Хождение по краю пропасти « Папа Карп

Хождение по краю пропасти

hogdenie-po-krau-propasti-obl1

Это девятая книга про Ваню. На сей раз славному богатырю надо разобраться с целой кучей волшебно-узловых проблем в далекой горной стране. Монстры, злое колдовство, агрессивные гномы, коварные волшебницы…

Но дело не только в борьбе с опасными противниками. Дело еще и в том, чтобы помочь многим людям, находящимся во власти злых сил. Помочь освободиться и выйти из кошмара и безысходности. Помочь влюбленным соединиться – после тысяч лет ожидания.

А дома ждет беременная жена, которой вот-вот время родить. И которая очень любит Ваню.

Скачать (0.3 MB)

ХОЖДЕНИЕ ПО КРАЮ ПРОПАСТИ

Эта книга – о неизбежном риске. О жизни в состоянии постоянного риска. Это не только риск погибнуть самому. Это и риск погубить кого-то, за кого отвечаешь, и риск пойти неверным путем, и риск не справиться с задачей… По сути, край пропасти всегда рядом.

Время не имеет тут особого значения – миг, день, неделя, год, столетие… Прошлого уже нет, а будущее еще не пришло.

Путь здесь абсолютно и безусловно один. Нету даже пути назад. А вот препятствия на пути имеются – сколько угодно.

Человек несет и меч, и мир. Выбор уже сделан. Остается только идти вперед.

* * *

… для успешного исполнения человеком возложенной на него «миссии» ему необходимо знать и грамотно использовать свои сильные стороны, а также правильно диагностировать (и признать для себя!) слабые. Это гораздо серьезнее и сложнее, чем кажется на первый взгляд! Львиная доля людских проблем и несчастий заключается в том, что мы заблуждаемся на свой счет, то есть переоцениваем одни качества и недооцениваем другие.

Анна Барсова «Формула личности».

* * *

В глуши лесной, на большой поляне стоял огромный дуб. Кот Баюн, весело шевеля хвостом, прогуливался под ним и жмурился на весеннее солнышко. Рядом сидел лесной колдун и ножиком что-то строгал из куска дерева.

– Мяу! Вот Ваня и засел дома! Нагулялся, находился… Теперь дите нянчить будет… – произнес кот. – А жаль! Богатырь ведь…

– Есть еще времечко до родов, – возразил старик.

– А что? – встрепенулся Баюн. – Есть информация?

– Информация всегда есть. Не всегда она понятна. Да не всегда ясно, как с ней поступить. Вот я вчера получил сведения из далеких гор. Там у них безобразия. Просят прислать богатыря, чтоб разобраться. Я и не знаю…

– А далеко?

– Очень. На восток пилить и пилить. Но к информации прилагается волшебное средство передвижения. Доставка – за одну-две минуты. И обратно обещают так же. Шаманы там надежные, верить можно.

– А чего они нас тревожат? Самим, что ли, не справиться? – зевнул кот лениво. – Взяли бы вот сами…

– Не могут, – веско ответил лесной колдун.

– А надолго там делов?

– Денька на два-три, судя по всему. Там быстро можно управиться, если, конечно, головы не потерять.

– Не бережете вы Ваню, – неодобрительно проворчал Баюн.

– Бережем. Еще как. Помогаем, чем можем, – возразил лесной колдун. – Снаряжаем. Советуем. Наблюдаем…

– Эх… люди… – вздохнул кот. – Мяу.

Старик поднялся и убрал ножик в ножны на поясе. В его руке Баюн увидал небольшую резную палочку длиной сантиметров тридцать.

– Что это у тебя? Что за палочка?

– Волшебная, – без улыбки ответил лесной колдун. И ушел в дом. А кот остался глядеть на весеннее небо.

* * *

Случилось все сие в Древней Руси.

* * *

Баю-баюшки-баю,

Не ложися на краю –

Придет серенький волчок

И ухватит за бочок.

Народная колыбельная.

* * *

Весенний лес обступал Ваню и Аню со всех сторон. И хоть снег еще не сошел, было тепло и пронзительно радостно. Ребята гуляли недалеко от деревни, держась за руки и наслаждаясь окружающей благодатью.

