древняя Русь. Да какая глубокая!

Скачать (0,4 MB)

ХОЖДЕНИЕ НА КУДЫКИНУ ГОРУ

Все очень загадочно. В нашей жизни все не просто, неспроста. Мы идем, куда глаза глядят. И что-то встречаем, что-то происходит. Не так, как мы думали, не так, как можно было предположить. Так как есть! Нас ведет непрерывная цепь событий, требующая от нас немедленных уверенных и правильных решений.

В мире не хватает Любви. И от этого люди и все живое становится злым и бесшабашным. Как же противостоять этому?

Охламоны – древнее проклятие нашей земли. Чтобы встретить самих себя, надо отправиться в дорогу. Куда? Куда-куда – на Кудыкину Гору!

* * *

Мы с собой одной крови – ты и я.

Р. Киплинг «Маугли»

* * *

В глуши лесной, на большой поляне, под ветвями огромного сбросившего листву дуба сидел кот Баюн и размышлял вслух:

– У нас на Руси все экстремально. Неожиданные события, крутые повороты судеб, жуткие опасности… Да… Мяу… Хорошо еще, если хорошо кончается! Но что есть конец события?! Как давно Ваня ушел из дома пятнадцатилетним парнем! А уже богатырем стал! Да и остальные за это время изменились… Вот Светлана из девочки-кикиморы княгиней стала, женой князя Андрея. Аделаида ребенка родила… Надо и нам с Муркой еще кого-то родить. Чтобы события на Руси развивались достойно.

Кот повертел головой, оглядывая осенний лес. Холодный ветер ворошил опавшую листву, дергал тяжелые еловые ветви…

– Пора бы уж снегу выпасть. Что-то поздно в этом году… -– пробормотал Баюн. – И вообще… Чует мое сердце: что-то зреет в глубинах! А всем хоть бы хны. Безалаберные люди эти русские человеки…

– Кончай бурчать, – сказал ему, выходя из избы, лесной колдун. Белая его борода топорщилась как-то необычно. – Скоро что-то должно случиться. Не знаю что, но надо расслабиться, запасти сил и хорошего настроения. Чтоб в экстремальных условиях действовать эффективно. Понял? Иди вон Мурке песню спой. Она скучает в избе. Но ценишь ты свою жену.

– Ценю! А как же еще?! Просто не балую. Чтобы в случае экстремальных условий была готова к трудностям, – ответил кот, лениво щурясь на своего хозяина. – А кстати. Чего это по нашим русским лесам этот рыцарь германский со своим оруженосцем болтаются? Чего им тут надо? У нас своих, что ли, дураков да бабников мало?

– Судьбу ищут. А ребята они неплохие. Поумнеют у нас тут живо, коли не сгинут. Это ведь Русь-матушка! Здесь что ни пень – то урок жизни, что ни болото – то средство самосовершенствования, что ни колдобина на дороге – то новая возможность… Русь…

– А чего будет-то? Что зреет? – спросил Баюн.

– Будущее будет. Оно и зреет, – ответил старичок и ушел обратно в избу.

Кот посмотрел ему вслед, вздохнул, встал и тоже пошел в дом – петь песни своей жене кошке Мурке.

* * *

Случилось все сие, люди добрые, в Древней Руси.

* * *

Во время войны

Взрасти в себе Дух состраданья,

Помогай всем живым существам,

Забудь про желание сражаться;

Когда возникнет жестокая брань,

Собери свои силы,

Дабы уравнять враждующие стороны,

А после добейся примирения.

«Вималакирти-нирдеша-сутра».

* * *

Матюгаясь и чертыхаясь, князь Андрей скатился по лестнице княжеского терема. Звуки колокола, возвещавшего боевую тревогу, разбудили его среди ночи. Оставив княгиню Свету и наспех одевшись, он поспешил узнать в чем дело, на ходу натягивая кольчугу и держа в одной руке меч, который, слава Богу, не вытащил из ножен. Правая нога зацепилась за левую, и поэтому русский герой сосчитал ступеньки, ведущие в нижнюю залу. На последних ступеньках Андрей сориентировался и, лихо кувырнувшись, вскочил на ноги – уже в кольчуге и с обнаженным мечом. Находившиеся в зале стражники только рты открыли – таких приемов они не знали.

– Чего стряслось?! – рявкнул князь, стараясь встряхнуть людей и дать им ощутить, что все под контролем – даже неожиданные неприятности.

Дружинники закрыли рты и приободрились. Потом один из них ответил:

– Сами не знаем, княже!

– Двое – остаться здесь, остальные – за мной! – скомандовал Андрей и бегом ринулся к выходу из терема. Пятеро дружинников поспешили за ним.

Выбежали во двор.

И тут раздался громовой рев!

Казалось, даже стены задрожали.

«Неужто еще один злой дракон вылупился?!» – подумал князь, окидывая взглядом присевших от ужаса своих воинов, которых во дворе княжеского терема собралось уже человек тридцать. Все они были нормально одеты и при оружии – воевода дядя Вася свое дело знал и стражу держал всегда наготове.

– Коня! – громко крикнул Андрей, приводя в рабочее состояние дружинников. Увидев подбежавшего дядю Васю, он приказал: – Командуй тут, а я посмотрю в чем дело!

Взлетев в седло, князь поскакал по городу в сторону тех ворот, где бил колокол.

И тут снова раздался рев! Да какой! Конь под Андреем чуть было не остановился. И только железная воля всадника заставила его продолжать путь в ночной темноте по пустынным улицам проснувшегося в ужасе города.

Колокол все бил. И вот Андрей уже у ворот. Оставив коня, он моментально поднялся на стену, где располагалась боевая команда из пятнадцати дружинников.

Вид у них был, мягко говоря, растерянный.

– Что случилось?! Кто ревел?! – уверенным тоном поинтересовался князь у людей. Те лишь кивнули в сторону поля за стеной, где виднелись очертания какой-то крупной фигуры. Фигура явно была настроена на агрессивный лад.

– Может, из луков его? – вяло и неуверенно предложил один из воинов – седой дяденька с обвислыми усами и лысиной.

– Кто тут?! – громко крикнул Андрей фигуре, не удосужив дружинника ответом.

– Это Я!!! – заревел некто могучим басом. – Урою всех вас, мерзкие псы! А коли охота поближе познакомиться, так спустись-ка сюда, начальничек хренов! Иди-иди… Цып-цып-цып… Ха-ха-ха!

– Я князь Андрей и я не понимаю причин твоего гнева, чужеземец! Но я сейчас спущусь к тебе, – громко ответил князь и приказал воинам: – Веревку! Живо!

– Что ты, княже! Он же убьет тебя! – заохал самый молодой из стоящих рядом дружинников – конопатый парень, почти мальчишка.

– Молчать! – рявкнул на него Андрей, обвязываясь веревкой. – Спускайте!

Через несколько мгновений он уже был внизу. Отвязавшись, князь подумал секунду и вложил меч в ножны. После этого неспешно начал приближаться к огромной темной фигуре.

– Я пришел, – сказал Андрей неизвестному, пытаясь не свалиться в какую-нибудь канаву и не споткнуться о торчащие из земли корни кустов.

– Ну, пойдем к реке, поговорим, потолкуем, – донесся ответ из темноты.

– Пошли, – согласился князь. И, обернувшись к воинам на стене, крикнул: – Хорош трезвонить! И не вздумайте из луков стрелять или чем кидаться! Ясно?!

– Ясно, – донеслось со стены. И колокол затих.

Пройдя с полверсты, они дошли до берега реки. По дороге молодой правитель пытался разглядеть своего спутника, но это не удавалось. Тот был словно окутан темным туманом. У воды неизвестный вдруг молвил хорошо знакомым Андрею голосом:

– Привет, Андрюшечка! Ну ты и смелый! Но все же безрассудно это! Ай-яй-яй! Но молодец!

– Дядя Али! – поразился князь, тут же узнавая шайтана, так как темный туман рассеялся в один момент и в бледном свете узкого месяца можно было хорошо разглядеть улыбающегося друга и наставника.

– Ну, вот и я к вам в гости. Ненадолго. Решил похулиганить чуток. И тебе, опять же, для имиджу полезно будет. А у меня там пока племянник за коровами и огородом следит. Вот я и решил немного попутешествовать. На ковре-самолете. А вы как тут?

– Да у нас нормально. К зиме готовимся. Уже, видишь, холодно, а снега еще толком нету. Ваня с Анькой в лесу живут у Чоу – помогают с дитем нянчиться Аделаиде.

– А назвали как?

– Давидом.

– Серьезно. А ежели я тут у тебя погощу, то как это будет? Нормально?

– О чем вопрос, дядя Али?! Я тебя приму по высшему разряду! С почетом и с чем хочешь!

– Ну-ну. А народ как? А то я ведь страшный…

– Объясню, что ты обижать никого не будешь.

– Ну ладно. Давай. Посмотрю на ваши обычаи. Я ведь уже к Шелоду залетал. По пути. Он там всех держит в кулаке и в страхе. Ну, мы посидели с ним, чаю попили, потом я его и Лейлу на ковре-самолете покатал. Лейла там прижилась. По-печенежски шпарит свободно. Умная девушка! Да и Шелод – хороший парень. Я на них надеюсь!

* * *

Посидев так пару часов, пошли к городу. Уже светало. У ворот князь окликнул дружинников:

– Эй! Кто там главный?

– Я тут, княже, – раздался голос воеводы Степана Игнатьевича.

– Отлично! К нам прибыл в гости шайтан Али. Надо его принять с почетом. Подготовь все побыстрее. А Светлана где?

– В тереме. Мы волновались за тебя, но она всех успокоила. Сказала, что летучие мыши ей сообщили, что вы мирно беседуете у реки.

– Ну давай. Ей тоже сообщи.

Все забегали. В городе, конечно, никто не спал. По улицам поскакали дружинники, возвещая народу о прибытии иноземного шайтана и призывая встречать его согласно законам гостеприимства. Ворота открыли, но Андрей с дядей Али оставались пока в поле, ожидая, чтобы горожане приготовились как следует.

Прискакала Света. Спрыгнув со своего светло-серого в яблоках коня, она приветствовала шайтана и очень попросила его повлиять на Андрея, дабы тот отучился материться. Княгиня пожаловалась, что проснулась от нецензурной ругани.

Дядя Али только головой покачал: дело, мол, безнадежное.

– А где твой ковер-самолет? – спросила Света.

– Спрятал в надежном месте, – ответствовал шайтан, доставая из кармана халата великолепную алую розу и вручая ее девушке.

– Ой, спасибо! Вот это я понимаю – магия!

Так они стояли, беседуя о том о сем. Дядя Али периодически что-то доставал из карманов: то кулек шоколадных конфет, то затейливую брошку, то дивной красоты шелковый платок… Все это он вручал Свете и Андрею. Последнее, что шайтан достал, был пергаментный свиток.

Отдавая его ребятам, дядя Али пояснил:

– Это от Зульфии. Описание Европы. Карта и всякие сведения. На русском языке. Пригодится.

Народ глазел на них со стены, дивясь гостю, радуясь тому, что дело, похоже, обойдется мирно, и гордясь своим князем и княгиней.

* * *

Часа через полтора город приготовился к почетной встрече. Степан Игнатьевич вышел из ворот и, низко поклонившись величественно взиравшему на него шайтану и стоявшим рядом Андрею и Светлане, пригласил их войти в город.

Затрубили трубы и ударили барабаны. Народ в праздничных одеждах стоял вдоль улиц и орал приветствия. Дядя Али, низко согнувшись, с трудом влез в ворота, но дальше уже шел распрямившись и свободно, так как улица была широкой.

По обе стороны от почетного гостя шагали Андрей и Света. Сзади их сопровождали Степан Игнатьевич и небольшой отряд воинов. Дядя Али двигался не спеша, разглядывая людей и дома.

Дошли до рыночной площади. Там уже приготовили сидение для могучего шайтана и угощение. Дружинники выстроились и по команде дядя Васи издавали приветственные вопли. Тетка Фекла вынесла хлеб и соль на красиво вышитом полотенце.

Дядя Али, посолив, отправил в рот каравай хлеба, пожевал, проглотил, оглядел толпившихся вокруг жителей города и показал большой палец, добавив:

– Во! Классно и вкусно. Здорово, люди! Я люблю, когда меня уважают!

Начались всяческие приветствия. Дядя Али восседал на помосте и наблюдал все по очереди: гарцующих на конях ратников, низко кланяющихся бояр с подарками на подносах, танцующих девок в красивых длинных бело-розовых платьях, скоморохов с бубнами и гуслями… Дружок сидел рядом с шайтаном и все ему объяснял.

Часа через три дядя Али встал, поблагодарил всех присутствующих и предложил продолжить общение вечером, так как днем он привык спать. Неподалеку плотники уже соорудили огромный шатер из бревен и кусков войлока. Внутри сделали ложе из соломенных тюфяков. Туда и направился шайтан отдыхать.

Выставив вокруг шатра стражу, дабы никто не тревожил сон гостя, князь Андрей попросил народ не шуметь и пригласил всех вечером на пир.

* * *

Пировали весело, шумно и сытно. Дядя Али пел с народом русские песни и показывал магические фокусы. В конце празднества он произнес краткую речь:

– Ну спасибо! Уважили! Я теперь дальше отправлюсь. Желаю вам всего наилучшего.

После этого шайтан поднялся и неспешно двинулся к городским воротам. Народ его провожал. Все несли факелы и масляные фонари. Дружинники сопровождали дядю Али строем. Князь и княгиня шли рядом.

В поле шайтан сказал:

– Утром залечу к вам на ковре-самолете. Ненадолго.

И он быстрым шагом удалился.

* * *

Утром Андрей, Света и Дружок, стоя на стене княжеской крепости, ожидали прилета дяди Али. Они договорились, что он возьмет их с собой, так как шайтан направлялся в гости к Ане, Ване, Чоу и Аделаиде. Князь предупредил воевод и родителей Ивана об отлучке.

На рыночной площади, несмотря на ранний час, было полно народу. Все стояли, лузгали семечки и орехи и глядели в небо.

И вот появился ковер-самолет с восседавшим на нем дядей Али. Шайтан сделал несколько кругов над городом, заложил крутой вираж и с понтом затормозил прямо у стены, где стояли князь и княгиня.

Андрей, Света и Дружок забрались на ковер-самолет, положили несколько трюков, помахали руками провожающим и вместе с шайтаном понеслись над русскими полями и лесами.

* * *

Долетели быстро.

Приземлились.

Аня и Ваня в компании бывших разбойников встречали гостей. Давид спал в избе. Чудик сторожил его сон.

Чоу и Аделаида совершали прогулку по лесу где-то неподалеку.

После приветствий Иван предложил гостям располагаться, а сам пошел искать китайца и ведьму. Он бродил долго и вдруг услышал эмоциональные возгласы. Голос показался знакомым.

– О! О! Дивная фея русских лесов! О! Я ваш раб навеки! Я объехал полмира, но нигде и никогда не встречал столь красивой девушки! О!

Иван осторожно приблизился и из-за елки увидел славного рыцаря Ганса Путешественника, рассыпающего комплименты удивленно глядевшей на него Аделаиде. Чоу стоял рядом. Он слушал, улыбался и согласно кивал. Оруженосец Вилли находился неподалеку, держа под уздцы двух коней.

– О! Фея! Вы гуляете в столь диком лесу всего лишь с одним слугой! Это опасно! Я должен защищать вас! И я буду вас защищать! Вот мой меч! На нем – следы битв с маврами, викингами и людоедами…

– Ты, придурок, убери железку-то свою! – наконец сообразила что к чему Аделаида. – Я в твоей помощи и защите не нуждаюсь. Знаю я вас, пустобрехов! Бабам лапшу на уши вешать горазды! Скоты! Мрази!

– Что ты, что ты, милая! – заволновался Чоу. – Не надо его голый на елка сажать!

– Смерд! Молчать! – грозно рявкнул на китайца рыцарь. Потом он снова обратился к Аделаиде: – Сударыня! Я вижу, вы были обижены кем-то недостойным. Я готов отомстить за вас! Скажите лишь слово!

– Господин! Мы не знаем порядков местных. Может… – подал голос оруженосец.

– Молчи, Вилли. Эй, холоп, кто обидел твою госпожу? Говори быстро, а то узнаешь, каков я бываю в гневе!

Иван за спинами Ганса и Вилли высунулся из-за елки и состроил рожу. Аделаида захохотала. Чоу улыбнулся и сказал рыцарю:

– Ты похожий на обезьяна. Дурак.

– О! – зарычал Ганс. Он окинул взглядом маленькую фигуру китайца и, решив, что тот недостоин удара мечом, сунул оружие в ножны. Потом рыцарь прыгнул вперед и без замаха стукнул кулаком в то место, где только что находился Чоу. Аделаида снова засмеялась и пронзительно свистнула.

Тут же из чащи вышел медведь. Он грозно зарычал и встал на дыбы. Чоу уже успел вытащить у Ганса из-за пояса кинжал, перерезать ремень и вместе с находящимся в ножнах мечом рыцаря отскочить на несколько шагов.

– Мама!!! – заорал Иван громко и истошно. Кони рыцаря и оруженосца рванулись и умчались по тропинке. Вилли достал меч из ножен и остановился в размышлении. Сам рыцарь немного растерялся, но тут же бросился к оруженосцу и, выхватив у того меч, снова оборотился к медведю, видя в нем главного врага.

– Спокойно, ребята! – сказал Ваня, вылезая из-за елки. – Это такой русский прикол. Всё в ажуре. Тут все свои. Миша вас не съест. Да, Миша?

Медведь опустился на четыре лапы и кивнул. Аделаида строго сказала:

– Поменьше петушись! А за коней не волнуйся. Я не фея, а свирепая ведьма! Но коней верну. И не убью тебя, дурака.

Она свистнула – на этот раз заливисто и протяжно. Послышался топот копыт, и скоро на поляну выбежали кони Ганса и Вилли. Опасливо косясь на медведя, они подошли к своим хозяевам и виновато встали рядышком.

Узнав Ивана, рыцарь спросил:

– Мы снова, как это говорится по-русски, вляпались, да?

– Да, сэр, – ухмыльнулся парень. – Чоу, между прочим, – муж Аделаиды. Для него вас, сэр, замочить – все равно что таракана раздавить. Но вы не печальтесь. Он добрый обычно.

– О! Извиняюсь! О! Я уже все понял. Я…

Внезапно Аделаида закричала:

– Охламоны!!! Защищайтесь!

В первый момент никто ничего не понял, так как все приняли слово «охламоны» на свой счет. Но уже через несколько секунд все стало ясно. Из-за деревьев выскочила орда маленьких мохнатых человечков. Они бросились на Ивана, Ганса, Вилли, Чоу, Аделаиду, медведя и коней. Ростом каждый из нападавших был около метра. Оружия у них не было, но их руки украшали впечатляющие когти, а из орущих ртов виднелись очень крупные зубы.

Началась драка.

Охламонов было штук двести. Их нрав оказался очень свирепый. Они моментально окружили каждого из защищавшихся, нападая сразу со всех сторон. При этом охламоны страшно выли и грязно ругались.

Аделаида крикнула:

– Я за подмогой! Держитесь! Это всерьез!

Она растворилась в воздухе. Окружавшие ее охламоны взвыли от досады и тут же присоединились к тем, которые атаковали Ивана.

Рыцарь и Вилли стояли спина к спине и с остервенением махали мечами и кинжалами, отгоняя непонятных мохнатых монстров и держа их на относительно почтительном расстоянии.

Иван успел обзавестись дубиной и крутил ее вокруг себя, периодически попадая по какому-нибудь зазевавшемуся противнику. Но охламоны были очень ловкие и увертливые, так что потерь с их стороны в сражении с Ваней было мало.

Чоу убивал направо и налево. Его разящие удары неотвратимо настигали врагов, и в течение очень короткого времени на поляне уже валялось десятка три их тел. Сам же китаец был неуязвим, перемещаясь с неуловимой скоростью и совершая неожиданные маневры.

Медведю пришлось совсем туго. Он пытался защитить и себя, и коней, но огромное число ловких и быстрых врагов выматывало его. Скоро уже медведь с трудом отмахивался от них, тяжело дыша.

Наконец он заревел:

– Помогите!

Иван и Чоу бросились ему на помощь, немного отогнав охламонов. Но дела были весьма серьезные. Даже вечно невозмутимый и улыбчивый китаец выглядел озабоченным.

И вдруг раздался рев!

От неожиданности все замерли на мгновение, обратив взоры туда, откуда он слышался. Потом сражение возобновилось с прежней ожесточенностью.

Над поляной появился ковер-самолет. Он резко снизился, и с него попрыгали Андрей и ученики Чоу. Князь был вооружен мечом, а бывшие разбойники – палками и нунчаками. Дядя Али остался сидеть на ковре-самолете.

Охламонам пришлось тяжко. Чувствовалось, что китаец неплохо подготовил свою команду. Потеряв еще десятка два бойцов, нападавшие отступили. Они взвыли напоследок и быстро скрылись в лесу.

– Ни хрена себе! – молвил Ваня.

– Все быстро в деревню! – скомандовал Чоу, прыгая на ковер-самолет. Его ученики последовали за ним. Андрей и Иван – тоже. Шайтан щелкнул пальцами – и они уже неслись по воздуху.

Вилли и Ганс вскочили на коней и, ведомые медведем, поскакали в том же направлении.

* * *

В деревне быстро заняли круговую оборону. Но пока все было тихо. Маленький Давид еще не проснулся. Света, Аня и Аделаида заперлись с ним в доме, закрыв ставни и дверь. Все три женщины были вооружены мечами и кинжалами. Чудик продолжал сидеть на краю детской кроватки, чутко прислушиваясь ко всему вокруг.

– На этих тварей не действует никакая магия, – объяснил дядя Али. – Жуткое дело! Одно слово – охламоны!

– А чего им надо? – спросил один из учеников Чоу, Федор, сорокалетний дядька с черными кудрями и небольшим животиком.

– Убивают и съедают, – коротко объяснил шайтан.

– Понятно, – протянул Вилли.

– А может, больше не полезут? – предположил Ганс. – Мы ведь где-то четверть уложили. Ну… То есть вы уложили…

– А еще неизвестно, сколько их всего. Может, их тыща или две… – молвил Ваня, ковыряя в носу. – А ведь шустрые какие, гады! Ни фига дубиной не попасть!

– Ну! – согласился медведь. – Верткие, заразы, как ящерицы. Машу, машу лапами – а все без толку. А у самих-то когти – о-го-го!

– Вы уж, ребята, извините, я с такими не боец, – сказал дядя Али. – Мне их не поймать, не достать и не заколдовать. Буду висеть на ковре-самолете сверху в случае битвы. Могу вот еще ребенка и крысенка эвакуировать.

– Откуда они взялись-то? – спросил Иван у шайтана.

– Это чисто ваше русское явление. Я только читал про них. Предположительно, они родичи бяк и бук с Кудыкиной Горы. Но откуда берутся, я не знаю, – ответил дядя Али, вздыхая.

– А как же там Баба Яга?! – вдруг сообразил Иван. – Если колдовство не действует, то ведь ей может опасность угрожать!

– За маму не волнуйся, – сказала Аделаида из-за двери избушки. – У нее изба очень прочная. А в крайнем случае – улетит. Но вообще – бардак. Что делать – не знаю.

– Может, пригодится вот это? – с этими словами Ганс достал из-за пазухи костяной амулет на веревочке. – Мне его подарил один негр в Италии. Я его спас от утопления в реке. Ну, словом, если этот амулет разломить пополам, то в мозгах прояснится. Так негр говорил. Мне раньше нужды не было…

– Ну уж! – хмыкнул Иван.

И тут снова полезли охламоны! Опять со всех сторон. Их уже было не менее пяти сотен.

Закипела жаркая схватка, в центре которой находилась изба со спящим Давидом. Над домом парил на ковре-самолете шайтан. А вокруг сражались Чоу, Андрей, Иван, Ганс, Вилли, бывшие разбойники, Дружок и медведь. Коней заперли в сенях обороняемой избы.

Аня и Светлана стояли с обнаженными мечами, готовые к тому, что охламоны могут в любое время ворваться внутрь. Аделаида взяла крошечного Давида на руки, чтобы перенестись с ним в случае нужды на ковер-самолет. Чудик сидел у нее на плече.

– А может, тебе лучше сразу к маме или в город наш? – спросила Аня.

– Я не умею так далеко пока. Да и кроха еще мал. Ему это не очень полезно, – ответила ведьма.

Снаружи дела были плохи. Чоу метался среди атакующих, призвав на помощь все свое искусство. Он был совершенно неуязвим и сеял смерть, нападая на охламонов с тыла и стараясь отвлечь на себя как можно больше врагов.

Остальные просто держали оборону. Иван взял меч и махал им, стараясь не задеть своих. Он орал и расстраивался, что не возникло состояние, когда время как бы текло медленно-медленно.

И тут проснулся Давид. Он заплакал, почувствовав общий шурум-бурум. Чудик принялся звенеть волшебным колокольчиком, но малыш кричал совершенно безутешно. Аделаида пыталась дать ему грудь, но он отворачивался и махал ручками и ножками.

Воодушевленные криком младенца, ученики Чоу перешли в наступление. Иван с удивлением наблюдал, как эти ребята, которых он тренировал и к которым привык относиться покровительственно, были врагов с потрясающим искусством.

Охламоны явно растерялись. Потом в панике бросились бежать и скоро скрылись в лесу.

Бойцы остановились и передохнули. Вилли, Ганс и несколько учеников Чоу были ранены. Вышедшая из дома Аня принялась их лечить. Дядя Али взялся следить с высоты за округой. Он сообщал, что поблизости охламонов нет.

– Плохо! – сказал Ваня. – Ломай свой негритянский амулет, Ганс. Похоже, правда пора.

Рыцарь снова достал амулет и легко разломил его.

Все как-то успокоились. Давид в избе перестал орать и взял грудь. Аделаида запела ему песенку. Чоу улыбнулся и сказал:

– Не зря, ребята, я вас учил! Молодцы!

Медведь, охая, зализывал раны. Дружок, находившийся в резерве и охранявший дверь в избу снаружи, не пострадал.

– Ну чё, размялись немного, – молвил Иван. – Если мои прояснившиеся мозги правильно соображают, то ночью они снова полезут. И будет их еще гораздо больше. И будет нам тогда хана, если ничего не изобретем или если никто не поможет вдруг.

* * *

– Золотце мое ненаглядное. Агу, – разговаривала Аделаида с маленьким Давидиком. – Что же за страсти вокруг тебя кипят?! Солнышко мое! Сыночек…

– Покажи ребенку, какие фонари магические дядя Али поразвесил вокруг, – посоветовал Чудик.

Ведьма подошла к окну и через щель в ставнях стала показывать сыну висящие в воздухе светящиеся шары. Они заливали деревню и лес поблизости спокойным, ровным светом, в котором хорошо различалось малейшее движение.

На улице бойцы подкрепляли силы лепешками с вареньем и сыром, запивая все это чаем. Иван и Андрей прохаживались вокруг, готовые моментально вступить в бой. Чоу тоскливо поглядывал на лес и почесывал за ухом лежащего рядом Дружка. Медведь спал. Его до отвала накормили сухарями с изюмом и орехами.

– Я живу долго-долго. Я учился много-много. Я сражался. Но я за вся моя жизнь не убил столько люди, сколько убил сегодня. Жалко! – говорил китаец.

– Да чего их жалеть?! – удивился Ганс. – Это же охламоны. Нечистая сила. Бить таких надо, вырезать на корню мерзкое племя…

– А мы вот раньше разбойниками были, – степенно поглаживая бороду, сообщил Сеня, самый молодой из учеников Чоу. – А Иван у нас типа как в рабстве был. А теперь вот уму-разуму научились да и подраться тоже… Так что, брат рыцарь, ты не гунди…

– Чего? – не понял Ганс Путешественник.

– Это слово такое русское… Думай, что несешь – вот что оно значит, – так же степенно объяснил Семен.

– Куда несу? – снова не врубился германец.

– На Кудыкину Гору! – отрезал Сеня, которому надоел треп.

– А кстати! – подал голос Иван. – А что, если эти твари на Кудыкину Гору нападут?! Да и вообще они, похоже, хуже печенегов. Деревни тут вокруг, дороги, города… Просто охотники по лесам бродят…

– Они зверье всякое тоже жрут, – сказал сверху дядя Ахи. – Но предпочитают человечину. А вон идет какой-то ваш русский волшебник. Встречайте.

И впрямь, из лесу вышел старик-лесовик.

– Здравствуй, почтенный шайтан. Здравствуйте, Ваня и Андрюша. Здравствуйте, люди добрые, – приветствовал он всех так спокойно и безмятежно, словно не было вокруг страшной опасности.

– И ты здравствуй, – ответствовал дядя Али с ковра-самолета. – Извини, что не могу спуститься и поприветствовать тебя, как подобает. Я на боевом посту – слежу за лесом.

Остальные тоже поздоровались. Рыцарь хотел что-то спросить, но старик-лесовик молвил, веско роняя каждое слово – так, словно оно было из камня:

– Время дорого. Слушайте. Охламоны – это древнее проклятие нашей земли. Появляются они не чаще раза в сто-двести лет. Обычно их бывало штук триста. Но на этот раз их не менее трех тысяч. К полуночи все здесь соберутся. Волшебство на них не действует. Я даже думал лес поджечь кольцом вокруг них… Но это уж совсем…

– А откуда они? – спросил Андрей.

– Долгая история. А выходят они из-под земли. На них же волшебство не действует – вот они и могут выходить. Там где-то плодятся и тусуются. А иногда на поверхность лезут. И тут уж – страх. Ну, вы уже поняли.

– А раньше как справлялись? – поинтересовался князь.

– Когда как. В болота заманивали. В реке топили – водяные помогали. Люди с ними бились. Всякое бывало. Мирно дело еще ни разу не удавалось решить.

– А какая у них структура управления? – подал голос Ганс. – Ну, иерархия власти в стае. А то, может, с вождями переговорить, откупиться?

– Вряд ли… – покачал головой старик-лесовик. – Они – это стихия дикости, жестокости, охоты, драки… Им не продуктов не хватает в подземельях. Они сюда как раз подраться выходят, позверствовать. Для них живое мясо только что убитых врагов – высшая ценность. Чем ты от них откупишься?

– Баба Яга летит, – сообщил сверху дядя Али.

На фоне ночного неба промелькнула тень. И вот уже ступа с Бабою Ягой мягко опустилась на землю в свете волшебных фонарей. Лесная колдунья выпрыгнула из своего средства передвижения, оправила платье и платок, оглядела присутствующих и молвила:

– Хреново! Я их видела по дороге. Через пару часов будут здесь.

– Слушай, бабушка! Слетай за отцом Федором! Он наверняка что-то придумает, как-то поможет. Ну что тебе стоит?! – попросил Иван.

Аделаида и Света вышли из избы. Ведьма протянула Бабе Яге Давидика и сказала:

– Мама, возьми его, пожалуйста, с собой. А я буду сражаться.

Малыш, оказавшись на руках у бабушки, радостно загулил и улыбнулся. Чудик забрался в ступу и спросил:

– Ну что, летим?

– Я могу вас всех отсюда куда-нибудь перебросить, – неуверенно предложил старик-лесовик. – Может, отступить пока?

– Фига-с-два! – отрезал Гаврила, коренастый дядька с серьгой в правом ухе и с длинными волосами, собранными в хвостик. – Мечей бы нам сюда хороших!

– А дружинников моих человек триста не можешь сюда перебросить? – спросил Андрей.

– Ну, я полетела. Посмотрим, чево энтот ваш отец придумает, – бросила Баба Яга, забираясь в ступу и устраивая там Давида и Чудика. Миг – и они уже мчались над ночным лесом в сторону пещер, где жили отец Федор и его ученики.

– Побьют охламоны твоих дружинников, князь, – молвил старик-лесовик. – Только понапрасну людей погубишь. Это мы уже проходили. Лит шестьсот назад сотня охламонов в лесу уничтожила полутысячный отряд воинов. И не из засады, а в открытом бою. От стрел они уворачиваются легко, от мечей – тоже. Они очень быстро двигаются. Яростные очень. Я вот вам водички попить принес. Попейте. Сил больше будет. Раны заживут. Раз уж вы биться собираетесь.

– Мечей нам не надо – мои ученики не обучены обращаться с ними, – сказал Чоу, когда все отхлебнули из бутылки, которую дал им старик-лесовик.

– А чего они сюда лезут? Других людей, что ли, нет для съедения? – решился вступить в разговор Вилли.

– Для них, милый, это и есть самое интересное – трудный враг, который бросает им вызов, – сообщил, появляясь из воздуха, лесной колдун. В правой руке он держал небольшую секиру, обычно добрые глаза смотрели строго и сурово. – Я вам помогу немного. Тоже ученый – с оружием обращаться.

– Собрались в общем, – подытожил старик-лесовик, доставая из-за голенища сапога длинный нож. – Давайте хоть отдохнем перед боем.

* * *

Час понадобился Бабе Яге, чтобы долететь до пещер и вернуться обратно с отцом Федором. Перегруженная ступа глухо брякнулась о землю.

– Принимайте! Он уже наготове там стоял. Я ему советовала хоть по дороге подумать, а он только грустит. Ну, вылезай, сердешный, – похлопала по спине Баба Яга бодрого старика из пещер.

Отец Федор вылез из ступы и молвил:

– Не в моих силах отвратить битву. На все воля Божия. Я благославляю вас на сражение. Сам я уже не в той форме, чтобы держать оружие в руках. Но я буду молиться о вашей победе, находясь с вами. За меня не бойтесь. Думаю, что охламоны не смогут мне повредить. Я буду находиться рядом с лошадьми.

– Шайтан Али присоединяется к вам! Хоть я и не очень шустрый, но мощь моя при мне! – с этими словами дядя Али опустил ковер-самолет и слез с него. Он сразу же приступил к разминке, одновременно прогуливаясь по деревне и изучая место предстоящего сражения.

– Мы с Давидом и Чудиком сверху подежурим, – сказала Баба Яга, поднимая ступу и воинственно помахивая помелом.

– Мы победим, – просто сказал Ваня.

И они принялись обсуждать тактику боевых действий и распределение сил.

* * *

Отец Федор ходил вокруг деревни, вглядываясь в лежащие там и сям тела убитых охламонов. Вдруг он услышал тихий стон. Старик отошел за близстоящее дерево и что-то зашептал. Лежащий на земле раненый охламон перестал стонать, сел и огляделся. Потом он снова лег и, хоронясь в тени кустов и построек, быстро пополз туда, где сидела вся компания, греясь у большого костра.

Было тихо. В летавшей над деревней ступе Чудик забавлял маленького Давидика, и тот весело смеялся, нарушая настороженное молчание ночного леса. Иногда они звенели волшебным колокольчиком.

Из лесу появилась подземная фея Надежда с большой корзиной на локте правой руки. Из корзины высовывалась змеиная голова.

– А вот и мы с Марфой. Здравствуйте, – приветствовала всех фея.

– О! – вскочил Ганс. – Я объехал весь свет, но нигде не встречал столь очаровательной девушки…

– Сэр! Осторожнее! – напомнил Вилли.

– Да… Э… Вы замужем, прекрасная незнакомка? – спросил рыцарь.

Все заржали. Иван хлопнул германца по плечу и одобрил:

– Умнеешь на глазах! Видно, не зря ломал свой негритянский амулет.

– Я не замужем, – ласково улыбнулась Надежда рыцарю. – Но об этом мы, может быть, поговорим потом. Я пришла вас спросить, не боитесь ли вы боя.

– Что?!!! – воскликнул Ганс. – Да здесь же собрались великие воины! Даже я, скромный путешествующий рыцарь, не боюсь предстоящей битвы! А уж те могучие бойцы, что собрались здесь, – и подавно! Они же все прошли суперспециальную подготовку! Господа! Скажите этой чудесной девушке, что мы крутые… Ну… Что вы крутые.

– Да ты, парень, и впрямь прояснился мозгами! – поразился Ваня. – Да! Мы, милая Надежда, драться умеем! Если уж так случилось, то уничтожим всю эту дикую орду. Хоть и жаль их, конечно. Ты не смотри, что мы тихие и такие скромные. Вот Чоу! Он просто супер. Думаю, что он один всех охламонов порешить может! Но нам жалко взваливать на его плечи груз ответственности за убиение стольких существ. Поэтому и другие тут. Вот шайтан Али! Он страшен в гневе! Для него бревно – все равно что для тебя легкий прутик. Он же их всех расплющит! А я! Ты помнишь, как мы дрались с каменным человеком?! Да и вообще. И девушки наши оружием владеют мастерски. Вот Аня помогала нам с Андреем биться против дракона, которого мы завалили. Ну а уж старик-лесовик и лесной колдун – эти старички с холодным оружием – тут дадут жару охламонам! И Андрюха – парень хоть куда. Ганс и Вилли – послабее, но тоже ребята смелые и ловкие. А ученики китайца! Все орлы как на подбор! Каждый из них стоит нескольких десятков обычных воинов…

– Да! – перебил его Андрей, которого тоже понесло. – Мы с нетерпением ждем сюда эту сволочь, чтобы уничтожить их всех до единого. Особенно сейчас, когда все мы напились волшебной воды, наши боевые возможности велики как никогда. Охота подраться! Да, ребята?!

– Да!!! – заорали бывшие разбойники и вскочивший на ноги Вилли. Чоу только слегка улыбнулся.

– Тише вы! – раздался сверху голос Бабы Яги. – Ребенка испугаете!

– Это будет великая битва! – с воодушевлением воскликнул Ганс. – Но вы, любезная, спрячьтесь скорее. Тут скоро будет очень опасно!

– Мне невозможно повредить, – улыбнулась Надежда, подходя к лошадям и усаживаясь на ступени крыльца. Корзину с Марфой она поставила рядом. – Я хочу быть с вами. Но как хотелось бы, чтобы битва не состоялась!

– Не бойся, девочка, мы их уничтожим! – рявкнул дядя Али так, что все подскочили.

Притаившийся неподалеку за грудой дров охламон все слышал. Он осторожно отполз в сторону леса, потом тихо поднялся на ноги, понюхал воздух, прислушался и уверенно побежал – бесшумно и очень быстро, легко проскальзывая между ветвей и стволов.

* * *

Просидели всю ночь. Охламоны не появлялись. Дежурившая в воздухе Баба Яга дважды спускалась и давала Давида Аделаиде – покормить. Потом брала внука обратно и снова патрулировала территорию, летая в ступе над деревьями большими кругами и зигзагами.

Под утро почти все задремали. Не спали только Ваня, Андрей, Чоу и дядя Али.

Внезапно раздался оглушительный свист Бабы Яги. Вслед за этим послышался ее крик:

– Идут, гады!

Бойцы повскакивали, продирая глаза. Старик-лесовик принялся разминаться, размахивая своим обоюдоострым ножиком, походившим на небольшой меч. Неподалеку лесной колдун перекидывал из руки в руку свою секиру. При этом он издавал боевые крики, от которых с деревьев сыпались последние листья. Ученики Чоу спешно сосредотачивались и концентрировались, выполняя медленные округлые движения руками и ногами. Шайтан взял в каждую руку по бревну и яростно зарычал, топая по земле, от чего ближайшие деревья закачались, а недостроенный дровяной сарай рассыпался.

Отец Федор и Надежда сидели на крыльце. За их спинами в сенях дома снова заперли лошадей. Неподалеку, обнажив мечи, стояли Аня, Света и Аделаида. Их тыл охраняли Дружок и медведь, а по правую руку от девушек расположились Вилли и Ганс. Иван, Андрей и Чоу предполагали биться поодиночке, бегая в гуще врагов. Поэтому они выдвинулись вперед.

Волна охламонов выкатилась из леса со всех сторон деревни одновременно. И застыла. Было видно, что охламонов очень много. Они ощутимо излучали злобу и ярость. Но пока стояли.

Защитники деревни тоже застыли. Они просто не двигались, глядя на своих врагов, излучая непоколебимую уверенность в победе. Охламоны явно почувствовали мощь противника. Они колебались, не решаясь броситься в атаку.

Вперед вышел коренастый охламон, еще более мохнатый, чем остальные. Грубым низким голосом он крикнул, показывая огромные зубы и страшные когти:

– Я великий вождь Аур Пятый! Мой лазутчик донес, что среди вас много хороших воинов. Мои передовые отряды понесли большие потери от вас. Кто отомстит за их кровь?!! А?!!

Охламоны завыли, подпрыгивая на месте и размахивая руками. Вождь подождал немного. Потом поднял руку. Вопли тут же стихли.

– Нас восемь с половиной тысяч! А-а-а!!! – снова начал выпендриваться главный охламон. – Скоро все здесь соберутся. Мы разорвем вас в клочья, выпустим кровь по капле, сожрем живыми! А-а-а!!!

Ваня не спеша вышел вперед, приблизился к вождю шагов на десять и спокойно, но громко – так, чтобы было слышно всем – ответил:

– А я вот пару лет назад вместе с Андреем и Аней (они тоже тут) и еще с одним мальцом дракона трехглавого огнедышащего ядовитого летающего стометрового завалил. Правда. Спокойно так взяли и обломали его…

– Трус! Без железки ты ничто. А мы без железок драться умеем! Га-а-а!!! Дохляк! – принялся оскорблять Ивана вождь охламонов.

– Я, блин, богатырь! – внушительно ответствовал парень. – Я бы сразился с тобой один на один, да уж больно ты хилый для меня. Позор один. Позови своих хлопцев штук двадцать – и я вас без меча всех раздолбаю. Только чур не обижаться! Я ведь могу и зашибить случайно. Хм.

– Ты?! Козел! Русская свинья! Быдло! – совсем разошелся Аур Пятый. – Я справлюсь с тобой один! Всего лишь с помощью пяти своих бойцов! Мне не привыкать ставить на место молокососов!

– Давай, жлобье, – согласился Ваня и отошел к своим отдать меч.

– Спокойнее, милый. Не заводись. Береги себя. Если они всей ордой кинутся, беги сюда, – напутствовала мужа Аня.

– Хорошо. Вы тоже тут не зевайте. А то они, может, так отвлечь хотят нас и напасть внезапно, – ответил ей Иван и пошел обратно – туда, где его уже ждали шестеро явно очень-очень свирепых и очень-очень сильных охламонов.

И тут Ваня с радостью почувствовал, как время словно бы замедлилось для него. Движения всех вокруг стали медленными и плавными. Аур Пятый и его помощники двигались будто во сне.

Парень прыгнул вперед. «Убивать их или как?» – подумал он. И решил не убивать. Несколько ударов кулаками и ногами – и охламоны начали медленно опадать на землю.

Иван, чувствуя, что время снова потекло по-обычному, оглядел валявшихся вокруг шестерых врагов. Потом он посмотрел на притихшую орду охламонов и рявкнул:

– Ну и кто же здесь дохляк?!!

К нему подбежал Дружок, неся в зубах меч. Ваня взял оружие и пристегнул к поясу. Пес вернулся на свое место. Аур Пятый зашевелился, потом с трудом поднялся на четвереньки. Через пару минут он смог встать на ноги.

Все это время Иван спокойно наблюдал за ним.

– Ты не убил нас, чтобы избежать битвы! – снова начал заводиться приходящий в себя вождь. – Ты трус! Говно! Ты боишься нас!