Прямо перед ними из воздуха возник лесной колдун. Поздоровались. Поговорили немного о весне. Затем старик погладил длинную белую бороду и спросил:

– А не сделал бы ты, Ванюша, еще одно дельце? Работы немного. Дня на три. Но опасно, конечно. А мы бы тут за Аней поглядели…

– Ни за что! – встряла княжна. – Мне скоро рожать! Мне нельзя волноваться! Что вы очумели, что ли?! И так всю беременность…

– Цыц! – строго сказал ей лесной колдун. – Это дело серьезное. Там, блин, такие заморочки, что твоя беременность по сравнению с ними – пустяки…

– Да ты что?! – закричала на него Аня. – Моя беременность! Это ж надо! Я дело тоже делаю – человеку в мир помогаю явиться! Мне муж нужен для этого! Не пущу! Или меня с ним посылай, если уж вам никак без него!

– Да ты что, Анюта?! – замахал на нее руками старик. – Там же опасно. Куда тебе!

– Вот я Ване и помогу! – настаивала княжна.

– Да ты ему только помешаешь! Уймись! Не баламуть!

– Ты, милая, лучше подожди меня спокойно. Я там все сделаю, чё надо, и сразу – обратно. Без проблем. Не бойся, – подал голос Иван. – Я ж тебя с самого начала предупреждал: судьба у меня такая.

– Ну ладно, – вздохнула Аня. – Только береги себя.

– Вот тебе волшебная палочка, – сказал лесной колдун, протягивая свое изделие. – Она при нужде себя покажет. Мечи возьми и немного еды. Три дня максимум это займет. Собирайся и давай сюда. Я буду тут тебя ждать. Переправлю в нужное место волшебным образом. И все объясню. Палочку в рюкзак пока засунь.

* * *

Вернувшись через час на то же место, Ваня застал там лесного колдуна в компании старика-лесовика и Василисы. Они тихо беседовали. Увидав Ваню, трое провожающих разом замолкли и с интересом уставились на него.

– Чего такое? – спросил богатырь.

– Все нормально. Обсуждаем, как тебе помочь. Вот я припас сушеной черники тебе мешочек. Она, ясное дело, особым образом заколдована. Скушаешь несколько ягодок – и сил и бодрости прибавится, – сказал старик-лесовик.

– Тебе предстоит в далеких горах расколдовать древнюю дорогу, – начал объяснять лесной колдун. – Она проходит по очень опасным и крутым местам. То есть и горы там крутые, и населяют их крутые существа, и все там очень круто. Подробностей я не знаю. Суть в том, что дорога заколдована. Чтобы расколдовать ее, нужно, чтобы хотя бы один человек прошел по ней от начала до конца. И все. Но пройти будет трудно.

– А на фига ее расколдовывать? – поинтересовался Ваня.

– Чтобы все могли ею пользоваться, – степенно произнес старик-лесовик. – Дорог в тех краях мало. Попросили нас тамошние шаманы – Зутхи и Го-Чбо. Хорошие ребята, но не шибко умелые. Но как тебе добраться туда, они сообразили. Вот видишь: зеленая пилюля. Съешь – и ты там. А обратно они тебе желтую дадут. Дорога вся-то километров восемьдесят.

– Ну, по крутым горам-то это немало. Да ежели еще и колдовство всякое да гопники дикие и ужасные… – с сомнением молвил Иван. – Может, в три дня и не управлюсь… Вы уж тут за Анютой приглядите.

– Приглядим, – успокоила его Василиса. – Мы с мужем даже здесь поживем – чтобы и ей было спокойнее, и тебе.

– А чего эти Зутхи и Го-Чбо сами там не прогуляются? – спросил Ваня.

– Не поможет. Они ведь уже не люди в каком-то смысле. А расколдовать только человек может, – ответил лесной колдун.

– Ясно. Еще чего посоветуете?