– Я не люблю, когда много трупов, – честно и доверительно ответил богатырь. – Куда их потом убирать? Закапывать – замаешься. В речку кидать – она узкая, затор будет. В лес подальше таскать – опять же, работы много. Проблема. Мы вот когда дракона забили, то совсем его не стали добивать. Крылья и две головы отрезали, ну, огонь да яд ему отключили – и отпустили. Чего, подумали, территорию Гоби загаживать?! Он потом в речку убег…

– Врешь, сука, – не очень уверенно произнес Аур Пятый.

– Да чего мне врать-то? – удивился Ваня. – А почему ты Пятый? До тебя, что ли, еще четверо Ауров было?

– Ну, – ответил вождь.

– И все такие вот охламоны? – спросил парень.

– В каком смысле? – не понял Аур Пятый.

– Ну… – замялся богатырь, думая, как бы направить переговоры в мирное русло. – В том смысле, что не в курсе вашей истории…

– Чего? – вождь охламонов, похоже, тоже не рвался в бой. Но показывать это ему не хотелось.

– Да вот это древнее пророчество, что на Кудыкиной Горе охламоны встретят шестерых великих вождей и под предводительством самого великого охламона станут процветающей и могущественной нацией, – выдал Иван первое, что пришло в голову.

– А что это за вожди? – недоверчиво поинтересовался Аур, шмыгая носом и, похоже, прикидывая, не он ли этот самый великий охламон и есть.

– Ну я не знаю. Это не мое дело. А год этот.

– А где Кудыкина Гора?

– Да недалеко отсюда.

– Отведешь нас? Р-р-р!

– Без проблем. Только идти туда надо особым образом. А то не попасть. Это место такое гипнотическое. Надо кружить по лесу, песни специальные петь… Э… Да я и не знаю всего… – продолжал сочинять Иван, прикидывая, куда направить процесс, не вызывая сомнений в правдивости своих слов.

– А кто знает?! – рявкнул Аур. – Р-р-р! А-а-а!

– Да не ори ты. Счас спрошу наших, – ответил богатырь и, обернувшись, крикнул: – Эй, ребята! Кто знает, как на Кудыкину Гору правильно дойти? Место-то гипнотическое!

Поскольку Иван говорил громко, все слышали содержание его разговора с вождем охламонов. Надежда поднялась и ответила:

– Я знаю.

– Ну так пошли – проводим ребятишек, – предложил ей Ваня. – Змею оставь Аделаиде или Ане.

– Хорошо, – согласилась фея.

– О! О! Я пойду с вами, – вылез Ганс.

– Вы, чего, прямо с нами пойдете? – удивился Аур Пятый.

– Ну да. Мы ведь вас не боимся. Правда, Гансюха? – молвил Иван, хлопая по плечу подошедшего рыцаря. Фея тоже приблизилась и улыбнулась главному охламону.

– Конечно. Чего бояться?! – совершенно натурально удивился Ганс.

– И я с вами, – подбежал Дружок.

– Отлично. Командуй своим – и двинулись. За неделю, надеюсь, дойдем, – сказал Ваня Ауру.

– Воины!!! – заорал вождь. – Нам открылось предначертание Судьбы! Атака отменяется! Мы пойдем на Кудыкину Гору, дабы исполнить древнее пророчество, о котором мне говорил мой отец, могучий Аур Четвертый! Русский воин не соврал. Но если он нас заведет не туда, мы его сожрем! У-у-у!!!

Охламоны разразились торжествующими воплями. Потом они утихли и, повинуясь коротким командам начальников, стали перестраиваться для похода.

Иван, Надежда и Ганс помахали друзьям руками и, окруженные толпой охламонов, вместе с Дружком направились в лес.

* * *

Проводив друзей и охламонов, оставшиеся собрались на совет. Баба Яга, проследив с воздуха за уходящей ордой и убедившись, что никаких коварно-засадных отрядов около деревни не оставлено, присоединилась к совещанию вместе с Чудиком и Давидом, которого вручила матери. Предварительно тщательно проверили, нет ли поблизости лазутчиков, и закопали тела убитых охламонов в овраге неподалеку.

– Надо на Кудыкиной Горе побывать, предупредить их там, – молвил старик-лесовик. Он давно спрятал свой нож и выглядел очень мирно.

– Да… – протянул дядя Али, вытягивая босые ноги и прислоняясь спиной к избе. – Задачка…

– Варьянтов два, – по-деловому сформулировала Баба Яга. – Либо тех шестерых, что там живут, срочно под охламоновских вождей законспирировать – навсегда или надолго хотя бы. Либо же туда других шестерых добровольцев посадить.

– Может, из города нашего набрать? – предложил князь, задумчиво вертя в руке обнаженный меч. – Добровольцев найти можно за хорошую зарплату…

– Фигня, – отрезала Баба Яга. – Надо идейных. Чтоб по доброте душевной на такое дело пошли – ради блага Отечества. А наемные расколются, и все будет хреново.

– Еще неизвестно, что Ваня им по дороге наплетет. Его если заносит… – подала голос княжна.

– Надеюсь, ума хватит трепаться поменьше. Да и Надежда с Дружком в случае чего подключатся. Кроме того, всегда можно сослаться на то, что пророчество древнее и с тех пор многое изменилось. Да и на то, что при передаче за столько лет информация исказилась, – сказала Баба Яга.

– Ну, это… я сгоняю на Кудыкину Гору, что ли? – предложил лесной колдун.

– Ты бы лучше невидимым стал и рядом с Ваней и другими находился. Послушал бы, помог колдовством каким, – возразил Чудик авторитетным тоном.

– Дело, – молвил отец Федор. – А меня, пожалуй, в пещеры хорошо бы кто отвез. Можете?

– Без проблем, – ответил шайтан. – Ты завтракать будешь?

– Да нет. Там поем.

– Ну так полетели, – дядя Али встал и пошел за ковром-самолетом. Скоро он расстелил его на земле и уселся, сложив под себя ноги. Отец Федор тоже сел рядом, попрощался с компанией, и они взмыли вверх и понеслись над лесом.

– Я тоже, пожалуй, пойду. Дела… Вы уж тут разберетесь, я думаю… – произнес старик-лесовик. Он поднялся с бревна, на котором сидел, кивнул всем головой и неспешно зашагал в лес. Скоро он уже скрылся за деревьями.

– А я и правда буду с ребятами там тайком пребывать, – решил лесной колдун. – И сюда периодически буду заглядывать.

– Ты еще послушай, чего охламоны промеж себя говорить будут. Вдруг они задумают их там съесть все же, – посоветовал Вилли.

– Они лишь об этом и думают. В опасную игру Ванька затеял играть… – жуя хлеб, молвил Сеня.

Чоу, посмотрев, как лесной колдун растаял в воздухе, обратился к своим ученикам:

– Ну а мы, ребята, за работа. Дрова. Мыть-ё. Утренний медитация. Федор и Гаврила – удить рыба.

Бывшие разбойники без лишних слов разошлись. Вилли присоединился к ним. Аделаида с Давидом пошла в избу спать. Света и Аня принялись варить завтрак. Чудик им помогал чистить овощи. Баба Яга посмотрела на них и сказала:

– Ну а я, значит, слетаю на Кудыкину Гору, прощупаю там почву, разведаю настроение… Но вы тут держите ухо востро. Шайтана, как вернется, напрягите следить за лесом – чтоб вас врасплох не застали. Спать ему не давайте до моего прилета. У себя в пустыне отоспится. И жратвы на него много не тратьте. Знаю я энтих шайтанов…

Она улетела в ступе. Аня помолчала и спросила Андрея:

– Ну а ты чего?

– Буду думать, – ответил князь.

* * *

Ваня, шагая посреди толпы охламонов, весело болтал с подземной феей:

– А с Гансом мы познакомились вскоре после того, как ты нас из подземелий вывела. Он к Ане клеиться стал… Тут у нас небольшая размолвка вышла с ним. Но до драки дело не дошло. А вообще-то он парень хороший, хоть и немец. Обучаемый. Это главное. Одно меня удивляет: как это его при таком характере за столько лет путешествий не угробил никто?! Вот мы с Аней его и Вилли от русалок спасли. Помнишь, Гансина, как эти хвостатые женщины рвали тебя на части? А? Ну чё краснеешь?! Охламонов, что ли, стесняешься?! Да им до твоих похождений – как до фиг знает чего. Ты для них – просто мясо в доспехах. Да, охламончики?

– У-у-у! Да! Да! Да! – завыли вокруг голоса на все лады.

– Тихо! – рявкнул Аур Пятый, шедший рядом. – А ты, русский воин, не дразни моих бойцов!

– Ваня меня звать.

– С огнем играешь, Ваня! – предупредил вождь, скаля пасть и вздыбливая шерсть на загривке.

– Да, я такой дурак.

– А не откушать ли нам? – не в тему молвил Ганс. Он шагал несколько напряженно – чувствовалось, что нервничает.

– Да, Аур, милый, что вы едите, окромя нас, людей? – поинтересовался богатырь непринужденно.

– В боевых походах наш народ питается только убитыми врагами. А при отсутствии оных, р-р-р, мы голодаем и копим ярость. Ух! – ответил вождь.

– Ну ладно… – Ваня хотел сказать, что он тоже может долго не есть, как вдруг прямо перед ним в воздухе между ветками большой елки появился каравай белого хлеба. Парень схватил его на ходу и разломил на четыре части. Две он отдал фее и рыцарю, одну стал есть сам, а другой – кормить Дружка, отламывая кусочки.

– А что вы сделаете, если я сейчас дам команду напасть на вас? – задал провокационный вопрос главный охламон, пытаясь сделать вид, что не хочет хлеба.

– М-м-м… – Ваня думал с набитым ртом.

– Он вас всех убьет, – объяснил Дружок, виляя хвостом.

– А интересно у вас там под землей? – спросил Ганс, который уже доел свой кусок и хотел перевести разговор на другую тему.

– Безумно! – ответил Аур Пятый.

– Да, в подземельях очень красиво. Я уже соскучилась по ним, – сказала Надежда, вздыхая и опираясь на руку рыцаря, чтобы перешагнуть через большое бревно. – Я ведь тоже живу там.

– О! Как я мечтал бы жить там с вами! – пылко воскликнул Ганс. Шедшие поблизости охламоны заржали. – Да, чтобы быть рядом с вами, я готов опуститься как угодно низко.

– М-м-м… – промычал Иван, все еще жуя. Он взял себе самый большой кусок хлеба, чувствуя, что это будет справедливо.

– У нас страшно хорошо, – мечтательно улыбнулся Аур Пятый.

– А неплохо бы теперь молока попить… – сказала Надежда просто так.

Тут же из-за дуба вылетели небольшой бурдюк и четыре деревянные кружки. Ваня, не растерявшись, схватил бурдюк, а фея и рыцарь поймали кружки.

– У вас, чё, всегда здесь так? – поразился вождь.

– Да это же Русь, милый, – добродушно похлопал его по плечу Иван, развязывая горловину у бурдюка и нюхая молоко. – Свежее. Все будут?

Аур причмокнул, но промолчал. Ганс и Надежда подставили кружки. Дружок молвил:

– Мне из кружки неудобно лакать. Я на привале попью прямо из бурдюка. Оставьте мне.

Так они и шли по лесу.

* * *

Вечером того же дня в деревне у Чоу народ после плотного ужина обсуждал ситуацию. Давида уже уложили спать, так что Аделаида тоже могла сосредоточиться на делах. Прилетела Баба Яга. Она рассказывала:

– Эти придурки – ну, шестеро, что на Кудыкиной Горе поселились – наотрез отказываются. Не хотят быть вождями охламонов. Говорят, что им хватило службы у Георгия. Да уж, их понять можно. Вот уж был идиот! Ладно… Бяки и буки только ушами хлопают. «Охи» да «ахи»… Я их всех предупредила, чтобы подумали о возможной эвакуации. Они – в слезы. Тьфу! Мелочь!

Андрей, почесывая подбородок, задумчиво сказал:

– Надо других вождей. Может, из нас тут загримируем кого? А?

– Они наш запах знают. Расколют, – веско возразил Гаврила.

– И то правда, – согласно вздохнул князь.

Из воздуха появился лесной колдун.

– Я на пару минут. Пока все нормально. Ваня треплется на отвлеченные темы. Дружок большей частью отмалчивается. Рыцарь этот клеится к Надежде… Балда! Нашел время и условия!

– Ну это ты зря, – возразила Света. – Где он ее потом увидит?! По-моему, фее он не противен…

– К делу, милые! – перебила ее Баба Яга. – Как там охламоны?

– Злые. Но пока не нападают. Может, во сне попытаются наших убить… – ответил лесной колдун. – Буду сторожить. Разбужу в случае чего.

– А может, попросить Шелода выделить шестерых умных парней на время? – предложил Андрей.

– Ну, я здесь с вами просто извозчиком сделаюсь, – несердито проворчал дядя Али. – Но идея хорошая. Печенеги на охламонов даже чем-то похожи.

– А захотят ли? – засомневалась Аня.

– Да и языка они русского не знают… – добавила Аделаида, ковыряя щепочкой между зубов.

– Ну, я – к ребятам, – сказал лесной колдун и исчез.

– Привет! – услышали все. Мелкими шажками к совещающимся приблизился еж. – Вы совсем тут задолбали дела в лесу! Охламоны вот полезли! Порядка нет! Думаю, без моего вмешательства сгниет все. Вот я и пришел вас уму-разуму поучить.

– Ты, чего, тот еж, который раньше был пьяный? Тебя Умником зовут? – спросила Светлана, присаживаясь перед ним на корточки.

– Он самый. Короче. В двух верстах отсюда есть подземный склеп. Древний. Там мумии. Но живые. То есть типа спят. Ну, в общем я не очень в курсе. Может, их вскопать и взбодрить? Всего шесть мумий. И в хорошем виде. Так я от сторожевой вороны слышал. А она не врет.

– Ну мы сейчас с вами докатимся! Мумии оживлять! Может, они злые и вообще хуже охламонов?! – возразил Сеня, плюя в костер.

Еж обиженно замолчал. Остальные тоже притихли, размышляя.

– Меня старик-лесовик послал, – посопев, пояснил Умник. – Говорил, помочь, мол, лесу надо…

– Это он тебе про мумии сказал? – поинтересовался Чоу.

– Нет. Он меня просто послал.

– Пошли посмотрим, что ли? – встала Света.

– Андрюша, Света, Аня, Вилли и еж со мной, – решила Баба Яга. – Пойдем мумий будить. А я и забыла про них. Может, они, конечно, и сгнили… Поглядим.

* * *

«Держи ухо востро!» – предупредил Ваню внутренний голос. Парень огляделся. Охламоны шли все так же – большой беспорядочной толпой. Ганс был совершенно поглощен разговором с феей, рассказывая ей о своих путешествиях. Надежда слушала его немного рассеяно, с тревогой поглядывая по сторонам. Дружок, чувствовалось, о чем-то размышлял.

«Ну и рожи у этих тварей», – думал Иван. Краем глаза он уловил уплотнение толпы охламонов вокруг него, Ганса, Надежды и Дружка. Надолго думая парень сунул два пальца в рот и оглушительно засвистел, останавливаясь. Через несколько секунд, все войско замерло, остановилось и оборотилось к нему. Лес здесь был редкий, так что видно было хорошо.

– Охламоны! – заорал Ваня. – Я жажду крови! Я хочу драться! Я должен хотя бы двести-триста человек разрубить на кусочки! Ваш энтузиазм передался мне, и я чувствую себя неудержимо свирепым! Пусть те, кому охота подраться, подойдут поближе, а остальные отойдут! Это будет классная мясорубка! Ау! Р-р-р!

Орда подалась назад. Иван, выхватив меч, стал им вертеть во все стороны, со свистом рассекая воздух. Ганс, Надежда и Дружок отошли шагов на двадцать. Аур Пятый замешкался, потом спросил русского богатыря:

– А Кудыкина Гора?

– Подождет. Аур-р-р! Я в экстазе! Скорее, а не то буду рубить всех подряд! – неистовствовал Ваня, в то же время размышляя, как быть дальше. Идеи отсутствовали. Атаку охламонов он предупредил, но долго сохранять психологическое преимущество над многотысячной ордой представлялось безнадежным.

«Плюнь вождю в морду», – посоветовал внутренний голос. Иван засомневался. И тут же увидел, как штук сто охламонов бросились на его друзей. Не теряя ни мгновения, русский богатырь метнулся туда, на ходу метко плюнув Ауру Пятому в рожу.

Дело обернулось нестандартно. Дружок птицей взлетел высоко в воздух, подхваченный невидимым лесным колдуном. Ганс же, разгневанный тем, что его отвлекли от общения с прекрасной дамой, и воспламененный мыслью о необходимости ее защищать, молниеносно выхватил меч и в мгновение ока уложил около двух десятков охламонов, не ожидавших от него такой прыти. Остальные, устрашенные несущимся на них Иваном с занесенным мечом, быстро отступили.

Сделав несколько шагов вслед врагам, Ваня и Ганс вернулись в Надежде. По-прежнему невидимый лесной колдун опустил на землю Дружка. Орда охламонов скрылась за деревьями – метров на сто их явно не наблюдалось.

– О, сэр рыцарь! Какой вы, оказывается, умелый воин! – вымолвила Надежда.

– Ради вас, любимая, я готов убить их всех!

– Всех не надо. Давайте быстро советоваться, что делать – пока эти твари не вернулись, – сказал Ваня.

– Идите, куда шли, если охламоны вернутся с извинениями, – донесся из воздуха голос лесного колдуна.

– А спать как? – спросил Дружок.

– На дереве, – посоветовал невидимый друг. – Я всегда буду рядом. Имейте в виду, что из подземелий лезут еще охламоны. Похоже, Аур не врал. Сейчас их уже около шести тысяч. А вон уже идут извиняться.

К ним осторожно приблизились несколько охламонов. Аура Пятого среди них не было. Шагах в десяти от Ивана они становились и стали переминаться с ноги на ногу. Было очевидно, что извиняться в их народе не принято.

– Ладно. Я уже остыл, – махнул рукой Иван. – Хрен с вами. Пошли дальше. Но я могу и обидеться. Ищите тогда сами Кудыкину Гору. Ауру своему скажите, что я на него плевать хотел. И плюнул. Говорить больше с ним не хочу. Ближе, чем на пятьдесят шагов, к нам не приближаться. Врубились? Я хочу по своему великодушию помочь вашему народу. Ясно? Заплатите мне потом так, как я скажу. Или я весь ваш великий народ сведу на нет. Дошло?

Охламоны согласно закивали.

– Счас – ночлег. Мы будем спать на дереве. К нему не подходить. Кто полезет – рубим сразу. Меня не будить. Если я не высплюсь, то зверею. Утром буду колдовать, чтобы правильно идти. Всё. Вы свободны.

Охламоны отошли к своим. А Иван с друзьями выбрали одиноко стоящее ветвистое дерево и влезли на него. Надежда устроилась на нижней ветке – метрах в пяти над землей. Она сказала, что будет сторожить, так как может не спать несколько дней. Рыцарь тут же устроился рядом, сообщив, что ему тоже не спится совершенно. Фея явно не возражала. Ваня посмотрел на них и полез повыше, держа Дружка левой рукой. В большой развилке парень привязал себя и пса предусмотрительно доставленной лесным колдуном веревкой и громко закричал:

– Всем спокойной ночи!

* * *

Ночью Ване понадобилось отлить. Он отвязался и окликнул Надежду и Ганса:

– Эй! Как там дела?

– Нормально. Тихо, – ответила фея.

– Вы точно спать не хотите? Я могу покараулить.

– Нет, спасибо,– ответил Ганс.

– Да. Мы хорошо так сидим, беседуем… – подтвердила Надежда.

– Ну ладно.

Иван прошел по одной из толстых веток подальше от ствола, отлил и прислушался.

Где-то ухала сова. Войско охламонов вело себя тихо.

«Чудные они какие-то, – подумал Иван про своих врагов. – Словно бы их совсем никто никогда не любил. Причем всех. Как бы это дело исправить?»

Снизу донесся тихий смех подземной феи.

«Интересно, что наши изобретут? – подумал парень, пробираясь обратно на свое спальное место.– Вот бы всю эту орду в более человеческое состояние обратить. А чего?! С печенегами ведь сдвинулось дело. Но там Шелод. А тут этот хмырь…»

* * *

Вилли и Андрей тем временем раскапывали склеп. Дело это оказалось трудоемким, так как укрытие, в котором хранились мумии, находилось на глубине пятнадцати метров. Поэтому более-менее удобный ход прорыли только глубокой ночью. Баба Яга отказывалась пока использовать колдовские методы. Еж, Света и Аня болтались поблизости и рассказывали друг другу анекдоты.

Наконец докопались. Согнувшись в три погибели, залезли в склеп, где было очень тесно и весьма сыро. В свете факелов хорошо различались шесть удлиненных ящиков.

– Давайте наверх их, – скомандовала колдунья. – Там будем разбираться.

Андрей и Вилли, кряхтя и пыхтя, принялись таскать ящики по ходу вверх. Аня и Света им помогали. Еж все время давал советы, пока ему не велели заткнуться.

Уложив шесть ящиков полукругом на поляне, присели передохнуть на стволы поваленных деревьев. Баба Яга выдала всем по конфетке. Посидели. Пожевали.

Светлана встала и принялась постукивать по ящикам, говоря:

– Мумии, подъем! Хватит спать! Просыпайтесь!

В ящиках послышалось шевеление. Потом из одного раздался голос:

– Кто смеет тревожить наш сон?

– А вы вылезайте и посмотрите, – ответила Света, отходя от ящиков.

– Мы боимся вас испугать, – донеслось из другого ящика.

– Не бойтесь. Мы крутые, – ответила Баба Яга.

В тот же миг крышки всех ящиков одновременно отлетели в разные стороны и из них повыпрыгивали шесть низкорослых фигур. С первого же взгляда наблюдалось очевидное их родство с охламонами.

– Во, блин, вожди, – неловко молвил Андрей.

– Точняк. Мы вожди. Спали до поры. Вы сказали заветные слова. Значит, время действительно пришло.

– А какие это заветные слова? – спросил Умник.

– «Не бойтесь. Мы крутые», – ответил другой вождь.

– Ну-ну. А кто вас туда упаковал? – поинтересовалась Баба Яга.

– Кощей Бессмертный. А он жив?

– Убили. Давно уж, – сообщил еж.

– А что тут вообще за дела? – спросил самый маленький из пробудившихся. Он зато был самый пузатый.

– Долго рассказывать, – молвил Андрей. – Может, пройдемся, разомнемся? Кушать хотите?

– Очень! – хором ответили бывшие мумии.

– Тут наша база километрах в двух. Там и поедим. Вы только потихоньку идите, чтобы ноги себе не переломать с непривычки… – сказала Аня.

И они двинулись потихоньку по тропинке, освещая себе дорогу факелами.

* * *

Чоу встречал их на краю деревни. Дядя Али патрулировал на ковре-самолете, медленно летая над избами. Остальные спали.

Прошли в пустую избу. Скоро появилась Аделаида, неся на плече Чудика. Сели за стол. Китаец и Вилли сходили за едой и посудой. Все принялись за трапезу.

– Наши имена Хва, Бри, Ле, Хму, Чой и Жби,– сообщил один из вождей, слегка насытившись. – Мы из племени охламонов. Наш народ живет в глубине подземелий. По крайней мере, жил раньше. Кощей Бессмертный уложил нас в склеп, чтобы мы могли передать древние традиции грядущим поколениям. Я, вождь Хва, являюсь старшим среди нас. Но я не командир, а просто старший по авторитету.

Баба Яга представила Вилли, Чоу, Аню, Свету, Андрея, Умника, Чудика, Аделаиду и себя. И спросила:

– Слыхали про меня?

– Слыхали, – закивали охламоны.

– Я смутно припоминаю, как Кощей вас туда укладывал. Но очень смутно. Он тогда еще не совсем свихнулся. Думал и о чем дельном. Это уж потом… Ну, это к делу не относится, – остановила она сама себя. Подумала и спросила: – А в то время охламоны мирные были?

– Конечно!– хором ответили вожди. – А что? Разве сейчас не так?

– Последние две тысячи лет не так, – объяснила Баба Яга. – Пора исправлять. Поняли? Мы вас доставим на Кудыкину Гору, а уж там вы и встретитесь со своим народом. Наши люди доведут их туда. У вас есть еще шесть дней, чтобы освоиться и поразмышлять.

– А больше никого с вами одновременно Кощей не усыплял? – спросил крыс.

– Не знаем, – ответил Хва.

– Ну, слушайте. Дела обстоят так… – начала рассказывать Баба Яга.

И длился тот рассказ до самого утра.

* * *

– Я одного не понимаю, Наденька: как это вы за столько лет в подземельях не соскучились?.. – услышал Иван, пробуждаясь, голос Ганса.

Позавтракав розданными невидимым лесным колдуном пирогами и запив это молоком, друзья спустились с дерева. Охламоны уже собрались: по краям поляны стояли первые ряды, а глубже в лесу виднелась остальная толпа. Ваня заорал:

– На меня нашло, я буду колдовать!

Тут же перед ним взвился столб огня высотой метров десять. Через несколько секунд он исчез. Ваня топнул ногой. Земля задрожала, поднялся ветер. Когда порыв стих, парень закричал:

– О-о-о-о! Куды-куды-куды?! Куды мы идем?! О-о-о! Бац! Бац!

По всей поляне зажглись огни – типа небольших костерков. Ваня принялся бегать между ними, размахивая мечом и неся полную белиберду:

– Гаксинай-бурды! Жлоб-скок-прыг! Галиматье! Окс-хокс-попс! Ржа-чужа!

Ганс с интересом немного посмотрел на русский стиль публичного колдовства, но быстро снова оборотился к фее. Он начал ей что-то шептать на ухо, придерживая правой рукой рукоять меча. Надежда с интересом слушала и улыбалась.

Дружок решил помочь Ивану и присоединился к беготне между кострами, завывая и громко лая.

Так продолжалось около часа. Наконец богатырь решил, что достаточно впечатлил охламонов. Он вернулся к дереву и рявкнул:

– Всё!

Огни на поляне потухли.

Надежда пошла, делая вид, что точно знает направление. Друзья последовали рядом с ней. Охламоны тоже двинулись, соблюдая почтительное расстояние.

Шагали молча. Даже неугомонный рыцарь притих.

Пошел снег. Сначала понемножку, но скоро он повалил густо, крупными хлопьями.

* * *

– Ну, эти, вроде, нормальные ребята, – говорил Андрей жене и сестре, когда они утром сидели на крыльце и смотрели на закружившиеся в воздухе снежинки. – Еще бы одного вождя откопать – и дело на лад сладим. Интересно, чего это у охламонов культура так скисла? Были нормальной нацией подземной…

– Я спать пойду, – молвила Аня, зевая.

– Да, похоже, можно поспать, – согласился ее брат.

Дядя Али подошел к ним, держа свернутый ковер-самолет под мышкой. Он выглядел сонным, усталым и грустным.

– Тут все вокруг тихо. Я задолбался летать. Холодно все-таки. И спать хочу. А где? – шайтан вопросительно глянул на Свету. – Ты вот в лесу росла. Где мне лечь вздремнуть?

– Сделай себе шалаш. Наломай елок. Хочешь, я ребят пришлю с пилами? И солому добудем для подстилки. Только под нее надо сначала на землю еловые ветки постелить… – ответила девушка.

Шайтан приободрился. Он положил ковер-самолет и направился к лесу. Скоро оттуда послышался треск ломаемых деревьев. Света встала и пошла поискать кого-нибудь, чтобы послать помочь дяде Али обустроить временное жилище.

Снег повалил сильнее.

* * *

Охламоны начали мерзнуть. Это было видно по близидущим: они все время стряхивали с себя снег, подвывали, ежились и строили унылые рожи. Однако их глаза по-прежнему горели злобой и жаждой убийства.

Ваня бодро шагал по свежевыпавшему снегу и обдумывал следующий ход. Надежда и Ганс приоделись в скинутые откуда-то сверху куртки и шапки. Дружка грела густая шерсть. Мороз был сильный, лес радовался снегу – в этом году его заждались.

Примерно в полдень дорогу перегородила река. Льда не было. И удобной переправы тоже. Охламоны остановились на отлогом берегу, свободном от деревьев. Постепенно из лесу вышла вся орда, сбившись в плотную кучу, поскольку так было теплее, особенно тем, кто стоял внутри толпы.

Иван и его друзья остановились у кромки воды. «Чё б такое сказать?» – размышлял парень. Но тут фея подняла руку и звонким голосом произнесла:

– Чтобы попасть на Кудыкину Гору, надо найти великого вождя. Может быть, это кто-то из присутствующих здесь? Как вы считаете? Выберете себе настоящего вождя – такого, который сделает вас процветающим народом. Ведь чтобы процветать, недостаточно быть свирепыми и сильными воителями. Нужно многое другое…

Неожиданно вперед вышел среднего телосложения охламон. Он повернулся лицом к своим и крикнул:

– Я буду вашим великим вождем! Я давно уже собираюсь. Я мудр и гениален!

Из толпы выскочил Аур Пятый и бросился к конкуренту, размахивая руками. Но его сразу же подхватили несколько других охламонов и оттащили назад. Раздались брань и вой, дикие крики. Толпа забурлила, обсуждая ситуацию.

– Поберегись! – закричал Ваня, видя, как стоящие на другом берегу три здоровенные сосны начали падать прямо на него и его друзей. Дружок не зевал, а рыцаря и фею Ивану пришлось тащить за руки, чтобы их не зашибло.

Росшие почти рядом сосны рухнули с треском, ломая свои ветви и расплескивая воду в реке. Получился мост. Охламоны затихли. Стоявший с невозмутимым видом претендент на роль вождя сказал, обращаясь к толпе:

– Мы можем идти дальше. Я готов руководить вами. Но я вижу, вы замерзли. И голодны. Наш обычай таков, что мы не едим в боевом походе ничего, кроме убитых врагов. Но сейчас мы не в бою. Мы идем исполнить нашу Судьбу. А это позволяет есть, пить и веселиться. Согласны ли вы, мой народ?

«Толковый парень, – подумал Иван. – Хорошо бы ему этот Аур шею не свернул…»

– Жрать!!! Жрать!!! О-о-о! – заорали охламоны, подпрыгивая. – Будь нашим вождем! О-о-о!

Когда экстаз толпы немного поутих, Аур Пятый громко крикнул:

– Разве может быть нашим вождем столь хилый субъект?! Он никогда не побеждал ни на одном из наших игрищ. Он вообще слабосвирепый! Он мразь! О-о-о! Р-р-р! Такой вождь – позор для нации!!!

– Аур, ты глуп! Я могу дать тебе в лоб прямо сейчас! – ответствовал соперник, сохраняя величественную позу.

– Поединок! Поединок!– завопила орда.

– Ты, Лейм, дерьмо и балбес! Я проучу тебя! Я разорву тебя на куски! Р-р-р! – рычал Аур Пятый, медленно приближаясь к конкуренту. Он расставил свои мускулистые руки со страшным когтями. Он скалил зубы и топорщил шерсть на затылке. Вот он уже подошел к сопернику на расстояние трех-четырех шагов…

Вдруг Лейм высоко подпрыгнул и в прыжке врезал пяткой Ауру точно в лоб. Бывший вождь упал навзничь. Подбежавшие воины тут же оттащили его в сторону.

– Он жив. Мне нет нужды убивать своих подданных. Я просто хотел показать свою силу, – объяснил Лейм орде. – Я открою вам тайну, охламоны! Я умею читать! И я прочитал в наших древних книгах, что хранятся в наших священных пещерах, описание нашей древней борьбы. Борьбы, которая делает охламона сильнее в десятки раз! Вы видели, как сражался тот маленький нерусский человечек, который замочил столько наших воинов? Я научу вас читать, и вы станете сильнее его!!!

– Ура!!! – пришли в восторг охламоны. Они прыгали и восклицали: – Да здравствует наш вождь Лейм Первый!

– Сопля! – вдруг неожиданно для себя крикнул Иван. – Со мной тебе не справиться!

– О-о-о! – радостно завыли охламоны. – Поединок! Поединок! Покажи, о вождь, этому русскому хаму!

Ваня уже отстегнул ножны с мечом и отдал Дружку. «Вот, блин, судьба у меня, – думал парень. – То Шелод за мой счет авторитет поднимал, а теперь этот будет. Ну что ж поделаешь?! Наплевать… Хотя кто его знает, что у него на уме…»

Бойцы сблизились. Ваня посмотрел в глаза противнику, стоявшему в тот момент спиной к толпе. И вдруг охламон подмигнул левым глазом. Иван сделал шаг в сторону. Охламон – в другую. Противники пошли по кругу против часовой стрелки, находясь на расстоянии пяти-шести шагов. Когда Иван оказался спиной к орде, он тоже подмигнул левым глазом.

– Ха-ха-ха! – засмеялся Лейм и прыгнул на парня, одновременно нанося удар ногой сбоку.

Ваня уклонился и, развернувшись, попытался достать противника ногой. Но не попал. Лейм уже снова стоял лицом к Ивану, выставив вперед руки и урча. Ваня, коротко размахнувшись, кинул свой кулак в сторону лица нового вождя. Тот молниеносно сместился влево и атаковал парня ногой…

И пошло. Зрители, затаив дыхание, глядели на поединок, не подозревая, что это цирк чистой воды. Иван и Лейм обменивались молниеносными ударами, прыгали, откатывались, издавали яростные вопли…

– Можешь взять свою дурацкую железку, если она тебе поможет, – сказал громко Лейм Ване во время одной из пауз.

– Блефуешь, тварь! Дружок, меч! – рявкнул Иван. Пес подбежал, держа в зубах ножны с мечом. Парень вытащил клинок и взмахнул им, делая страшное лицо. – Зарублю, паскуда мохнатая!

– Ха-ха ха! Смотри, не поцарапай себе задницу! – ответил Лейм, мягко шевеля руками и покачиваясь из стороны в сторону.

Ваня ударил мечом. Охламон моментально присел, пропуская клинок над головой. Потом подхватил ванину руку и крутанул ее, одновременно ударяя ногами по ногам русского богатыря. Иван грубо выругался и, слегка разжав кисть, выпустил меч, одновременно падая вперед и входя в кувырок. Меч воткнулся в мерзлую землю, а противники уже снова стояли друг напротив друга.

– Неплохой приемчик, – небрежно бросил Иван. – Ну, в принципе, я готов взять свои слова обратно. У меня больше нет вопросов. Может, закончим?

– Ладно. Ты хороший боец, – согласился Лейм.

Ваня взял меч и отошел к друзьям. Толпа выла от восторга и гордости за своего нового вождя. Тот стоял с невозмутимым видом, гордо расправив плечи.

– Мой народ! – возгласил Лейм через несколько минут. – Мы голодны! Моя мудрость говорит мне, что всего лишь в полуверсте отсюда на другом берегу этой реки есть русский склад продовольствия. Там наши враги хранят продукты, которые они называют «сыр», «колбаса» и «хлеб». Так я услышал в своих мозгах! Мы возьмем это все себе, а если русские попробуют нам помешать, то мы поставим их на место!

– У-у-у! – с энтузиазмом загудели охламоны и во главе со своим новым вождем двинулись по трем соснам на другой берег.

* * *

– Пошли в город записку с голубем кому-нибудь из руководства, – сказал лесной колдун Андрею, появляясь перед ним из воздуха. Белая борода была всклокочена, обычно чистая одежда – перепачкана смолой и землей. – Я из твоих кладовых в тереме провизию для войска охламонов перебросил в специально быстро сляпанный склад в лесу. Я боюсь, твоих кладовщиков могут за недостачу наказать.

– Держи, – молвил князь, сбегав в избу и быстро написав на кусочке бумаги письмо воеводе дяде Васе. – А где голубь?

– А вот, – кивнул старичок на летевшую над ним птицу. Голубь закружился, захлопал крыльями и опустился на плечо лесному колдуну.

– Как дела у наших? – спросила, подбегая, Аня.

– Нормально. У меня есть время попить чай и рассказать, – ответил старик.

Отправив голубя лететь в город с письмом, пошли в избу, куда скоро подошли Чоу с Аделаидой, Света и Баба Яга. Вожди охламонов спали. Бывшие разбойники и Вилли тренировались. Чудик играл с Давидом. Дядя Али богатырски храпел в стоявшем на опушке шалаше.

* * *

«Красивые птички», – думал Иван, глядя на стайку летающих неподалеку пичуг.

– Красивые птички, – сказал Ганс Надежде. – Вот кто живет гармонично и счастливо!

– Это непростые птички. Это долбодятлы, – объяснил, появляясь рядом с ними, лесной колдун. – Такая птичка клюнет по макушке – и ау! Клювики железные. Так-то, сынок.

– О! – только и вымолвил рыцарь.

– А я к вам с приветом. Шесть вождей будут ждать войско охламонов на Кудыкиной Горе. Там все путем. Вы расслабьтесь немного. Охламоны все еще склад раскурочивают. Кушают. Здесь никого не оставили. Разведите костер, отдохните, покушайте вот, – старик протянул им корзину с пирогами и яблоками.

– А здорово ты мне колдовать помог, – сказал Ваня, беря яблоко.

– Ну как не помочь?! Для хорошего ж дела!

– А это ты склад соорудил? – спросил Ганс, принимаясь за пирожок с капустой.

– Я. Кто ж еще? И этому на ухо шепнул под шумок. Да и сосны я завалил. Много работы…

– А как бы их обогреть?– спросила Надежда задумчиво и тихо.

– Ну уж я дома строить с печками не буду. Это уж совсем. И так упарился продукты из княжеского терема сюда в лес переносить. Это все же непростое волшебство. Это энергии требует!

– А давайте в подземельях обогреемся, – предложил Дружок. – И часть дороги можно там пройти.

– Я тоже об этом думала, – сказала фея. – Но Ване там пока не очень хорошо бы ходить.

– Да ну! Мы ведь неглубоко, – отмахнулся парень.

– Неглубоко-то неглубоко, но опасно, – ответила Надежда, поглаживая Дружка по голове. – Может, я там их одна поведу? А вы поверху идите…

– Я не могу расстаться с вами, милая моя – молвил рыцарь.

– Ну ты видишь, Надя: мне тоже надо с вами – весело подмигнул ей Ваня. – А то кто будет за охламонами следить, пока вы с Гансюхой треплетесь?

– И мне интересно в подземельях побывать, – подал голос пес.

– Ну что, решено? – спросил богатырь друзей.

– Пожалуй, – ответила фея.

– Тогда я сгоняю еще вам за продуктами. А то я по подземельям не мастак так шустро перемещаться, – сказал лесной колдун и исчез.

Ганс и Ваня принялись собирать ветки для костра. Поскольку топоров не было, то рубили они их мечами. Быстро навалили высоченную кучу. Разожгли огонь и стали греться, рассевшись вокруг на еловых ветках.

* * *

Охламоны насыщались длительно. Лишь к вечеру у трех сосен, перекинутых через реку, появился Лейм во главе орды. Все воины выглядели умиротворенно. Они шагали, периодически поглаживая свои сильно набитые животы.

К сидящим у костра подошел один из охламонов и передал, что они готовы двигаться дальше. Надя кивнула и встала. За ней поднялись Иван и Ганс. Они быстро закидали угли снегом. Дружок завыл – чисто для драматического эффекта.

Подземная фея подошла к Лейму, окруженному толпой ближайшей охраны, и сказала:

– Дальше путь ведет через подземелья. Я знаю тут недалеко подходящий вход. Там тоннели широкие и удобные. И тепло.

Лейм величественно наклонил голову.

Скоро все уже спускались в открывшийся в невысокой скале проход. Впереди шла подземная фея, окруженная мягким белым сиянием. Рядом брел слегка сонный Ганс с рюкзаком за спиной. За ними бок о бок шагали Ваня и Лейм, оживленно обсуждая боевые системы различных народов. Дружок носился туда-сюда, обнюхивая камни, стены и углы на поворотах. Немного сзади топали тесными группами охламоны. Их шерсть слегка светилась в темноте, поэтому было неплохо видно.

Вскоре сделалось совсем тепло. Тоннель начал расширяться, и через пару километров вся толпа вышла в огромный подземный зал. Свода не было видно. Пол покрывал какой-то то ли мох, то ли лишайник. В воздухе плавали довольно ярко светящиеся рыбы с безразличными мордами. На пришедших они не обращали никакого внимания.

– Здесь хорошо отдохнуть, – сказала фея, обращаясь к Лейму.

– Воины! – заорал тот. – Народ мой! Давайте баинькать. Отдохнем елки-палки! Все спать!!! Р-р-р!

Охламоны принялись укладываться на мягкий пол, сбиваясь в кучки по десять-двадцать человек. Скоро уже везде слышались храп и сонное сопение войска.

Лейм позволил своим телохранителям тоже уснуть. Потом он обратился к Гансу и Надежде:

– А вы охраняйте мой сон.

Те согласились. Ваня и Дружок улеглись тут же в обнимку. Лейм свернулся калачиком почти вплотную к ним.

Скоро все, кроме рыцаря и феи, сладко спали.

* * *

Ваня проснулся и ощутил себя полностью готовым к бою. Потом осторожно приоткрыл глаза. В полумраке не было заметно никакого движения среди охламонов. Рыцарь и фея сидели в обнимку спиной к Ване и целовались. Дружок спокойно сопел во сне.

Острое чувство опасности со стороны спины возникло так отчетливо и сильно, что парень чуть было не вскочил сразу. Однако, поколебавшись несколько мгновений, остался лежать и весь обратился в слух.

Секунды текли, как капли. «Чё делать?» – думал Ваня, готовый вскочить в любую секунду и начать радикальную драку. Ганс и Надежда продолжали целоваться. Вдруг Иван почувствовал, что дыхание Дружка изменилось, и он, не открывая глаз, словно бы чуть-чуть подобрался. Парень понял, что пес тоже готов к бою.

И тут же Ваня вскочил на ноги, нанося широкий удар мечом по летящим на него двум охламонам. Дружок молча вцепился в горло еще одному. Тоже вовремя проснувшийся Лейм уже отбивался от пятерых здоровенных воинов во главе со свирепо рычащим Ауром Пятым. Рыцарь оторвался от феи и одним ударом зарубил троих атакующих. Надежда продолжала сидеть, положив руки на колени.

Бой был короткий, но горячий. Пока близлежащие охламоны-телохранители пробуждались и соображали что к чему, Иван и Ганс уложили полсотни воинов. Аур Пятый погиб от удара Лейма. Дружок тоже одолел двух врагов и теперь стоял, глухо рыча. Вокруг стеной выстроились телохранители. Пробудившаяся часть войска таращила глаза на происходящее.

– Это был заговор. Аур Пятый хотел вернуть себе лидерство. Я был готов к этому, – негромко объявил Лейм. – Теперь пусть дежурит охрана. А я снова буду спать. Ау! Р-р-р!

Все, кроме охраны, снова улеглись. Ганс снова подсел к Надежде. «Точно – маньяк», – подумал Иван, засыпая. И снились ему сладкие сны про летающих в небе мохнатых рыб и поющих, как соловьи, красивых птичек из породы долбодятлов.

* * *

Чоу бродил по деревне и беседовал с двумя проснувшимися вождями – Бри и Хму.

– Это катастрофа, что культура нашей нации так деградировала, – сокрушался Бри.

– Может быть, она снова станет больше, – ободряюще ответил китаец. – Вот вы их и поучите.