– Будь осторожен – особенно во сне. Осторожно ступай. В горах не всякий камень надежен. И имей в виду, что, конечно, ты можешь повернуть назад в какой-то момент, но реально это уже не поможет. Иди вперед, – сказал старик-лесовик.

– Про палочку волшебную не забудь. Чего и как с ней делать – поймешь сам, когда надо будет, – добавил лесной колдун.

– Не ругайся там матом, – посоветовала Василиса.

– Все понял. Давайте таблетку.

Иван проглотил зеленую пилюлю, улыбнулся и ощутил вдруг, как он исчезает. «Клево!» – успел подумать богатырь.

Потом была пауза.

Потом он возник в каком-то незнакомом месте. Вокруг были горы. А стоял он в небольшой впадине среди каменной россыпи. Кое-где лежали островки снега. В небе – сером и близком – летали какие-то птицы.

* * *

Зутхи и Го-Чбо появились через пару минут. Ваня только-только успел немного оглядеться. Место ему не очень понравилось: какое-то скучное, унылое и давящее на сердце. Увидав шаманов, он приветственно помахал им рукой. Зутхи и Го-Чбо спускались по склону, обходя камни и тоже размахивая руками. Выглядели они странновато: одежды из шкур, украшенные бисером, кожей и болтающимися полосками меха, огромные мохнатые шапки, сапоги, обшитые мехом наружу. В руках шаманы держали посохи. Лица у них были смуглые и без бород и усов.

Поздоровались. Представились.

– Короче, так, – перешел прямо к делу Зутхи. – Дорога начинается в полукилометре отсюда. Мы тебе помочь ничем не можем. Но дело это очень важное. Справишься – будешь герой…

– Я и так уже герой, – буркнул Ваня. – Повидал всякого. Но вы, может, мне хоть что-то объясните для затравки? Какие там опасности? Кто там живет? Какие у вас вообще идеи есть?

– Объяснять долго, – возразил Го-Чбо. – А толку от этого тебе не будет. Потому что мы и сами толком ничего почти не знаем. Но факт такой: кто из людей туда за последние двадцать лет ходил – все сгинули. Ни слуху ни духу. Вот так. А нам туда путь заказан. Так что смотри сам. Хочешь – мы тебе сразу желтую пилюлю дадим, и ты домой отправишься. А если решишь идти по дороге, то мы тебя на том конце ждать будем. Если ранен будешь или еще что такое – вылечим, поможем.

– Пожрать приготовьте, – сказал Ваня. – А то я с собой много не взял – с набитым пузом-то особо не повоюешь. Да и таскать неохота. С голоду не умру, от слабости не свалюсь, а больше и не надо. Короче, пожрать приготовьте побольше. И чтоб потом мне отоспаться можно было сразу.

– Самоуверенность многих губит, – многозначительно произнес Го-Чбо. – Не говори «гоп»…

– Ладно трепаться, – благодушно перебил его русский богатырь. – Я оптимист. А от судьбы своей не уйдешь. Но мне домой надо вернуться побыстрее. Жена скоро родить должна. Она там теперь волнуется за меня.

– Пошли, – кивнул Зутхи.

И они бодрым шагом двинулись к началу дороги. Вокруг расстилалась необозримая горная страна.

* * *

Дорога начиналась на крошечной площадке, со всех сторон окруженной высоченными каменными стенами. Ваня, Зутхи и Го-Чбо пришли сюда по еле заметной тропинке, петлявшей среди скал. Кое-где уже проглядывали ярко-зеленые весенние травинки. На редких низких кустиках набухали почки. Но в основном здесь везде были сухие, серо-бурые камни, скалы, щебень.

В просвете между двух скал Иван увидел дорогу. Она сразу же подходила к крутому обрыву и далее шла по самому его краю. Справа над дорогой возвышалась каменная стена необозримой высоты. Максимум три шага в сторону – вот и все пространство. Путь отсюда проглядывался метров на триста вперед. И веяло злым и холодным волшебством.

– А кстати, – молвил Ваня, глядя на дорогу. – Где мы находимся географически? Что это за горы?