– Будут ли они нас слушать? – с сомнением молвил Хму, ковыряя ногой снег. Охламоны обходились без обуви и без одежды и при этом прекрасно себя чувствовали в своей длинной густой шерсти.

– У них теперь новый вождь есть, – сказал Чоу. – Похоже, он обладает мудрость. Не пора вам идти на Кудыкина Гора?

– А туда далеко? – поинтересовался Хму.

– Не очень. Может, конечно, шайтан лететь и вы на ковер-самолет туда. Удобно. Быстро.

– Завтракать, мужики! – раздался голос Анны. – Каша готова! Давайте все сюда!

Скоро все набились в одну из больших изб, где временно устроили общую столовую. Проснувшиеся вожди охламонов ели с большим аппетитом. Аня и Света с трудом поспевали накладывать добавку желающим. Баба Яга развлекала народ рассказами:

– Вот что я вам, милки мои, расскажу. Старую вы уж послушайте. Было это давно, а мораль до сих пор ясна. Я уж кому только не рассказывала энту историю. Ну так вот. Жил в стародавние времена парень простой и умный. Как наш Ванюша типа. Жил-поживал да по лесам ходил за грибами да за ягодами. Любил варенье из черники и суп из сушеных грибов. Бывает. Ну так вот. Пошел он однажды в лес и там увидел ведьму. Ну, типа доченьки моей Аделаиды. Вот она. Но ведьма та была со вздорным характером и коварная. А моя Аделаида не такая. А та сущая стерва была. Не повезло парню. Чоу, зятю моему любезному, вот повезло, а тому – нет. Так уж приключилось, милые. И стала ведьма та колдовать, чтобы парня, бедного, приворожить. Зараза, одно слово. И приворожила. Влип, как муха в клей, добрый молодец. Решил, что влюбился. А на самом деле – рехнулся. Это, дорогие мои, сплошь да рядом происходит… Да вы жуйте, жуйте, родимые… Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается. Года еще не прошло, а стало парня того милого колбасить и корчить. Тяга к свободе. Но он не понимал, глупый. Хотя вообще-то умным был. То есть, в одном деле он умный был, а в другом – дурак дураком. Ну и в том тоже начал умнеть. Ну, вы поняли, о чем я. И врубился он, сердешный, наконец. Смотрит: сидит он в лесу под елкой, на цепях прикованный к стволу, и мхом порос и плесенью. Этак той ведьме приспичило, чтоб он выглядел. Ну а цепи – чтоб не убег ненароком. Злая, коварная баба! Страшно?

– Страшно! – ответил Вилли, до того потрясенный рассказом, что перестал есть и, открыв рот, слушал Бабу Ягу.

– Очень страшно и жутко, – подтвердил Петька, один из трех самых толковых учеников Чоу. Он обтер усы от каши и спросил: – Ну а дальше что? Убёг он?

– Да фиг убежишь с цепи! Не богатырь ведь был! – Баба Яга усмехнулась и вдруг резко ударила кулаком по столу. Все вздрогнули, а миски подскочили. – Он как очнулся от чар ейных-то, так стал было дергаться… Но куда там! И закручинился. А пауки, что его сторожили, тут же побежали мегере энтой сообщить. Она неподалеку жила в вигваме типа. Ну, вроде шалаша круглого. Такой в те времена у многих ведьм был прикид. А к парню она приходила не эври дэй, как говорят англичане, – не каждый день то есть. Ну, ведьма прискакала и давай заново колдовать. Но безуспешно. В гипноз не вогнать. Окреп парень. Тогда она изворачиваться, гадина, стала. Ах, говорит, люблю тебя милый мой, поэтому и зачаровала и заколдовала. Хрен! Парень твердо требовал свободы.

– Молодец! – пискнул Чудик, оторвав мордочку от куска сыра. Баба Яга кивнула. Вилли шумно вздохнул.

– А она его не убила? – громким шепотом спросил Гаврила, наклонившись над столом.

– Убила бы, коли могла бы. Ведьмы – они стервы. Вот Аделаида хорошая, а обычно такие шушеры… Парень тот знал волшебное слово. А кто его скажет, тому ведьма уж вредить не может. Это его еще в детстве научили. Он его и высказал громко. Ей, значит, прямо в рожу. Это он верно сделал…

– А что за слово? – встрепенулся Андрей.

– Простое слово. «Цаца». Он так ей и сказал. И все. В полной безопасности оказался от ее колдовства…

– И чего, это всегда работает? – снова перебил князь.

– Да чего ты так заволновался?! Светки, что ли, боишься? – засмеялась Баба Яга.

– Ну просто… Мало ли что… То есть мало ли кого в лесу встречу…

– Ну, вот тогда и проверишь, коли случится. Ну а парень тот стал кумекать, как бы свалить, пока от голоду и жажды не ослаб и не помер. А ведьма плюнула и пошла хищников искать, дабы подговорить парня сожрать. И тут старичок с посохом и с кочергой. Поздоровались. Спрашивает дедушка: «Хочешь свалить быстро и по-тихому?» «Хочу», – парень отвечает. «Вот два предмета. Один – простой, другой – волшебный. Тебе одна попытка. Выберешь волшебный – освободишься. Выберешь простой – сдохнешь тут». Ну?! – Баба Яга оглядела слушателей.

– Он выбрал кочергу, – предположил Сеня.

– Посох, – сказал Чудик.

– Послал он дедушку подальше! – выразительно молвила лесная колдунья. – Сказал, что такая помощь ему не нужна. Я ж говорила: он умный был. Старичок, тот просто придурок был. А парень его расколол. Дедуня и ушел, матерно выругавшись. Ну и хрен с ним.

– И чего дальше? – спросил Вилли, облизав, пустую ложку.

– А долбодятлы прилетели и цепь на фиг расклепали. Долго ли им?! Клювики-то железные… Долбодятлы – это птички у нас такие водятся. Не все их знают. Только парень «спасибо» им и успел сказать, только два шага сделал, глядь: ведьма идет, а с ней – шесть волков здоровенных. Ух! Страшно?

– Ой, как страшно! – выпучив глаза, ответил Гаврила.

– Да… – протянул Чоу.

– Ну, тут, слава Богу, я мимо проходила. Увидала этот срам, и как крикну! А голос тогда у меня был звонкий! Волки вмиг умчались! Меня-то уже тогда все знали. А ведьма только сплюнула и стоит, подбоченясь. Я ей и говорю: «Добро бы ты, дуреха неученая была. А то выучилась и коварствуешь! Стыд и позор!» А она мне: «Сама дура!» Ну, я ее и раскулдобила.

– Убила?! – поразился Гаврила.

– Силы волшебной лишила. Насовсем. А чего?! Я и не жалею! Что это такое?!

– А парень? – пискнул крыс.

– Домой пошел. Он потом кузнецом стал. Женился, детей нарожал… А ведьма та в степь подалась. Там за какого-то кочевника замуж вышла… Тоже судьбу свою устроила. Так что все к лучшему оказалось… Ну вот и всё.

– Диво! – вымолвил Вилли и принялся за остывшую кашу. Остальные тоже налегли на еду, размышляя об услышанном.

* * *

– Охламоны! Подъем! – заорал Лейм, когда выспался. Орда зашевелилась. Воины поднимались и урчали. Иван тоже проснулся и разбудил Дружка. Ганс что-то оживленно рассказывал Надежде. «Ни хрена себе! – подумал Ваня. – Третью ночь не спит, а все кукарекает. Точно – маньяк. Пудрит мозги бедной фее. А она и уши развесила. Понятно. Соскучилась, небось, по общению…»

Надежда встала и сообщила:

– Сегодня мы пойдем через Скользкие Коридоры. Там и вправду очень скользко. Идите аккуратнее.

Орда двинулась. Шли в прежнем порядке. Только теперь Лейм окружил себя охраной. Ваня шагал рядом с ним и рассказывал о путешествии через Тибет в Гоби. Великий вождь слушал внимательно и задавал массу вопросов. Телохранители тоже прислушивались к разговору.

К полудню Ганс начал спотыкаться. Ноги его заплетались. Он, похоже, засыпал на ходу. Несколько раз он, балансируя, хватался за надино плечо, потом долго, витиевато и запутанно извиняясь. «А что же будет, когда пойдем по этим Скользким Коридорам?!» – подумал Иван, глядя на рыцаря, задевшего шлемом о стенку на повороте и после этого перешедшего в разговоре на какой-то иностранный язык.

– Постойте, пожалуйста, – обратилась фея к охламонам.

Все затормозили. Ганс прислонился к стенке. Потом медленно сполз вниз, закрыв глаза. Причмокнув и вздохнув, он лег на пол и затих. Надежда вопросительно посмотрела на Ивана. Тот пожал плечами, крякнул и принялся загружать рыцаря в свой рюкзак, предварительно освободив его от провизии. Двое охламонов по приказу Лейма помогали.

Удобно устроив Ганса и сложив все пожитки в его рюкзак, Иван загрузил на себя оба рюкзака: с провизией – спереди, а с рыцарем – сзади. Охламоны поглядывали на все это уважительно.

– Я и в таком виде могу мечом махать и морды бить, – предупредил русский богатырь.

Двинулись дальше.

Скоро начались Скользкие Коридоры. Идти по ним было весьма сложно. Все ступали осторожно, часто враскорячку или боком. Трудность заключалась еще и в том, что пол был очень неровный: буграми, впадинами, длинными пологими спусками и подъемами, крутыми участками…

Надя шла очень легко. «Фея, как-никак», – с завистью думал Ваня, глядя на нее и изо всех сил стараясь не опозориться в глазах охламонов и не шлепнуться. Ганс за его спиной сладко сопел. Дружку на четырех лапах было удобнее, чем остальным.

Много часов прошло таким образом. Наконец скользотень закончилась, и они пошли по нормальным тоннелям – густая сеть почти параллельных часто пересекающихся ходов. Иван шагал и напевал, чувствуя на себе уважительные взгляды охламонов.

– А что, великий вождь, твой народ жаждет прогресса? – спросил пес Лейма.

– Жаждет. Еще как. Вот дойдем до Кудыкиной Горы и там начнем прогрессировать.

– А многие у вас умеют читать? – поинтересовался Дружок.

– Почти никто. В редких семьях это искусство передается от отца к сыновьям. Бабы у нас безграмотные. Р-р-р!

– А почему так? – удивился Ваня.

– Всего не объяснишь.

– А женщины у вас тоже свирепые? – спросил Дружок.

– Всякие бывают. Ау-у! Гр-р-р!

К вечеру (Надежда хорошо чувствовала время) пришли к подземной реке. Охламоны принялись пить, а затем укладываться спать в разнокалиберных пещерках по берегам. Иван с радостью сгрузил рюкзаки у стенки и спросил фею:

– Хочешь поспать?

– Вообще-то можно.

– Ну ложись, я покараулю. А потом Дружок меня сменит.

– Отлично, – ответила Надежда и тут же уснула, положив голову на какой-то камень.

«Тоже умаялась, бедная», – подумал Ваня, жуя лепешку и почесывая Дружка за ухом.

* * *

Ночь прошла спокойно. Утром Иван, глядя на сладко спящих рядом рыцаря и фею, сообщил Лейму:

– Я буду мистически гадать. Надо, чтобы было тихо. Возможно, это надолго.

– Понятно, – ответил вождь. Он дал указания своему народу и пошел купаться. Другие охламоны тоже полезли в воду, фыркая, брызгаясь и шлепая по воде руками. Правда, по указанию Лейма, никто не орал и не рычал громко.

Ганс и Надежда проснулись только вечером. Иван как раз закончил перекладывать перед собой камни, что проделывал с умным и таинственным видом часов десять. Это занятие ему даже понравилось.

– Нам завтра следует выйти на поверхность, – сказал парень вождю охламонов. – Но там, наверное, холодно.

– Мы потерпим, – лаконично ответил Лейм.

– У меня тут провизия есть. Хочешь, раздели на ваших всех. Хоть по чуть-чуть, а все веселее будет, – предложил Иван.

– Возня. Не стоит того, – отказался вождь.

– Ну как знаешь. Я – спать. А вы, ребята, сутки проспали, так теперь сторожите.

– О-кей, – ответил Ганс, потягиваясь.

– Да, конечно, – молвила Надежда, улыбнувшись.

* * *

– Дикий мамонт!!! – услышал Ваня и тут же вскочил, открывая глаза. Кричали охламоны. С их криком смешивался рев, похожий на звуки грубой трубы. Метрах в ста ниже по течению на берегу реки парень увидел огромного зверя с жуткими изогнутыми бивнями, задранным кверху хоботом и мощными колоннообразными ногами. Мамонт был покрыт длинной бурой шерстью. Он занимался тем, что топтал охламонов, проявляя при этом удивительную для такой махины прыть.

Зрелище было столь страшным, что Иван оцепенел на несколько секунд. Потом он понял, что это так действует рев зверя – что-то вроде гипноза. Парень встряхнулся и ринулся в бой, от неожиданности забыв про своих друзей. Те же остались стоять: невозмутимая фея, Ганс с мечом в руке и обалдевший Дружок. Лейм громко выкрикивал команды, но его никто не слышал. Тогда вождь, стиснув зубы, тоже рванулся навстречу чудовищу.

Иван подбежал к зверю и остановился на расстоянии шагов пятнадцати от него. И ощутил могучий прилив земной силы. Он нагнулся и поднял огромный круглый камень – не менее полуметра в диаметре. Размах. Камень полетел прямо в лоб мамонта. Тот качнулся, присел на задние ноги и снова выпрямился. Было очевидно, что он собирается броситься на русского богатыря.

Раз! Лейм метнул булыжник и попал зверю в верхнее веко левого глаза. Мамонт затрубил еще громче, но отступил на несколько шагов. Иван уже держал в руках следующий камень – угловатый и очень тяжелый.

– Вперед, охламоны!!! – призвал вождь. Р-р-р! Явите свою ярость, воины!

Охламоны словно бы пришли в себя. Сначала несколько воинов, а затем все больше принялись подбирать камни и швырять в мамонта со всех сторон.

Зверь ревел и мотал головой, что затрудняло для Ивана попасть ему в лоб еще раз. Богатырь медлил, держа камень над головой.

Лейм, прыгнув вбок, внезапно выдернул меч из ножен, висящих у Ивана на поясе, и, истошно вопя, бросился на мамонта. Он махал клинком над головой и рычал так грозно, что чудовище отпрянуло и перестало трубить.

– Я-а-а-а!!! У-р-р-р!!! – орал Лейм, наступая. И мамонт повернулся, чтобы бежать. Тут уж Иван не стал медлить. Огромный камень, описав короткую дугу, ударил чудовище в зад. Зверь вздрогнул и помчался по широкому коридору. И скоро скрылся за поворотом.

* * *

– В нашем народе считалось всегда проклятием использовать камни, палки, железки и другие орудия, которые применяют люди, – объяснил Лейм Ивану, возвращая меч. – Но я подумал, что лучше пусть на меня обрушится проклятие, но я спасу моих людей.

– Да фигня это все … – ответил парень, думая, что если бы охламоны кидались камнями при нападении на деревню, то все было бы куда печальнее, чем сейчас. Вождь, похоже, угадал мысли русского богатыря. И потянул руку для пожатия, посмотрев Ване в глаза. Богатырь ответил таким же открытым взглядом и тоже протянул руку.

Вокруг стояли охламоны. Подошли Ганс с Надей и Дружок. Все ощущали, что происходит нечто новое, удивительное.

«А неплохие, оказывается, они ребята», – подумал Ваня, пожимая когтистую руку Лейма.

– Русский воин помог нам победить врага. Его железное оружие я использовал, чтобы устрашить зверя. Мы вместе кидали камни. Мы победили! – сказал Лейм громко и отчетливо.

– У-у-у!!! – завыла орда.

* * *

– Мамочки родные! – воскликнула Аделаида, увидев дядю Али, бредущего по деревне в вечерних сумерках. Он наткнулся на сарай и что-то пробурчал. Сарай развалился. Шайтан почесал бок и снова побрел куда-то.

– Эй! Дядя Али! – окликнула его Света.

– Ну чего?! Где охламоны? Когда кончится зима? Где мой ковер-самолет? – голос шайтана был недовольным.

– Я тебе валенки сделала, – сказала ему Баба-Яга с крыльца. – По особому заказу. Сейчас Вилли принесет. И кафтан сшили.

– Ну! – удивился шайтан.

Из сарая Вилли вытащил огромные валенки. За ним Сеня притащил кафтан. Дядя Али изумленно посмотрел на непривычную обувь. Потом отряхнул ноги и надел валенки. Потоптался. Лицо его прояснилось. Он надел разноцветный стеганый кафтан и совсем приободрился. Почесал живот.

– Ужин готов, дядя Али, – сообщила Аня – пшенная каша с тушеными белыми грибами. И пироги.

– Ну ладно… Неплохое дело… А где я есть буду? Тут лечь негде…

– Ты уж хочешь слишком многого, почтенный шайтан! – хмыкнула Баба Яга.

– А что слышно у Вани? – спросил дядя Али.

– Они пошли через подземелья, – ответила Аня.

– Хреново. Там наших и убить могут. А чего полезли?

– Холодно, – объяснила княжна. – Охламоны замерзли.

– Нда-а-а… Ну, я тогда тоже туда пойду.

– Да их теперь фиг сыщешь, – возразила Света. – Ты ведь двое суток проспал.

– Да ну! – не поверил шайтан.

– Точно, – подтвердила Баба Яга.

– Ну, тогда буду есть, сидя на ваших еловых ветках. Несите кашу, парни! – с этими словами, обращенными к Вилли и Сене, дядя Али принялся выстругивать себе из бревна большую ложку.

* * *

Прогнав мамонта и похоронив убитых, охламоны снова улеглись спать. Ваня с Леймом уселись на камнях у реки – хотелось поговорить. Надежда занялась лечением нескольких раненых охламонов. Ганс и Дружок сопровождали ее.

– Жрать охота, – сказал Лейм.

– Хочешь из наших припасов чего?

– Нет. На всех-то не хватит. Хорош я буду великий вождь – жрать, когда мой народ голодает! Потерпим. Мы можем долго не есть и при этом не слабеем. Ерунда.

– Хорошо, коли так. А скажи, почему вы все такие свирепые? Ну, большинство? – спросил Иван.

– Так уж повелось. Не знаю.

– А вы теперь всегда камнями будете швыряться?

– Похоже на то. Но ты не беспокойся.

Иван резко пригнулся и рукой пригнул Лейма. Над их головами просвистел увесистый булыжник и стукнулся о стену. Парень перекатился вбок. Лейм присел за тот камень, на котором только что сидел.

Иван ловко поймал следующий летящий булыжник. «Ай да я!» – подумал парень и без дополнительного замаха метнул его обратно. Раздался вой. И тут же оттуда прилетел целый град камней.

«Суки! Я их от мамонта спас, а они вот как благодарят!» – думал обиженно богатырь, скрючившись за прибрежным валуном и потирая ушибленное бедро – в него все же успели попасть.

– Охламоны! Боевая тревога!!! – рявкнул Лейм из своего укрытия. Телохранители повскакивали. Несколько из них тут же упали, получив летящими камнями по головам. Но остальные, быстро оценив обстановку, спрятались в укрытия и ответили заговорщикам метким обстрелом.

Скоро проснулась вся орда. Разобравшись, в чем дело, споро закидали группу покушавшихся на вождя охламонов – их было человек пятнадцать.

Снова легли спать. На этот раз Лейм назначил охрану, которая отныне должна была охранять его круглосуточно.

«Да уж… Прогресс… Что лучше: жить в древних суевериях или осваивать новые методы жизни? Хорошо еще интуиция сработала…» – думал Ваня, засыпая у стены. Надя и Ганс сидели рядом – как обычно. Дружок уже снова сладко спал.

* * *

– Ну, милые мои вожди-мумии-охламоны, пора вам перебираться на Кудыкину Гору, – молвила утром Баба Яга после обильного завтрака, когда все еще сидели за столом и неспешно попивали чаек с конфетами и мармеладом.

– Мы готовы, – коротко ответил за всех Хва. Он помолчал и высказал общие мысли всех присутствующих: – Фиг его знает, конечно, что из этого всего получится, но выбора нет.

– Андрюшенька, ты не возражаешь, если я еще из твоих запасов провиант для охламонов изыму? – спросил лесной колдун, тоже сидевший за столом – уже снова чистый и опрятный.

– Бери, конечно. Надо только еще голубя послать, – ответил князь.

С улицы донесся голос дяди Али:

– Где там у вас чай?

Вилли и еще трое учеников китайца, поднялись и потащили на улицу котел с чаем и ящик конфет.

– Ну, полчаса – отдых, и полетите. Шайтан вас отвезет на ковре-самолете. С шиком доставит. А я следом полечу, – Баба Яга подмигнула вождям охламонов.

– Я думаю, на деревню нашу они уже не нападут, – сказала Аделаида, качая на руках Давида.

– Не знаю. Вы пока не расслабляйтесь. Мы с Али отвезем энтих, инструкции там дадим и обратно прилетим, – ответила Баба Яга. – А вы пока по сторонам глядите. Ребенка и женщин в избе держите. И чтоб оружие было наготове. А мужики – будьте готовы в любую минуту. Могут ведь и отдельные отряды быть…

– Ладно. Но мне кажется, тут все будет спокойно, – с этими словами Андрей встал и пошел писать послание дяде Васе о продуктах и вообще.

* * *

Проснувшись, Ваня увидел, что воинство охламонов уже на ногах. Воины бродили около реки туда-сюда, купались и пили. Лейм проводил совещание с другими вождями – их было около полусотни. Отряд телохранителей удвоился. Они стояли, держа в руках камни, и внимательно наблюдали за окружающими.

Надежда, Ганс и Дружок жевали сухари и о чем-то спорили. Иван спросил их:

– Чего не поделили?

– Я утверждаю, что смогу жить в подземельях сколь угодно долго, – ответил Ганс. – А Наденька и Дружок мне не верят.

– Гав! Гав! Ты скиснешь здесь через две-три недели. Я сам тут в первый раз, но рассказов наслышан. Свихнешься, или убьют тебя в этих подземельях. Вот Надежда – привычная, она фея…

– А я тоже привыкну! – стоял на своем рыцарь.

– Ха-ха-ха! Станешь подземным феем, – заржал Иван. – Светиться начнешь… Солнце и Луну позабудешь почти… Ты врубаешься, парень, что это серьезно?

– Я люблю Надю, а значит люблю и тот мир, в котором она живет, где ее судьба, – ответил рыцарь.

– Да сдохнешь… – снова начал пес.

– А хрен его знает, Дружок. Может, и не сдохнет, раз любовь…Не будем вмешиваться. Сами разберутся. Надя – вон по глазам видно – его отговаривает чисто из любви к нему же, а сама и не против совсем, – сказал Ваня. – Я так за вас очень рад, ребята. Любовь – это дело!

– Боевая тревога!!! – раздались вопли охраны. Иван и Ганс вскочили. Орда охламонов мгновенно преобразилась, изготовившись к битве. Вожди побежали к своим отрядам. Войны подбирали камни.

Все смотрели вверх по течению реки. Там вдали было заметно какое-то движение. «Если водяной змей, то отрублю, гаду, голову. Если осьминог, то буду рубить на куски. Если крокодил, то просто возьму за хвост и буду молотить об стенку. А если другая какая сволочь…» – думал Иван.

Постепенно стали видны очертания большой лодки с человеческой фигурой, стоявшей на носу. Позади угадывались еще несколько лодок.

«Подземные пираты или колдуны!» – пронеслось в голове у Вани. Дружок потянул носом и приветственно залаял:

– Гав! Гав! Отец Федор! Гав!

Фигура на передней лодке приветственно помахала рукой. Скоро все различили старика из пещер.

– Это наши! Небось, жратву везут вам! – крикнул Иван погромче, чтобы вся орда услышала.

– Отбой боевой тревоги! – скомандовал Лейм. Охламоны расслабились и заурчали, нюхая воздух.

Лодки причалили. Их было пять штук. В каждой сидели двое гребцов. Лодки были нагружены мешками, от которых вкусно пахло.

Лейм величественно приветствовал прибывших:

– Здравствуйте, русские люди. А мы тут весьма проголодались. Как вам плылось?

– И вы здравствуйте, охламоны, – ответствовал отец Федор. – Плылось, слава Богу, хорошо. Мы привезли вам еду: яблоки, картошку, морковку, зерно и конфеты.

– Я великий вождь охламонов Лейм!

– А меня отцом Федором величают. Ну, давайте подходите по одному, а мы из лодок будем вам еду выдавать. Фантики отдавайте обратно, чтобы не мусорить тут.

Вожди построили народ, и пошел процесс. Каждому воину досталось по несколько картофелин, по паре морковок, по три яблока, по горсти зерна и по конфетке. Охламоны ели с удовольствием, причмокивая и щурясь. Особенно им понравились конфетки.

После трапезы Лейм поблагодари отца Федора:

– Спасибо от всех нас. Вы помогаете нам исполнить древнее пророчество. Но как вы узнали, что мы будем здесь?

– Да просто нагрузили лодки да поплыли, куда Бог послал, – ответил, улыбаясь, старик.

Его удивительно ясные глаза ласково смотрели на стоящих перед ним охламонов.

– Мы готовы двигаться дальше, – сообщил Лейм Надежде и Ване.

– Пора,– согласилась подземная фея.

– Ну, удачи вам. А мы обратно поплывем, – сказал отец Федор.

Попрощались. Охламоны дружелюбно махали руками и выкрикивали:

– У-у-у! Спасибо! Привозите еще конфеты! Р-р-р!

* * *

– А вот и Кудыкина Гора, уважаемые, – молвила Баба Яга, вылезая из ступы и бодро улыбаясь. Вожди охламонов уже слезли с ковра-самолета и прогуливались по неглубокому снегу. Шестеро мужиков – бывших дружинников князя Георгия – стояли поодаль, хмуро наблюдая прибывших. Дядя Али улетел на своем ковре-самолете в сторону деревни. Бяк и бук не было видно.

– Самый прикол в том, что мы совершенно не представляем, как охламонов сделать преуспевающим народом, – усмехнулся Чой.

– Вы – носители древней культуры, – внушительно сказала грозная лесная колдунья. – Ваше дело – ознакомить их с тем, что они порастеряли за эти две тысячи лет. И явить, так сказать, живые примеры культурных охламонов. А политика – это дело ихнего нового главного начальника. Пусть он и думает.

– А где нам их тут ждать? – спросил Хва.

– Эй, голубчики! – крикнула Баба Яга, шестерым хмурым дядькам в тулупах и валенках. – Будьте уж так любезны разместить вот энтих охламонов в одной из ваших изб. Потеснитесь уж на несколько дней. Потерпите. Энто культурные, мирные и очень ответственные охламоны. Без них дело будет худо. Ежели войско придет, а тута нету нужных энтих вождей, то хана будет вам всем. Врубон?

– Врубон, – ответил один из мужиков. – Вон в крайней избе можно пожить. Там и жратва есть, и дрова. Только чур не гадить в доме!

– За собой смотри! – фыркнула Баба Яга.

– Скажите, любезнейшие, а не могли бы мы стать друзьями? – обратился Бри к мужикам. – Нам было бы очень интересно побеседовать с вами, попить вместе чаю, освоить современный русский язык…

– Обидите этих охламонов – убью страшными смертями всех вас! – строго сказала Баба Яга. – А то в головастиков превращу или в крокодильчиков!

– Да ладно… Мы гостев не забижаем… – успокоил мужик в смешной шапке из кусков кожи. – Пошли, я вам избу покажу… Щи вот с вечера у нас остались… Хорошие.

Вожди охламонов и шестеро местных жителей отправились в дом. Баба Яга посмотрела им в след и позвала:

– Бяки! Буки!

Из-за кустов и елочек начали вылазить маленькие смешные лесные жительницы. Скоро их набралось не менее двух сотен. Они обступили Бабу Ягу и ждали.

– Сюда придет войско охламонов. Советую сидеть по норам и не высовываться, пока не уйдут. Ведет их сюда ихний хороший мужик. Навродя, хороший. И Ваня с ними наш. Так что, надеюсь, дело обойдется мирно и гладко. Убитых, надеюсь, будет не много. Тех, что сейчас сюда привезли, не бойтесь. Энти – мирные. Они мумиями были. Долго. Вы с ними пообщайтесь. Есть придание, что у вас общие предки с охламонами. Но я не уверена. Ну, привет! Войско здесь будет дня через три. Чао! Это значит: «до свидания».

Ступа с лесной колдуньей поднялась в воздух. А маленькие бяки и буки, смешно шевеля ушками, долго еще смотрели ей вслед и вздыхали.

* * *

Шагавшая впереди войска Надежда остановилась. Прямо на дороге сидела бабулька. В платочке, длинной цветастой юбке, вязаной кофте и с деревянным посохом. Старушка улыбалась.

– Это вещающая старушка, – объяснила фея.

– И чего? – спросил Ваня, подходя поближе. Он только что в пятидесятый или шестидесятый раз объяснял очередной группе охламонов, откуда и как берутся конфеты. Поэтому парень был слегка не в духе и языком ворочал с трудом.

– Послушаем ее, – сказала Надя.

– Говори, – то ли попросил, то ли приказал Лейм.

– Чую стылую кровь. Вижу падающий мост. Нелегко быть дураком. Везите коров на пасеку, где мед. Жлобы вы, детоньки. Прогресс по вам плачет.

Бабулька поднялась на ноги и, не прощаясь, ушла в боковой коридор. Охламоны вполголоса повторяли пророчество для более задних рядов войска. Ганс стоял, задумавшись. Лейм помрачнел.

Иван подумал и скинул рюкзак. И рыцарю посоветовал сделать то же. Потом обратился к Лейму:

– Похоже, скоро будут глобальные проблемы.

– Уже проблемы. Смотри, – вождь указал вперед. Парень посмотрел и увидел бродячую гусеницу. Длиной она была метров десять-двенадцать.

«Выросла, гадина!» – подумал богатырь, ощущая прилив земной силы. И тут же рухнул потолок. Огромная каменная плита резко осела вниз с пятиметровой высоты прямо на стоявших под ней Ваню, Ганса, Надежду, Дружка, Лейма и других охламонов. Коридор в этом месте был широкий, поэтому реальная опасность угрожала где-то трем сотням воинов.

Иван резко поднял руки, приняв на них вес опускающегося потолка. Ноги он широко расставил. И так и застыл. «Нехилая тяжесть», – подумал парень, прикидывая, надолго ли его хватит.

– Пошла! Пошла! – заорал на бродячую гусеницу Ганс, выхватывая меч и подбегая к мохнатой твари, которая нагло улыбалась, глядя на спровоцированные ею события.

– Она неуязвима, – предупредила рыцаря фея.

– Фигня! Так по-русски? Я и не собираюсь ее убивать. Я ее обрею наголо. Я всю ее изрисую грубыми ругательствами и похабными стихами. Я приклею ей на лоб мигающий фонарь… – Ганс импровизировал, пытаясь воздействовать бродячей гусенице на нервы. Он махал мечом, приплясывая перед мордой подземной хулиганки.

– Я таких, как ты, в гробу видала. Часто. Много раз, – молвила гусеница рыцарю. Чувствовалось, что ей хочется перехватить инициативу в разговоре.

– А еще чего умного скажешь? У тебя интеллект-то имеется? – спросил Ганс.

– Я гениальная.

– Классно, – сказав это, рыцарь изо всех сил ударил мечом по каменному полу. Меч разлетелся на несколько кусков.

– Ну ты идиот совсем, – удивилась гусеница.

– Мне семь лет назад один гном – это в Скандинавии волшебники такие мелкие ростом бывают – подарил возможность сотворить волшебство из земной энергии. Если кто-то мне скажет, что он гениальный, то мне надо сказать «классно» и разбить свой меч. Тогда этот кто-то скоро начнет уменьшаться. И уменьшится в сто раз. Безотказно. А силу волшебную вообще как ветром снимет. Или сдует. Ну, не важно…

– Чего?! – вздрогнула гусеница.– Врешь, пижон иноземный! Гад ползучий!

– А сама-то! Гав! – вмешался Дружок.

– Ой! – вскрикнула бродячая гусеница. И быстро стала делаться все меньше и меньше. Она стремглав кинулась в сторону, уменьшаясь прямо на ходу. Никто не пытался ее поймать.

– Все назад!!! – рявкнул Лейм.

– Валите отсюда, – прохрипел Иван, обливаясь потом и с трудом соображая, как будет вылезать из-под этой плиты он сам. Руки и ноги у богатыря уже тряслись от напряжения, а в голове слегка помутнело.

Охламоны побежали назад. Фея подошла к Ване и положила ему руку на плечо. Парень сразу почувствовал себя бодрее. В голове прояснилось. Руки и ноги перестали дрожать. Но сама Надежда вдруг начала медленно падать.

Ганс тут же подхватил ее на руки и побежал к остановившимся поодаль охламонам. Они стояли уже в безопасном месте и таращились на русского богатыря.

– Все в порядке, – сказал Ваня и постепенно начал передвигать руки и ноги, тоже смещаясь туда, где стояли все. Дружок шел немного впереди и предупреждал о неровностях пола, чтобы парень не споткнулся случайно.

Постепенно, минут за десять, Иван добрался до края рухнувшей плиты и, крякнув, выскочил из-под нее.

Раздался грохот. Земля вздрогнула. Лейм выругался. Русский богатырь присел отдохнуть.

* * *

– Там еще русские! – сообщил минут через десять подбежавший к Лейму охламон. – Идут сюда и поют песни. Один воин и две бабы. Бабы, правда, тоже с оружием.

– Андрюха, что ли, со Светой и Аней?! – вскочил Иван.

– Ведите сюда! Мирно и дружно! Р-р-р! Не обижать! Они несут важные сведения! – скомандовал вождь.

Ганс и Дружок тем временем пытались привести в чувство подземную фею. Она, похоже, отдала Ивану очень много своих сил. Теперь Надежда лежала без сознания и почти не светилась. Пес и рыцарь прыскали ей в лицо водой из фляжки, дули в нос и уши, звали по имени и тормошили. Но безрезультатно. Фея была в полной отключке.

Подошли Андрей, Света и Аня. Девушки тут же бросились к Надежде. Князь почтительно приветствовал Лейма и сказал:

– Я князь Андрей, правитель большой территории русской земли. Мы спустились в подземелье, чтобы сообщить вам о доставленных вашему войску продуктах. Они находятся на поверхности недалеко отсюда. Это из моих княжеских запасов.

– Я уже в норме, – раздался слабый, но уверенный голос подземной феи. Она села, облокотившись на стену тоннеля. – Надо уходить отсюда. Здесь очень опасно. Давайте выбираться на поверхность. Только я, похоже, пока не смогу идти.

– А в чем опасность? – спросил Андрей.

– Здесь нельзя останавливаться надолго. Можно заблудиться навсегда. Даже я могу заблудиться. Скорее пойдем.

Все резко поднялись и пошли. На этот раз русские шагали позади орды, а Лейм пошел вперед, чтобы управлять своим народом. Рыцарь нес Надю на руках. Доспехи он предварительно сбросил, сказав, что они ему все равно надоели.

Иван кратко сообщил Андрею, Свете и Ане о последних событиях. Он шагал, обняв жену за плечи, и беззаботно улыбался. Света, наоборот, хмурилась, озабоченно поглядывая по сторонам.

* * *

Заблудились.

Шли до вечера, но на поверхность не вышли, хотя Андрей утверждал, что там было полчаса ходу максимум. Надежда не могла определить направление. Чувствовала она себя очень слабо. Рыцарь, тащивший ее на руках почти целый день – тоже. Андрей и Ваня даже не предлагали помочь, зная, каков будет ответ.

Лейм объявил привал и сон. Охламоны остановились, и как обычно, без лишней суеты улеглись спать.

Андрей, рассмотревший в сумеречном освещении, исходящем от их шерсти, огромный зал, в котором остановилось войско, сказал вдруг:

– Похоже чем-то на пещеру дракоши. Помните?

– Э-э-э… – только и ответил Иван. Он очень устал.

– Спите. Я покараулю, – молвил князь.

– Я с тобой. Мало ли что, – тявкнул Дружок.

Остальные тут же уснули.

* * *

Проснулись от грохота.

Ваня вскочил, поднимая руки. Потом уже посмотрел вверх и увидел, что с потолком все в порядке. По пещере метались охламоны, громко воя и тарахтя. Лей тщетно пытался их успокоить.

– Нас задвинуло, – объяснил Андрей друзьям, которые все тоже проснулись.

– Чего? – не понял Иван. Он опустил руки и огляделся. Паника среди охламоньего войска все возрастала. Вой и крики усиливались.

– Стены подвинулись, и одновременно все выходы из этого зала оказались закрыты. Бам – и все, – пояснил князь. – Ловушка. Просто и понятно. И ежу понятно, что теперь либо нас будут есть, либо просто давить, либо голодом морить, либо заколдовывать…

– А еж тут как тут! – донеслось из рюкзака князя. И откуда вылез Умник – довольный и веселый. – Я тайком туда влез. Надоело прозябать. Охота поприключаться…

Внезапно снова раздался грохот, одна из стен сдвинулась в сторону, и из образовавшегося прохода вылез дракон. Он был не очень крупный – не более двадцати пяти метров от носа до кончика хвоста. Зато толщиной он превосходил всех виденных ребятами ящеров. Казалось, что он проглотил огромную бочку. Дракон был широк в костях – коренаст, имел толстенные лапы и большую некрасивую голову. Крылья отсутствовали. По голове, спине и хвосту сверху шел гребень из больших зубчатых щитков.

– Привет! Вот я вас и поймал! Ха-ха-ха! – загрохотал ящер, обращаясь к притихшей орде охламонов. – Буду кушать вас постепенно. Не более двух-трех сотен в день. Так что вы не волнуйтесь. Большинство из вас поживут еще несколько дней. Ха-ха-ха!

– Прожорливый ящер. Он перебрался сюда. Я слышала о нем, но никогда не сталкивалась. Попробую поговорить, – сказала Надежда. Нетвердыми шагами она направилась к дракону. Ганс шел рядом поддерживая ее под локоть.

Иван секунду подумал и спросил друзей.

– Может, и нам подойти поближе?

– Я поеду на собаке, – заявил Умник.

Посадили ежа на спину Дружку и двинулись вслед за феей и рыцарем. Ваня шагал и размышлял, как биться с этим драконом. Все молчали.

Ящер сразу заметил Надежду и ее спутников. Ухмыляясь во всю свою зубастую пасть, он ждал. Когда фея приблизилась, дракон спросил:

– Вы предпочитаете смотреть, как я их тут всех поем, или вас выпустить? К сожалению, я не смогу съесть или хотя бы просто раздавить лично вас. Поэтому могу и проявить вежливость.

– Что тебе надо, чтобы ты отпустил всех нас? – спросила фея, глядя в глаза ящеру.

– Ровно столько же еды с полной гарантией ее наличия. Ха-ха-ха!

– Мерзкая скотина! Грубая ящерица с гнилыми зубами! Раздувшийся от чрезмерного обжорства подземный гад! Гнилая вонючка! Трепло и пустобрех! – заорал еж, спрыгивая на пол и встав на задние лапки.

– Пустобрюх. Это вернее, – ответил, улыбнувшись, дракон.

– Давай сразимся. Я богатырь. Одного дракона я уже обломал. В Гоби. Не слыхал? – молвил Иван спокойным голосом, выступая вперед.

– Слыхал. Только там вам йог помогал. И меч у твоего друга был волшебный. Да и ты посильнее был. А тут – ни одного, ни другого, ни третьего. Ха-ха-ха! Я неуязвим. Только подавим твоих друзей, да этих мохнатых. Хочешь? Я готов поразмяться. Но не жажду. Ну так как?

– Нет ли другого какого способа разрешить ситуацию? – спросила Света.

– Нету. Хи-хи-хи.

– У! Мерзкий дармоед! Пижон! Хам! Чувырло! – снова подал голос Умник.

– А на хрена вам еж? Чтоб ругаться? – поинтересовался ящер.

– Я гениальный. Я волшебный. Я гигант! – рявкнул колючий зверек и вдруг начал расти. За две-три секунды он сделался размером с дракона. Пасть сверкнула огромными полуметровыми зубами. Трехметровые колючки толщиной с бревно устрашающе торчали во все стороны. Еж без лишних предисловий атаковал.

Ганс подхватил на руки Надежду и отбежал, освобождая место для драки. За ним отбежали остальные, включая Ивана, который не ощущал вдохновения на битву. Охламоны тоже подались в стороны, чтобы не попасть под ноги сражающимся гигантам.

Схватка была очень недолгой. Умник придавил противника к полу и зарычал:

– Двигай стены обратно, сволочь! А то буду мордой твоею елозить по камням, пока до мозгов не сотрется она. Я еж-гигант, и мое слово – как скала!

Стены с грохотом поползли в стороны, освобождая проходы. Лейм не долго думая выкрикнул команду. Орда бегом устремилась к ближайшему выходу. Ганс, неся на руках фею, поспешил следом.

– Эй, Умник! Ты сам справишься или как? – крикнул богатырь.

– Болото. Трудно быть дураком. То есть я хочу сказать, что насмерть его не загрызешь. Но поколотить можно. Хотя это бессмысленно. Умнее не станет. Выходите все, а я – за вами. Не волнуйтесь. Не такой дохлой ящерице тягаться с ежом-гигантом, у которого мощь и гениальность!

Ваня, Андрей, Света и Аня побежали за уже скрывшимся в широком тоннеле войском охламонов. У выхода из зала князь обернулся и увидел Умника, тащившего за собой ноющего и хнычущего дракона. Еж волочил его, держа зубами за шею.

– Лежи тут. Идиот, – с этими словами Умник отпустил врага и, повернувшись, пошел за Андреем и Иваном, с трудом протискиваясь в тоннель.

Когда они прошли километра два, еж крикнул:

– Спокойно. Отдохните. Он к нам не полезет. А мне надоело монстром быть.

Он трижды перекувыркнулся через голову и начал уменьшаться. И скоро уже в рюкзаке Андрея поверх поклажи сидел еж обычного размера и объяснял:

– Мой батька предвещал, что раз в жизни мне предстоит сделать очень важное доброе дело. Это мне от рождения так звезды в небе встали. «Великая, – говорил батька мой, – сынок, у тебя сила будет. Но только один раз. И ненадолго. Случится это само собой. Ты только должен разозлиться как следует». Вот я себя и заводил.

– Молодец, – похвалила Света ежа, давая ему кусочек сушеного яблока.

И все потихоньку пошли дальше.

* * *

– Самое плохое во всем этом то, что я все равно не знаю, куда идти, – сказала фея, когда они прошли еще с полчаса. – Дружок, скажи Лейму, что нужно сделать привал.

Пес убежал вперед искать вождя. Орда охламонов растянулась, так как коридоры тут были довольно узкие. Поэтому остановились только через пару минут.

Ганс опустил фею на землю и повалился рядом.

– Ты бы, парень, ее в рюкзак запихал, что ли, – предложил Иван. – А то, если битва, как ты будешь драться? Не кручинься. Надя не обидится. Вон Аню дядя Али как-то в кармане нес. И ничего.

Вернулся Дружок. За ним шел Лейм с охраной. Он был бодр и весел. Поглядев на валяющегося на земле рыцаря, он спросил:

– Ухайдокался воин ваш? Русские, стало быть, тоже устают?

– Он вообще-то не русский, а немец. Из Германии. Но и русские устают. У нас ведь не все богатыри и воины. Да и тем отдых нужен, – ответила Света.