– А тебе не все равно? – хмыкнул Зутхи. – Иди. А мы за тебя будем Богу молиться. Ты воды достаточно взял?

– В четырех кожаных флягах, – ответил богатырь. – Достаточно.

– Ну давай. Удачи тебе. И все такое, – положив руку ему на плечо, сказал Го-Чбо.

– Удачи тебе, парень. Если будет тяжко, то не удивляйся. Ты многое повидал. Но такого, как на этой дороге, думаю, ты не встречал, – добавил Зутхи. – Тебе понадобятся все твои силы – физические и душевные. И будь бдителен до самого последнего шага пути. В конце дороги будем стоять мы. Я – с белым флажком, а Го-Чбо – с красным. Как оба их опустим вниз – значит, ты ее уже окончательно прошел. А до тех пор – бди.

Ваня поправил рюкзак и мечи и, сделав десяток шагов, очутился перед началом дороги. Оно было отмечено полосой из белых камней поперек тропы.

Русский богатырь внутренне собрался, вспомнил жену и друзей, вспомнил родителей и родную землю и сделал первый шаг.

* * *

Несколько метров он прошел спокойно. Потом из-за камня в стене шагах в пятнадцати впереди высунулся дядька с оттопыренными ушами и с черепом, поросшим редкими длинными волосами. Весь его облик очень напоминал обезьяну. Окинув Ивана взглядом, мужик высунулся из-за камня по пояс. Обнаружилось, что у него очень много рук – не менее трех десятков. Могучий бочкообразный торс обтягивала странная кожаная майка с причудливыми узорами.

Мечи уже оказались в руках у Вани. И вовремя. В воздухе засвистели какие-то маленькие железки. Многорукий дядька метал их всеми руками сразу. Он выскочил на тропу и теперь стоял на ней лицом к Ивану, расставив ноги. Его руки то опускались в карманы огромных кожаных штанов, то взлетали кверху, запуская блестящие железки, летевшие по разнообразным затейливым траекториям. Богатырь вертел мечами, отбивая их и удивляясь.

Так продолжалось около минуты. После этого, видимо, запас железок у мужика иссяк. Он грязно и многословно выругался по-русски. Ваня хотел ответить тем же, но вспомнил предостережение Василисы и промолчал, глянув себе под ноги. На тропе валялось изрядное число металлических свастик с заостренными краями – каждая размером всего сантиметров шесть-семь.

– Зараза! – рявкнул богатырь, кидаясь вперед. Дядька тут же прыгнул за камень и исчез. Подбежав, Ваня увидел в стене дыру. Но он не стал гоняться за агрессивным придурком. Он просто побежал вперед, так как полагал, что у многорукого мужика где-нибудь неподалеку припрятано еще что-нибудь мерзкое и опасное.

* * *

«На хрена, интересно, я сюда приперся? – думал Ваня на бегу, оглядывая окрестные горы и внимательно наблюдая тропу, стену и пропасть слева. Он бежал ровно, неторопливо – так можно бежать и десять, и двадцать, и тридцать километров. – Шило в заднице! Хотя, видно, судьба. Нервное местечко».

Он одолел уже километра три пути. Пока больше никто не нападал. Дорога везде шла почти горизонтально, только петляла вдоль скалы. Сапоги Ивана уверенно стучали по каменистой тропе. Он старался не терять бдительности, но как-то тянуло не то в сон, не то в грезы.

Постепенно засыпая, Иван вдруг спохватился. Он остановился и потряс головой. «Колдовство, небось. Гады!» – подумал богатырь с отвращением. Достав мешочек с сушеной черникой, он сунул в рот десяток ягод. Прожевал – и почувствовал себя много бодрее. «Вот так! Съели?!» – с вызовом и гордостью за «наших» подумал парень.

Огромные мохнатые рыжие пауки появились в изобилии со всех сторон. Они легко спускались на тропу откуда-то сверху на толстенных нитях своих паутин. Они спускались и ниже дороги, а потом выныривали оттуда и лезли обратно наверх. Некоторые суетились на тропе. И все они делали одно общее дело – быстро и слаженно. Они плели паутину вокруг Ивана, охватывая его шатром – все более плотным.