– Путь потерян? – прямо спросил Лейм.

– Да. Мы тут можем кружить годами. Тоннели как бы меняют свое расположение. Такое место. Крупно вляпались. Одна я, пожалуй, и вышла бы. А в такой большой компании – никак. Энергии и ясности не хватает.

– А далеко до поверхности? – спросил Андрей.

– Метров сорок-пятьдесят. Вряд ли много больше, – ответила фея. – Но это – если по вертикали.

– А может, тебя, Ганса и, скажем, еще кого-нибудь отправить за подмогой? Может, дядя Али тут прокопал бы к нам сверху шахту? – предложил князь.

– Здесь легко ошибиться. В каком месте рыть? – с сомнением покачала головой Надя. – Да и засыпать он всех может. Нет. Плохая идея.

– Ну, давай хоть вас отправим. Может, там наши что-нибудь придумают, – толкал свою мысль Андрей.

– Я не хочу вас оставлять. Тут еще много всякого, – не согласилась фея.

– А может, нам резко увеличить ясность мышления? – вдруг предложил пес.

– А как? – спросил Лейм.

– Да просто. Взять – и увеличить. Чего тут?! Как-то всем собраться… – сказал Дружок.

– Охламоны!!! – загремел в подземных коридорах голос Лейма. – Нам угрожает опасность. Мы попали в меняющиеся коридоры, и нам не выйти отсюда просто так. Мой народ! Есть выход! Мы должны резко увеличить ясность мыслей. И тогда наша энергия остановит эту болтанку в расположении тоннелей. Ясно?!

– Ясно!!! У-у-у! Р-р-р! – стали откликаться охламоны в ближних и дальних коридорах.

– Сосредоточьтесь, охламоны! Близок час исполнения пророчества! У-у-у! – продолжал воодушевлять воинов Лейм.

– Интеллект, включись, – подсказал Умник из рюкзака.

– Интеллект, включись!!! – рявкнул великий вождь так громко и истошно, что Аня и Света даже вздрогнули.

Повисла тишина. Явственно ощущалось, что нечто происходит в сознании орды мохнатых воинов. Иван потер затылок и подумал: «И мне бы поумнеть не помешало».

– Ха-ха-ха! – звонко рассмеялась Надежда среди общего молчания. Ее свечение вспыхнуло ярко-ярко. Фея вскочила на ноги и крикнула: – За мной!

– Ура!!! Р-р-р!!! – заорали охламоны.

Надежда уверенно шла вперед. Все двигались за ней. Скоро они подошли к уходящим вверх широким ступенькам. Пахнуло запахами зимнего леса.

Еще через пять минут Надежда, Ганс, их друзья и передовые отряды охламонов уже выходили на свет Божий.

Было утро. Голубое небо обнимало куполом верхушки елей и сосен. Неглубокий свежий снег уже был испещрен следами лесных птиц и зверей. Морозец ласково поглаживал путников.

– Ура!!! – закричал Ваня.

– У-у-у!!! – завыли охламоны, выходя из подземелья все новыми группами, утаптывая снег и жмурясь от яркого солнца.

* * *

Дядя Али бродил по лесу вокруг деревни. Он очень полюбил свои валенки. Русский мороз и русский снег уже не раздражали шайтана. Он с интересом разглядывал птиц, белок, зайцев, общался с деревьями… Параллельно он натаскал в деревню огромную кучу сухих стволов на дрова. Спал дядя Али все так же в шалаше, закрывая его елками, чтобы было теплее.

Вдруг шайтан услышал крики. Он немедленно направился туда, откуда они неслись, и скоро увидел толпу охламонов, Ваню, Аню и остальную компанию. Дядя Али приветственно помахал им издалека.

– Русский шайтан! – заорали охламоны, изготавливаясь к бою. – Где богатырь Ваня?!

– Спокойнее!!! Все спокойнее!!! – рявкнул Лейм. – Это не враг. Вы, что, забыли?!

Толпа поутихла, но на здоровенного шестиметрового шайтана смотрели все же с подозрением. Воины урчали и вздыбливали шерсть на загривках.

Иван подошел к дяде Али и спросил:

– Где мы?

– Совсем рядом с деревней Чоу, – тихо ответил шайтан.– Веди их вон в ту сторону. А нашим я сообщу сейчас.

– А склад с едой где?

– Не знаю, главное сейчас – отведи их подальше отсюда. А там лесной колдун вам подскажет.

– Хорошо. Всем привет

– У вас все в порядке?

– Да

– Ну, счастливо вам, Ванюша.

Иван вернулся к орде и сказал Лейму:

– Надо идти на юг, а потом колдовать. Но к складу с продуктами мы скоро дойдем.

– Хорошо бы сегодня или завтра, – сказал вождь

– Постараюсь.

Раздались крики команд, и орда охламонов двинулась на юг, весело шагая по неглубокому снегу.

* * *

На Кудыкиной Горе был дурдом. В один момент из-под земли полезли охламонихи и их детишки – маленькие охламончики. В неимоверном количестве. Все они говорили, выли, кричали, пищали, плакали, пели, тараторили…

Бяки и буки, сначала испугавшись такого нашествия, скоро пришли в себя и принялись наводить порядок. Они распределяли прибывающих по склонам Кудыкиной Горы и прилегающим территориям. При этом маленькие бяки и буки уверенно командовали целыми толпами охламоних и охламончиков.

Бывшие дружинники князя Георгия заперлись в избе все вместе и сидели тихо. К ним никто не лез. Вообще прибывшие были настроены мирно. Руководили ими несколько очень мохнатых женщин пожилого возраста.

Шестеро вождей вышли из дома. Толпа моментально затихла. Одна из женщин-руководительниц подошла к вождям и сообщила:

– Нами всеми овладело неодолимое желание идти сюда. Мы пришли всем нашим народом. Не оставили никого. Ходы были широкие и легкие. Мы дошли всего за десять часов. Где наши мужчины? И кто вы?

– Мы вожди народа охламонов в стародавние времена. Мы спали в склепе две тысячи лет. Так было сделано, чтобы передать вам наши знания. А мужчины ваши скоро будут здесь. Может, через день, может, через два, – ответил Хва.

– Ну, мы тогда тут пока погуляем, – сказала женщина. – Подождем мужиков.

Вожди снова ушли в дом – величественно и с очень умным видом.

Руководительницы сообщили остальным женщинам планы на ближайшее время. Все одобрительно заулюлюкали и завыли. И орда принялась располагаться на полянах и просто между деревьями. Снег и мороз никому явно не мешали.

Детишки носились везде, катались с горок и кидались снежками. Тетеньки завели разговоры о том о сем. Молодые девицы скалили зубы, обсуждая, будут ли жениться эти новые вожди. Бабульки-охламонихи приглядывали за порядком.

* * *

В деревне Чоу болтался безо всякого дела и мрачно глядел на всех ему встречавшихся. Он чувствовал, что зреет нечто. И не мог понять, угроза это или, наоборот, что-то хорошее.

Дядя Али поглядывал на китайца издали и размышлял о чем-то своем. Его огромные валенки, в каждый из которых мог бы свободно уместиться взрослый человек, явно доставляли шайтану большую радость. Он периодически поглядывал на них, слегка притоптывал ногами о снег и улыбался. Стоял дядя Али у большой елки и был в дозоре.

Вилли обучался у Гаврилы махать нунчаками. Английский парень проникся глубокой симпатией к китайским боевым методам и с головой ушел в их изучение.

Аделаида и Чудик играли с Давидиком. Мальчик хохотал, лежа на руках у мамы и пытался поймать крысиный хвост.

Баба Яга сидела неподалеку на крыльце и читала книжку. Периодически она глядела на внука и одобрительно улыбалась.

Остальные занимались всякими работами по хозяйству. Только Сеня лежал на спине на куче соломы, закинув руки за голову, и мечтательно смотрел в голубое зимнее небо. Ему Чоу поручил так медитировать, и парень с наслаждением передавался этому занятию.

* * *

Большой склад продуктов передовые дозоры войска охламонов заметили к вечеру Андрей сказал, что это именно тот склад, который приготовили из его запасов.

Лейм тут же определил порядок подхода войска к ящикам и мешкам и назначил охламонов для выдачи продуктов. Орда отличалась удивительной дисциплиной и слаженностью действий.

Сыр, хлеб, колбаса и яблоки очень понравились мохнатым воинам, и они скоро все пришли в чрезвычайно благодушное настроение. Некоторые даже подходили к князю выразить личную благодарность. Тот вежливо улыбался и говорил, что рад помочь.

После трапезы охламоны расположились отдыхать под деревьями – там, где было поменьше снега. Все было мирно и спокойно.

«Сейчас что-то случится», – подумал Иван. Он поискал глазами друзей и узрел, что все они разбрелись среди толпы охламонов. Острое чувство опасности пронизало все тело парня.

– Андрюха, Света, Аня, Дружок, Ганс, Надя, Умник! Айда ко мне скорее! Дело есть! Сюрприз! Жбан – коромысло! Привет от князя Георгия! – крикнул Ваня, стараясь не всполошить охламонов и в то же время дать друзьям понять, что надо собраться и изготовиться к возможным проблемам.

Успели только второе.

Раздался резкий злобный клич, и воины, стоявшие поблизости от Андрея, Вани и их друзей, внезапно бросились в атаку. Одновременно были атакованы Лейм и его охрана. Нападающих в общей сложности было сотни три-четыре. Остальная толпа изумленно смотрела на происходящее и ничего не предпринимала. Вожди молчали – смотрели, чем дело кончится.

Аня, Света, Дружок и Умник находились близко друг от друга. Они тут же сбились в кучу. Девушки обнажили клинки и принялись тыкать ими во все стороны с неплохой скоростью, стараясь отогнать атакующих их охламонов.

Андрей, Ганс и Иван рубились поодиночке. Их мечи работали столь ужасающе, что уже через несколько секунд большинство нападавших на них охламонов было убито, а остальные отпрянули.

Иван уже собрался бежать на выручку девушкам, находившимся шагах в ста, как увидел появляющегося около них из воздуха лесного колуна с секирой. Всегда такой мирный и благообразный старичок издал устрашающий боевой клич и принялся кружить свое оружие над головой и вокруг себя. Аня и Света, воодушевленные поддержкой, перешли в атаку, рубя направо и налево.

Андрей и Ганс напали с тыла на тех, кто бился с великим вождем и его охраной. Их вмешательство оказалось решающим.

Через пару минут схватка завершилась.

– Хреново, – молвил Ваня, подходя к Свете, Ане, Дружку и Умнику. Еж все это время просидел у пса на спине и был сильно не в духе. Он не ожидал от спасенных им охламонов такого коварства.

– Я ранена, – сказала Аня. След от огромного когтя шел по левой руке от плеча до локтя. Кровь текла обильно. Лесной колдун сунул секиру за пояс и принялся за лечение, водя руками над раной. Скоро кровотечение прекратилось. Света забинтовала Ане руку.

Все это время Иван, Ганс и Андрей стояли вокруг с обнаженными мечами и наблюдали, как Лейм наводит порядок. Участников заговора он велел не убивать, но пригрозил, что, ежели такое повторится, то он будет более жесток. Вождей всех Лейм немедленно разжаловал и назначил новых – своих хороших знакомых. Орда повыла, но согласились.

Прилетел на ковре-самолете шайтан. В одной руке он держал ярко пылавший факел. Выглядело это явление впечатляюще. Приземлившись, дядя Али сказал:

– Я – за раненой. Да и Свету с Дружком и Умником заберу. Баба Яга в свою серебряную тарелочку уже увидела все ваши здешние дела. Безобразие!

Девушки, пес и еж забрались на летающий агрегат и помахали руками и лапами остающимся. Шайтан что-то рыкнул по-арабски, и ковер-самолет резко взмыл вверх – в темноту вечернего неба.

Подошел с извинениями Лейм.

– Наш народ еще не привык дружить, – сказал великий вождь.

– Да уж… Привыкайте поскорее. А то от вашего народа ни хрена скоро никого не останется, – громко – так, чтобы было слышно как можно большему числу воинов – молвил Ваня, убирая меч в ножны. – А пока мы вас просим держаться подальше. Нервный я стал. Жену мою ранили. Плохо.

На ночлег расположились на этом же месте. Ребята влезли на большую разлапистую ель. Лесной колдун подмигнул им и исчез. Рыцарь и фея, как обычно, сели на ветке пониже – караулить. А князь и Иван забрались повыше и, привязав себя веревками, сладко уснули.

* * *

Утро следующего дня выдалось ясным и морозным. Охламоны, проснувшись, принялись бегать и прыгать, чтобы согреться. Ваня, Андрей, Ганс и Надя позавтракали и слезли с дерева. К ним подошел Лейм в окружении охраны и спросил:

– Что сегодня?

– Сегодня мы придем на Кудыкину Гору. Тут часа три хорошей ходьбы. Все магические условия мы уже выполнили, – ответил Иван, которому лесной колдун тихонько сообщил про обстановку в пункте их назначения. – Собирай своих бойцов да скажи им, чтобы, как на место придут, вели себя тихо и скромно. Там живут бяки и буки – древние ваши родичи. Их обижать нельзя. А то мы начнем рубить и обагрим охламоньей кровью Кудыкину Гору. Ясно?

– Да, – сказал Лейм и заорал, отвернувшись к орде:– Воины! Сегодня, у-р-р-р, мы явимся туда, куда шли! Без команды никого не обижать и не убивать! У-р-р-р!

* * *

На Кудыкину Гору прилетела Баба Яга и с воздуха прокричала:

– Идет войско охламонов! Встречайте! Будут через час! Их ведут сюда подземная фея Надежда и трое наших ребят!

Лесная колдунья, взмахнув помелом и бросив ступу в крутой вираж, быстро набрала высоту и улетела. Издали донесся ее протяжный свист. Чувствовалось, что летать Бабе Яге нравилось.

Охламонихи засуетились, собирая детишек. Бяки и буки попрятались в свои норки и наглухо позакрывали двери. Вожди вышли из дома и принялись прохаживаться туда-сюда. Шестеро бывших дружинников князя Георгия заперлись в своей избе и сидели тихо-тихо.

И вот появилась орда воинов. Жены, дети, матери и сестры приветствовали их громкими воплями. Воины в ответ тоже орали и рычали. Поднялся жуткий шум.

Лейм влез на березу и рявкнул:

– Тихо!!!

Все замолчали, глядя на него и почесываясь. К дереву подошли шестеро вождей прошлого и полезли наверх. Скоро они расположились на ветках около Лейма. Хва произнес громко и отчетливо:

– Здорово! Мы вожди, которые спали две тысячи лет. Мое имя Хва. Р-р-р!

– Ура!!! – завопила толпа охламонов, охламоних и их детишек.

Когда восторг немного стих, Лейм спросил:

– Как нам стать великим и преуспевающим народом?

– Рецепт прост: научитесь любить. Себя, друг друга, иные народы, иные существа, весь мир, Бога… – громко ответил Хва. Повисла тишина. Толпа явно не понимала, о чем говорит этот охламон.

– А мы любим воевать, убивать и уничтожать! – крикнул из толпы кто-то.

– Мое имя Бри, – представился второй вождь, сидя на ветке и стукая себя кулаком в грудь. – Я вам скажу прямо: если вы останетесь такими, какие вы есть сейчас, то и останетесь в том же состоянии жизни. Хотите другой жизни – измените себя! Р-р-р!

Толпа загудела. Раздавались вопли:

– А нам и так хорошо!

– Мы воины!

– Мало ли что было две тысячи лет назад!

– У них во сне мозги слиплись!

– Мой народ! – рыкнул Лейм. – Мы можем или принять помощь этих проснувшихся шестерых вождей, или не принять их идеи. Но мы должны выслушать, что они скажут! Для этого мы и шли сюда, терпя трудности и потеряв не одну сотню бойцов! Ау-у-у!!!

– Меня зовут Ле. Я из нас шестерых самый умный, – вступил в разговор третий вождь. – Я один убил восемнадцать мамонтов и сто сорок шесть шерстистых носорогов! И это всего за пятьдесят лет жизни. Я умею делать ловушки. Но я убивал, лишь чтобы прокормить свое племя. И всегда с любовью относился к тем, у кого отнимал жизнь. Любовь не делает слабее. Любовь делает охламона человеком.

– Говно! – закричали из толпы. – Убить их всех! Это русские подставки. Сначала подкормили, а теперь приручить хотят! Суки! Сволочи!

Большая часть орды мочала. Тогда во весь голос заорал четвертый вождь:

– Я вождь Хму! Все, кто хочет нас убить, могут выйти сюда! Я лично один сражусь со всеми ими. И все смогут убедиться, что мой уровень культуры намного выше! Ну! Трусы! Я жду! Р-р-р!!!

К дереву подбежали человек двести охламонов. Хму спрыгнул прямо них. Началась жуткая драка, сопровождавшаяся истошными воплями и яростным взвизгиванием. Остальная толпа с большим интересом наблюдали схватку. Стоявшие в задних рядах подпрыгивали, влезали на деревья и друг на друга, чтобы лучше видеть.

Хму не пускал в ход зубы и когти. Он действовал хитрыми приемами, включая броски, удушения и толчки. Скоро все атаковавшие его либо валялись без сознании, либо разбежались. Вождь отряхнулся, издал победный клич и снова влез на дерево.

– Короче! У вас выбор. Три минуты на размышление. Меня, кстати, зовут Чой. Либо вы учитесь любить, либо нет. Решайте всей нацией! А мы можем и своей дорогой пойти, – обратился к орде пятый вождь. – Но каждый решает сам за себя! Время пошло! У-у-у!

– А чего делать-то надо? – раздался в звенящей тишине голос какого-то молодого охламона.

– Пока молчать! – рыкнул Лейм.

– Ну всё! Три минуты прошло! Мое имя Жби. Когда я подниму руку, вы кричите «да» или «нет». И погромче – вы ведь охламоны! – произнес шестой вождь. Он замолчал, обводя взглядом толпу. Было тихо-тихо. Солнце сверкало на снегу разноцветными искрами.

Жби поднял руку.

– ДА!!! – загремела толпа.

Маленькие бяки и буки, прислушивавшиеся к разговору, повыскакивали из своих норок и принялись носиться среди собравшихся с восторженным писком.

Ганс подхватил Надежду на руки и стал ее радостно подбрасывать и ловить, подбрасывать и ловить… Толпа бурлила, издавая множество самых разных звуков. Охламоны прыгали и махали руками.

– Народ! Мы совершили эпохальный выбор! – заревел Лейм с дерева. – Осталось всего ничего – воплотить в жизнь наше решение. А потом можно отваливать отсюда и идти домой – к нашим теплым подземным озерам, где полно рыбы, к нашим уютным домашним пещерам, где мягко спать, к нашим хранилищам книг, которые скоро все вы научитесь читать… Ур-р-р!

– Дурдом! – шепнул Ваня Андрею. – Но все серьезно.

Князь кивнул. Они вчетвером стояли в стороне от толпы – около изб, но все происходящее было видно и слышно хорошо.

– Смирно! – зарычал Жби. Все притихли. Бяки и буки перестали бегать и с удивлением уставились на вождя.

– Методика элементарная. Каждый из охламонов берет на руки бяку или буку. Их тут много. Кому не хватит – бяк и бук друг у друга не рвать! Подождите. Две-три минуты достаточно, чтобы, держа на руках маленьких лохматых наших древних родственниц, научится у них любить. Они очень волшебные. И хоть на нас, охламонов, никакое волшебство не действует, волшебство любви мы можем ощутить, – объяснил орде Ле.

– А кто не научится любить, того придется убить! – добавить громко Лейм. – Ха-ха-ха! Шутка!

Бяки и буки удивленно шевелили ушками. Они и не знали, что являются хранительницами волшебства любви. Охламоны, охламонихи и детишки-охламончики принялись брать своих маленьких родственниц на руки и ласково гладить. Те не возражали.

Зазвучал смех. Послышались веселый песенки, детские стишки и приговорки. На Кудыкиной Горе даже как будто стало теплее.

* * *

Методика охламонам пришлась по душе. Бяк и бук передавали с рук на руки, качали и всячески тютюшкали. Шел час за часом, а энтузиазм не иссякал.

К вечеру, посовещавшись с шестью вождями, Лейм принялся собирать свой народ и готовить его к походу домой. Бяки и буки снова забегали среди толпы, прощаясь с неожиданными и многочисленными родичами. Андрей, Ваня, Ганс и Надежда взирали на все это с немалым удивлением. Бывшие дружинники Георгия так и не вылезли из избы.

– Народ! Мы выполнили нашу задачу! Теперь мы знаем, кто мы такие! Теперь мы умеем любить! Ур-р-р! – закричал Лейм, стоя на большом пне. Охрана вокруг него и шести вождей оглушительно взвыла. Толпа в ответ тоже взревела, восторженно жестикулируя и взъерошивая шерсть на загривках.

– От имени всего нашего народа я благодарю наших русских спутников, которые помогли нам выполнить нашу задачу, которые сражались с нами и вместе с нами! Ур-р-р! – вождь совершенно взвинтил свои эмоции и некоторое время просто прыгал на пне. Потом он чуть-чуть успокоился и добавил: – Мы узнали, что русские умеют сражаться и что у них умеют делать вкусные конфеты!

Из воздуха возник лесной колдун. Уже без секиры. Рядом с ним появилось несколько мешков.

– Конфеты, ребята! На дорожку! – возгласил старичок. – Подходите по порядку! Ваня, Андрюша, Надя, Ганс, помогите раздавать!

Больше трех часов тянулась вереница охламонов мимо мешков с конфетами. Все они вежливо благодарили русских друзей за угощение. Многие пожимали руки Гансу, Андрею, Ивану и лесному колдуну.

Взяв конфеты, охламоны спускались в подземный ход. Лейм, уже простившийся с Ваней и его друзьями, шел впереди своего народа.

Уже наступила ночь, когда последние охламоны исчезли под землей. Скалы, впустив их, заскрипели и сдвинулись, закрывая вход.

Стало тихо. Бяки и буки разбрелись по своим норкам спать. Лесной колдун исчез без лишних разговоров.

Ваня, Андрей, Ганс и Надежда стояли и молчали. Они настолько обалдели от всего произошедшего, что даже не могли говорить.

Раздался крик совы. На Кудыкину Гору возвращались потревоженные и распуганные невиданным пришествием охламонов птицы.

* * *

– Да… – произнес Иван через полчаса, садясь на лежавшее рядом бревно.

– Ну… – молвил согласно князь, тоже усаживаясь и засовывая в рот одну из немногих оставшихся конфет.

.– Эх… – пробормотал Ганс, почесывая бороду и явно не в силах выразить свои чувства и впечатления от русской действительности.

– Ну что ж?! Такая у охламонов психология, – молвила Надежда, пожимая плечами и улыбаясь.

– За нами уже летят, – сказал рыцарь сонным голосом. Он обнял фею за плечи, как бы опасаясь, что она тихо отвалит по поводу окончания приключения

– Да никуда я не денусь, – ласково успокоила его Надежда. – Надо же и отдохнуть, и отпраздновать…Да и Марфа там…

– А я?! – проснулся Ганс.

– Ау! Ваня! Андрей! – раздался сверху голос дяди Али. Он кружил над Кудыкиной Горой и помахивал факелом. – Где вы, ребята? Я – за вами. Ау!

– Мы тут! – откликнулся Андрей.

И скоро они уже, уютно устроившись около огромного шайтана, летели на ковре-самолете в сторону деревни, где их ждали остальные друзья.

* * *

Летели молча.

Отпустив ковер-самолет в деревне, шайтан увидел, что все его пассажиры спят. Тогда он аккуратно отнес их по одному к ближайшей избе, передавая на руки вышедшим оттуда мужикам. Андрея, Ваню, Ганса и фею внесли в дом и уложили на постель, оставив при них Дружка. Вскоре к нему присоединились Света и Аня.

– Все в порядке? – спросил Вилли Бабу Ягу, пившую в одиночестве чай у огромного самовара.

– В порядке. Одна беда: господин твой, сэр рыцарь, сбрендил, бедняга. Втрескался по уши в подземную фею и собирается к ней в подземелья жить перебираться. А энтой дуре светящейся не хватает духу его послать подальше. Ну, соврала бы, что у нее там муж есть или что еще в таком роде… Загубит мужика!

– Ну что ж сделаешь, раз уж у них любовь?! – развел руками Вилли.

– Да прибьют его там в подземельях монстры какие-нибудь – вот и вся любовь! Это ж фея волшебной силой наглухо защищена от всякого вреда. Суть у нее такая. А хозяин твой – обычный мужик. Вон и Ванька-то там с трудом, а уж богатырь, не Гансу чета. О-хо-хо!

– А по мне – пусть идет. А я тогда у господина Чоу учиться останусь. Очень мне это понравилось… Этак бац! бац! – и убил. Здорово!

– Молодой ты еще. Лопух. Но учиться – дело доброе. Чоу, зятек мой разлюбезный, мастерством владеет. Хорошего себе мужа Аделаида выбрала. А уж как маялась! Тыща лет уже, а все не замужем была. Но зато и дождалась! Правда, там и другие бывали – голову ей дурили… Ну, энто дело прошлое. А были они все как один говнюки, сынок.

– А я, если женюсь, то только на принцессе! – заявил Вилли, подтягивая штаны и присаживаясь пить чай рядом с Бабой Ягой.

– А чево так? Ты, чё, принц? Или просто для понту, для куражу? Не дело! Дурь энто! Выкинь, пока не поздно, из головы. А то подцепит тебя такая принцесса-распринцесса, что волком взвоешь! – сказала лесная колдунья.

– О чем разговор? – спросил, подходя, Трофим.

– О любви между мужчиной и женщиной, – ответил Вилли, допивая чай и ставя кружку на стол.

– А-а-а… Ну, это не интересно. Я сначала таким крутым стану, как Учитель Чоу, а потом уже, может, женюсь.

– А я полечу домой. Задолбало тут у вас пилотировать, инструктировать, патрулировать… Тьфу! Чай допью – и полечу. Я ж старая женщина! – проговорила Баба Яга.

– Так ведь эти когда проснутся, поговорить надо, да? А то как же? – удивился Трофим.

– Я завтра к вечеру прилечу. А до тех пор они, я думаю, не проснутся. Вы не шумите тут завтра. Ну, пока, – с этими словами лесная колдунья допила восьмую чашку чая, дожевала бублик, встала и вышла на улицу. Через минуту раздался свист – Баба Яга взлетала в своей ступе в небо.

– Прямо как в сказке живем, – молвил Трофим. – Баба Яга, охламоны, шайтан, говорящие звери…

– Да… Много у вас на Руси волшебства… – согласился Вилли. – У меня на родине в Англии тоже, конечно, это дело встречается. Но не в таких масштабах.

– А чего сюда приперся-то? – спросил его Трофим, сидя напротив за столом. Его темно-русая борода топорщилась, но сам он уже, похоже, хотел спать.

– Судьба, – ответил оруженосец.

– А-а-а…

* * *

К вечеру следующего дня проснулись Ваня, Андрей, Надя и Ганс – почти одновременно все четверо. Немного потрепались. Аня чувствовала себя хорошо, но левую руку не двигала, так как рана еще не зажила полностью.

– Жрать охота! – молвил Ваня.

– Баба Яга полетела к себе домой пироги печь. Скоро, наверное, вернется, – сказала Светлана.

– Ну тогда надо размяться! – предложил Андрей.

Они вышли на улицу. Было уже темно, но никто в деревне не спал. Все жители быстро собрались и принялись приветствовать и хвалить героев.

– Я-то что! Вот Умник наш отмочил! Вы бы видели, ребята, каким монстром он там был, как дракона отделал! – говорил Ваня.

– Да все вы хороши! Так по-русски? – подал голос Чоу.

– Почти так, милый, – сказала Аделаида.

Подошел дядя Али. Он нес факел. Воткнув его в сугроб, шайтан уселся на снег и произнес:

– Интересно, на меня пирогов хватит?

– Уже летит! – крикнул Вилли, указывая на небо.

Сеня, Гаврила и еще трое мужиков побежали в избу-столовую готовить чаепитие. А Баба Яга уже опускалась в своей ступе прямо в центре собравшихся. Китаец помог ей выбраться на землю. Дружок сунул морду в ступу и ахнул:

– А где же пироги?!

– Дома. Где ж им быть еще?! Чего их по морозу везти?! Да и в ступу не поместились бы. Они там, на печке. Сейчас я их колдовским способом сюда и переправлю. Пошли в избу! – ответствовала Баба Яга.

– А я? – спросил шайтан.

– Слухай! Может, тебя, любезный, сделать раза в три поменьше ненадолго? Я могу попробовать, – предложила лесная колдунья. – Чаю хоть в избе попьешь…

– Нет! – наотрез отказался дядя Али. – Мне такая магия не нравится!

– Ну ладно. Сюда вынесем. Тебе хватит. Я килограмм триста их напекла. Уж старалась, работала…

И все, кроме дяди Али, пошли в дом.

* * *

За столом было весело. Угощения хватало. Периодически то один, то другой выходили из-за стола и носили шайтану пироги, варенье, мед и чай.

Чудик, Марфа, Умник и Дружок устроились вместе со всеми. Давида держали по очереди на руках. Он смеялся и звенел зажатым в ручке волшебным колокольчиком.

Шайтан прислушивался к звукам, несущимся из избы, сидя на большой охапке еловых веток и попивая чай из котла как из кружки. Вдруг он услышал грузные шаги. Из темноты вышел медведь и сказал:

– Какое там спать! Попробовал в берлогу залечь, как снег пошел. Так не заснуть! Шум тут вокруг, все веселятся, воюют… А далеко уходить неохота. Да, к тому же, все волновался, все думал – как там с охламонами дело выйдет… Всё в порядке?

– В порядке, – ответил шайтан. – Садись рядом со мной пироги есть. Баба Яга напекла. С клюквой! С черникой! С брусникой! С капустой!.. И мне веселее будет. А то тебе в избу тоже как-то не очень…

– Отлично, – согласился медведь, укладываясь рядом с дядей Али и нюхая пирог. – Буду шатуном. Пусть меня кормят, раз спать не дают. Да?

– Угу, – произнес, жуя, шайтан.

* * *

Напившись чаю и наевшись, все вышли на воздух.

– Бабушка! А объясни нам теперь про охламонов и про всю эту историю, – попросил Ваня Бабу Ягу. – Почему так все получилось?

– Ну, энто ты уж сам думай. Я уже старая стала мозгами шевелить. И вообще мне пора домой. Счастливо вам всем тут. Ты, Андрюшенька, давай в город со Светой отправляйся. Нечего тут болтаться. Там делов полно. А ты, Ванюша, жену лечи. На руках ее больше носи. Вон у рыцаря учись. Вы, ребята, учитесь у Чоу. Старайтесь. Ну всё. Всем привет, – сказав это, Баба Яга улетела.

Шайтан с медведем пошли гулять по ночному лесу. Ежа взяли с собой, посадив дяде Али в карман. Умник не высовывался, а только участвовал в разговоре. А говорили они о Персии и о других далеких странах, о драконах и о великих воинах…

Все остальные разбрелись по домам спать.

В небе сияли звезды. Морозный воздух слегка звенел в безветрии ночного леса.

Скоро огни погасли, и деревня погрузилась в сон.

* * *

Утром дядя Али предложил отвезти Андрея, Свету и Дружка в город. Позавтракав и собравшись, они приготовились к полету.

– Ну я с вами налетаюсь здесь! Я смолоду столько не летал! – говорил шайтан, усаживаясь на ковер-самолет и вытягивая вперед ноги в огромных валенках. – Когда я был еще совсем мальчишка, мы с друзьями летали на коврах-самолетах за океан…

– Расскажи, дядя Али! – попросила Аня.

– Ну ладно. Расскажу – и полетим. Дело было так. Собралось нас восемь шайтанов. Молодец к молодцу. Каждый – на ковре-самолете. И решили через океан слетать – который к западу от Африки. Старики нас отговаривали, утверждая, что там, мол, другая культура и все такое. Но мы полетели. Поднялись в воздух в Аравии и через Африку – на запад! Долетели до океана, набрали с собой бананов и ананасов в дорогу и полетели дальше.

– А другие шайтаны были такие же, как ты? – спросил Трофим.

– Типа меня. Ну вот. Летим, значит, над водой. Погода была хорошая. Солнышко. Жуем бананы и ананасы. Ну, балуемся немного…

– А как? – пискнул Чудик.

– Ну, звездочек светящихся вокруг себя в воздухе понапустим… Или океан под собой заморозим… Или просто банановой кожурой друг в друга кидаемся… Наконец долетели. Снижаемся к берегу. А у них там живут люди – народ типа. То ли инки, то ли янки. Не помню точно. В головы перья орлиные вставляют себе и так ходят. Типа «мы орлы». Такой прикид. Ну, это ладно. Мы, значит, снижаемся и видим целую толпу нас встречающих. Уже собрались. Мы приземлились, сошли на землю. А они нам вежливо кланяются и что-то лопочут. Мы ждем. Подводят штук двадцать девиц. Мы начинаем отнекиваться: типа жениться не хотим, не для того летели, да и росту они нам все неподходящего. А эти туземцы ножики достают и показывают, что этих девиц, значит, они тут для нас зарежут и зажарят. Угощение такое. Ну, думаю, прилетели!

– И что? – не выдержал Вилли, который был совершенно захвачен рассказом.

– Ну, пошумели мы, – дядя Али многозначительно помолчал. – Разогнали, словом, туземцев. Потом еще там полетали, но настроение уже не то было. Бизонов видели. Это вроде зубров ваших. А к югу там болота и джунгли. Там анаконды – змеи такие метров по десять. Поиграли с ними. Но что такое для шайтана какая-то анаконда?!

– А девушек тех не зарезали потом случайно? – спросил Вилли.

– Вряд ли. Мы же улетели. Чего зря народ переводить? Хотя я их порядков не знаю. Не думаю, что зарезали. Ну вот. А потом домой мы полетели. Китов видели. Прикольные существа! Вроде рыб огромнейших, а ноздря – на затылке. Это чтобы дышать воздухом, когда в воде плывут. Фонтаны пускают они этой ноздрей. А мы не знали, летели низко. Ну, они и жахнули! Все дружно. Цирк! Половину наших попереворачивало. Шмякнулись в воду вместе с коврами своими.

– А киты? – спросил Дружок.

– Да ничего. Они мирные. Ребята побултыхались и снова в воздух перебрались. Мы же шайтаны! Так до дома и добрались. Вот и все путешествие.

Все поблагодарили за рассказ. Попрощались. И ковер-самолет с дядей Али, Светой, Дружком и Андреем поднялся в воздух.

* * *

– А что же, там за океаном все такие сволочи? – спросил Гаврила, когда шайтан вернулся.

– Нет, конечно. Разные там люди. Некоторые в нас с земли из луков стреляли, когда мы над ними пролетали. В моем ковре-самолете несколько стрел застряло. Но мы на них не сердились. Мы ведь и правда страшные, – ответил шайтан, попивая чай с вареньем. – А рис, ребята, вы варить не умеете. Кто ж так плов готовит?!

– Это не плов, дядя Али, а рисовая каша, – объяснила Аня, улыбаясь.

– Вот то-то и оно, что каша, – проворчал шайтан. – Я полечу домой. Нагулялся. Уже надоело. Характер у меня такой – домосед. Я и Андрею со Светой так сказал. Они меня всё погостить уговаривали.

– А как там в городе? – поинтересовался Ваня.

– А что?! Кто пойдет поперек князя, который с шайтаном летает на ковре-самолете?! – усмехнулся дядя Али. – Порядок там. Все, кто надо, боятся.

– Так что же важнее: чтобы боялись или чтобы любили? – задал вопрос Сеня.

– А ну вас, русских, – отмахнулся шайтан. – Философию любите разводить…

Попрощались. Аделаида и ученики Чоу принесли мешки с подарками. В основном это были сушеные грибы. Из города от Андрея и Светланы на ковре-самолете уже лежало несколько мешков пряников.

Дядя Али помахал всем рукой и улетел – огромный шайтан в русских валенках и в кафтане, с добрыми и умными глазами, с пылающим факелом в правой руке.

* * *

– Да и мне пора, – молвила подземная фея почти сразу же после отлета дяди Али. – Хорошие вы все люди, но мое место – под землей.

– Я с тобой, – сказал Ганс.

Надежда покачала головой и заплакала. Она пошла в избу за Марфой и скоро вернулась, неся змею в корзинке. Рыцарь уже успел собрать рюкзак и прицепить к поясу меч.

– Вилли! Освобождаю тебя от клятвы верности мне как твоему господину. Мой путь идет туда, где тебе гулять еще рано, – произнес рыцарь, обращаясь к своему оруженосцу. – Учись у Чоу. Может, еще встретимся. И вы прощайте, друзья!

– Тебе нельзя со мной, Ганс, – хлюпая носом, проговорила фея. – Тебя там могут убить… Ты соскучишься по белому свету… Я тебе надоем там…

– Да брось ты, Надька, – вступился за рыцаря Ваня. Он ощущал в себе прилив дипломатического и ораторского таланта. – Ганс – нормальный мужик. Ты видала, как он рубился?! Это он от любви! Сколько народу уложил! И дальше не сплошает. И тебе веселее будит. Он мужик умный, много чего повидал… И на руках тебя будет носить, если надо будет. И просто так. Да, Ганс?

– Конечно, – ответил рыцарь, запихивая в рюкзак мешок сушеных яблок и головку сыра, которые принес ему китаец.

– Не строй в общем себе проблем, – мудро и авторитетно молвил Иван. – А на белый свет выводи его иногда поглядеть. И тебе полезно будет. Прочищайте, словом, там вдвоем подземелья. Наши русские. Вот.

Аня хихикнула. Аделаида принесла буханку хлеба, мешочек орехов и несколько вяленых рыбин. Мужики вокруг солидно кивали. Медведь пробурчал:

– Чему быть – того не миновать.

– Возьмем его, ш-ш-ш, – высказалась Марфа.

– Приходите в гости, – сказал Чоу, кланяясь.

– Ну, раз уж ты так настаиваешь… – улыбнулась, вытирая слезы, подземная фея. – Раз уж все так считают, что это правильное решение…

Попрощались. Ганс с большим рюкзаком и с мечом у пояса пошел рядом с Надеждой, несущей на левой руке корзинку с Марфой. И все заметили в сгустившихся сумерках, что легкое свечение исходит уже не только от подземной феи, но и от ее спутника.

* * *

– Вот мы и в исходном составе, – сказала Аня, когда они с Ваней сидели в своей избушке при свете маленькой свечки и пили чай из больших деревянных кружек. – Как и не было всей этой сверхскоростной истории. Чего теперь делать будем?

– Чего-чего! На руках тебя носить буду! – отвечал ей муж. – Завтра и начну.

– А как ты думаешь, охламоны исправятся?

– Что значит «исправятся»?

– Ну, подобреют…

– Посмотрим. Думаю, да. Лейм этот и вожди эти шестеро – славные хлопцы. Роль свою понимают крепко.

В дверь постучали. Вошли Чоу с Аделаидой, неся плюшки, ватрушки и медовые кренделя.

– Чай – хорошая китайская русская штука, – молвил Чоу, присаживаясь к столу.

– Воистину так, мой узкоглазый друг, – согласился Ваня, хлопая его по плечу. – А где Давид?

– Спит под контроль Чудик. Замечательный крыса. В Китае, бывает, удавы нянчат дети. Но такой няня, как Чудик, у нас нет в Китае.

– Ну у вас в Китае и порядки! – поразился богатырь. – Змее доверить младенца нянчить!

– Да и у вас на Русь тоже порядок – ой-ёй-ёй! – ответил, смеясь, Чоу.

И они принялись за еду.

* * *

Медведь шатался вокруг деревни и бурчал:

– Что это за еда?! Ведро пшенной каши! Всего! Хоть спать ложись! А до завтрака еще долго!

– Эй! – окликнул его вышедший посмотреть на звезды Сеня. – Умник с тобой?

– Нет. Его старик-лесовик еще днем унес. Обратно к сторожевой вороне – где он живет, еж этот.

– Картошки в мундирах хочешь? – спросил Сеня. – Еще теплая. И хлеб вот у меня…

– Как это – «в мундирах»?

– В кожуре вареная.

– А разве ее кто-то без кожуры ест?! – удивился медведь.

– Будешь?

– Буду, конечно, – сказал зверь, подходя к крыльцу.

– Кушай, милый. А завтра – за работу. Дрова надо таскать из леса. Сарай чинить, который дядя Али уронил. Снег расчищать и утаптывать…

– Ну-ну, – пробормотал медведь, жуя. – На меня всю работу теперь повесите, а сами только тренироваться будете…

– Мы и тебя боевому искусству научим, – пообещал Сеня, гладя медведя по мохнатой голове. – Будешь ты у нас круче охламонов. Чоу попросим тебя к тренировкам подключить…

– Давай, – вздохнул зверюга, облизнувшись.

* * *

Утро следующего дня было пасмурное. Тучи заволокли все небо и сыпали густыми хлопьями снега. Зато мороз ослаб. И ветра почти не ощущалось.

Сидя на крыльце избы в валенках и в одной рубахе поверх штанов, Ваня наблюдал, как Чоу проводит тренировку. Из дома вышла проснувшаяся княжна.

– Что, милый муж, готов носить меня на руках? – спросила она, подбоченясь.

– Да ты смотри: снег валит! Какое там?! – заохал русский богатырь.

– Ну а ты под елками, под елками…

– Тогда песни пой, – сказал Иван, беря жену на руки и направляясь к лесу.

* * *

Принеся Аню домой – всю в снегу, но очень довольную и утверждающую, что такое лечение ей очень на пользу, – Иван спросил:

– А как ты думаешь, отчего так удачно с охламонами сложилось?

– Ну… Несколько сот убитых… Могло бы быть и поудачнее, – усмехнулась княжна.

– Да. Я как-то не подумал, – согласился парень.

– Думай, не думай… Все одно. Главное, что мы действовали, вроде, правильно. Особенно ты.

– Ну и хорошо, – подытожил богатырь и начал накладывать себе в тарелку кашу.

* * *

– Так! С охламонами разобрались! – бодро говорил кот Баюн, прохаживаясь под дубом. – Вот как мы можем! Могём! Раз, бац – и всё. Мудрые у нас ребята по лесам бродят. С охламонами воевать да к порядку их приучать – это не штаны в тереме просиживать, это…

– Чего разошелся? – засмеялся лесной колдун. Он сидел на бревне у дома и смазывал жиром секиру, чтобы уложить ее на длительное хранение.

– Ну… Придумываю рассказ для будущих поколений… – объяснил кот.

– Сочини лучше песню какую-нибудь хорошую. Или сказку для детишек, – посоветовал старичок.

– Мяу. Мур-р-р. Я – эпохальный сказитель!

– Чего?! – уставился на него лесной колдун, перестав смазывать секиру и открыв рот.

– Э-э-э… Берусь лишь за глобальные задачи. Типа как Ваня. А кстати, куда он теперь пойдет? Что ему светит?

– Узнаем, дружок. Эпохальный ты наш, – ответил старичок, качая головой, и снова взялся за смазывание секиры. – Много чего еще в мире есть…

* * *

Такая вот история произошла в Древней Руси. Мы знаем, что так бывает. Неожиданные суровые испытания случаются. И хорошо, если в нас хватает точности духа, хватает физических и душевных сил, чтобы выдержать все трудности. А подспорьем всем нам в этом всегда служат истории про богатырей русских.