Ваня стоял и наблюдал. Интуиция подсказывала не психовать и не пытаться прорубаться вперед.

Прошло минут пять. Тропа в двадцати метрах впереди и в двадцати метрах позади полностью закрылась паутинной тканью. Сбоку тоже уже занавес висел очень густо. Пауки старались держаться подальше от богатыря. Но он пока даже не обнажил мечей. «Хорошо, что Аню не взял, – думал парень. – На хрена беременной женщине такие ужасы?!»

Вспомнив, что у обычных пауков паутина липкая, Ваня подвинулся поближе к каменной стене – подальше от ткущейся слева занавеси. Он ждал вдохновения.

И оно пришло. Вернее, прилетело. Огромный орел вдруг появился слева над пропастью и проклекотал:

– Не шевелись! Я сейчас помогу!

Он напал на пауков, хватая их мощными лапами и сбрасывая вниз. Восьминогие монстры потешно кувыркались в воздухе, но потом повисали на своих крепких нитях, которые орел не трогал. Так они и оставались болтаться где-то внизу – видимо, опасались подниматься обратно.

Скоро все пауки были изгнаны с тропы. Орел поднялся чуть выше и пролетел над занавешенной паутиной дорогой. И стал прямо на лету справлять нужду. Помет огромной птицы в изобилии падал на шатер, в котором пауки хотели поймать русского богатыря.

Через несколько секунд Иван увидел, что впереди в глухой заслонке, сплетенной пауками, появилась дыра. Она быстро расползалась. Видимо, орлиные экскременты действовали на паутину волшебным химическим разъедающим образом.

Парень не стал больше ждать, а рванулся вперед. Соблюдая осторожность, чтобы не коснуться паутины, он пролез в дыру и двинулся дальше по дороге. Орел уже парил где-то высоко. Ваня помахал ему рукой в знак благодарности.

* * *

Всего метров через триста появилась новая трудность. На дороге сидела здоровенная жаба – размером с хорошую бочку. Жаба улыбалась и явно не была склонна пропустить Ваню дальше. Богатырь подошел к ней шагов на пятнадцать и остановился в нерешительности. Серо-зеленое чудище таращилось на него наглыми глазищами, ухмыляясь так гнусно и обидно, что парня даже прошиб пот.

– Пусти меня, – наконец попросил он, хотя заранее знал ответ.

– Не пущу. Я огнедышащая жаба. Смотри, – с этими словами рептилия выпустила изо рта струю пламени метров на пять вперед.

– Э… А может, все же как-нибудь договоримся?

– Кинь свои мечи в пропасть. Тогда пущу.

– Не. Я не согласен.

– Ну, тогда давай так посидим. Мне спешить некуда.

– А откуда ты взялась? – поинтересовался Ваня.

– От верблюда. Хи-хи-хи.

– А чего ты меня пустить не хочешь?

– А я вредное животное. Я мерзкая. Я гнусная, – ответила жаба и сладко зевнула во всю огромную пасть.

Мгновенное острое ощущение опасности заставило Ивана отпрыгнуть назад и выхватить мечи. Прямо перед ним тропа вдруг стала осыпаться в пропасть. Богатырь не медлил. Он сделал несколько мощных скачков вперед, стараясь толкаться о камни у самой стены, и очутился перед жабой, которая, похоже, не ожидала от него такой прыти. Парень вертанул у носа рептилии мечами и прыгнул прямо на нее.

– Ох-х-х! – только и успела произнести жаба, когда богатырь двумя ногами очутился у нее на голове. В следующее мгновение он уже перепрыгнул гнусную тварь и побежал дальше по дороге, прикидывая, на сколько метров это чудище может плеваться огнем. Но жаба только прокричала ему вслед: – Хамло!

* * *

«Внимание! На протяжении следующих двух километров дорога периодически поливается кипятком и разогретой смолой! Будьте осторожны! Приобретайте железные зонтики!» – прочитал Ваня надпись на прикрепленной к скале доске через полчаса легкого бега. Он остановился и поглядел по сторонам, прикидывая, кто может тут продавать железные зонтики и почем. Деньги у него были, но немного.

– Магазин зонтиков в пещере, – проскрипел неподалеку чей-то голос.

Иван обернулся. В этом месте стена чуть отходила от края пропасти и образовывалась небольшая площадка – метров десять в ширину и метров двадцать в длину. Из весьма узкой щели в скале высовывался неприятного вида старик и приветливо улыбался.

В это время метрах в пятидесяти впереди по тропе сверху вдруг вылилась мощная струя воды, от которой шел пар.

«Аттракциончик с целью выманивания денег у доверчивых дурачков. А может, что и похуже», – подумал богатырь. Он снова сдержался и не стал ругаться матом, а просто отвернулся от улыбающегося старичка и, мощно набирая скорость, помчался вперед. Краем глаза он уловил летящего не очень далеко слева орла.

* * *

Все же Иван решил отмахать в бодром темпе пару километров с запасом: вдруг про кипяток и смолу – это не шутки. Он бежал быстро и снизил скорость только у поворота – в этом месте дорога резко уходила вправо, и за скалой не было видно, что там дальше. К тому времени старик с железными зонтиками остался километрах в трех позади.

Ваня перешил на шаг. Потом остановился. Что-то мешало ему двигаться дальше – то ли интуиция, то ли страх, то ли колдовство… Он стоял, прислушиваясь и принюхиваясь, стараясь почувствовать ситуацию. Но ясности не возникало. «Да, блин, я богатырь или совсем осёл?!» – рассердился на себя парень.

Орел подлетел поближе и, захлопав огромными крыльями, опустился на тропе впереди.

– Ты правильно сделал, что остановился, – сказал он. – Я не могу тебе тут помочь ничем, кроме информации: за поворотом стоит маньяк с топором. Очень крупный маньяк. И топор у него большой и тяжелый.

– Спасибо, – поблагодарил Ваня. Он достал мечи и крикнул: – Эй, маньяк! Выходи, родимый! Выходи – побалуемся острыми предметами! Я и сам в каком-то смысле маньяк!

Никто не появился. Орел прыгнул в пропасть, расправил крылья и принялся кругами набирать высоту. Слева тянулось довольно широкое ущелье – не менее полукилометра шириной. С другой его стороны вздымался скалистый хребет.

«Счас вылезет!» – понял вдруг Ваня.

И точно: вылез. Маньяк был четырехметрового роста, в грязных отрепьях, жутко бородатый и волосатый, в хороших сапогах и с внушительным топором, который он сжимал мускулистыми волосатыми ручищами. Он угрюмо посмотрел на русского богатыря и глухим голосом произнес:

– Убью.

Ничего не ответив, Ваня стал приближаться к нему, слегка шевеля мечами и прикидывая, не удастся ли проскочить мимо и потом просто убежать. Маньяк же поудобнее перехватил топор и замахнулся. Выглянувшее из-за туч солнце блеснуло на лезвии. Волосатый дядька тоже сделал несколько шагов навстречу противнику, но затем остановился и застыл в таком положении – в пяти своих шагах от богатыря.

Ване вдруг не понравилось что-то за спиной. Он резко отскочил вправо, разворачиваясь лицом к пропасти и прижимаясь к скале – чтобы видеть дорогу в обоих направлениях. Мимо него по воздуху промчался колючий шар и врезался маньяку в живот. Тот хрюкнул, выронил топор и схватился обеими руками за этот шар. Вскоре ему удалось оторвать от себя странный колючий предмет и отправить его в пропасть – вслед за топором.

Недолго думая Иван перешел в наступление. Он ужасающе быстро завертел мечами и надвинулся на маньяка. Тот дернулся и застыл на самом краю пропасти – с трудом удерживая равновесие, балансируя поднятыми вверх руками. Ваня лихо прошмыгнул мимо него и, двигаясь вперед правым боком, проследовал за поворот. Там, слава Богу, все было тихо и благополучно. Богатырь прибавил шагу. И вскоре уже маньяк остался далеко позади.

* * *

Постепенно сделалось как-то тяжело. Ваня жевал сушеную чернику, запивая ее водой из фляжки, и при этом шагал, не забывая поглядывать по сторонам.

Вдруг очередной поворот открыл удивительное зрелище. Дорога, завернув вправо, далее делала плавный поворот налево, и Ваня увидел в скале над ней множество пещер, забранных решетками из толстых прутьев. И в каждой сидел человек. Приблизившись, Иван смог разглядеть угрюмые лица узников, их грязные и рваные одежды. А еще он разглядел прогуливающихся по тропе у тюремных ячеек крошечных карликов с топориками, луками и копьями.

– Здорово всем! – поприветствовал русский богатырь и стражу, и заключенных. Никто ничего не ответил. Люди за решетками глядели на Ваню как-то странно – скорее с микроскопическим интересом, чем с надеждой или восторгом. Похоже, все предполагали, что ему вскоре предстоит занять одну из пустых пещер – таких было заготовлено множество. Стражники же просто не обращали на богатыря никакого внимания.

– Если сможешь – проскочи мимо! – крикнул снова появившийся слева орел. – Место заколдованное. Карлики очень опасны. Эти люди, как и ты, шли по дороге. Все они попали в плен. Карлики не только на тропе. У них множество нор в скале. Их здесь живет не менее тысячи.

«Во попал!» – подумал Ваня, останавливаясь. Орел уже улетел, а интуиция подсказывала, что сейчас будет очень жарко.

На дороге шагах в двадцати впереди стали появляться новые маленькие воины – они вылезали из небольших отверстий и без суеты разворачивались в боевой порядок.

Иван убрал фляжку и мешочек с сушеной черникой в рюкзак. «Ё-моё, – думал он. – Как же их мочить – таких крошечных?! И жалко, и позор вообще!» Но карликов, похоже, его чувства не беспокоили. Они строились группами по несколько десятков воинов. Тропа здесь была широкая – метров пять. Так что места им хватало.

Внезапно парень вспомнил про волшебную палочку. Он тут же извлек ее из рюкзака и зажал в правой руке, прикидывая, как ее использовать в такой ситуации. «Типа, может, как дубинка супротив этих малышей?» – с сомнением подумал Ваня, примериваясь и направляя палочку горизонтально и чуть вниз – в сторону собиравшегося войска.

Щелк! Из дальнего конца волшебной палочки появился красноватый немного расширяющийся пучок света. Богатырь реально ощутил, как слегка завибрировала рука. Недолго думая он направил красный пучок света точно на карликов. И чуть не матюгнулся от удивления: все оружие вырывалось из рук маленьких воинов – словно бы ветром его сдувало и уносило куда-то вдаль. Быстро сообразив, что это работает волшебство, Ваня принялся потихоньку водить лучом по тропе, обезоруживая войско – планомерно и внимательно, чтобы не пропустить никого.

Карлики подняли жуткое верещание. Да и люди в пещерах не остались безучастны. Они разразились страшными воплями. Причем многие орали по-русски. Все узники вскочили на ноги, некоторые принялись трясти решетки. Словом, началась суматоха.

Обезоружив карликов на тропе, Ваня не забыл и про тех, кто еще укрывался в норах. Те не показывались, но ясно было, что они там сидят, готовые к бою.

– Эй! Хорош орать! – крикнул Иван мужикам за решетками. – Затихните! Счас я вас всех освобожу! Только мне надо разобраться в обстановке. Один пусть говорит. И по-русски, если есть, чё сказать. А если ничего не знаете, чем делу помочь, то лучше помолчите и не отвлекайте.

– Ключи от запоров – у царицы гномов, – крикнул один голос, когда все утихли. – Но она выходит лишь в последний момент – когда тебя прибьют и повяжут.

– Наплевать мне на нее! Я просто, блин все тут разломаю! – рявкнул богатырь в ответ, переложил волшебную палочку в левую руку и, не доставая мечей, двинулся вперед, страшно топая сапогами – он хотел дать понять карликам, что будет их топтать.

Чуть помедлив, гномы бросились врассыпную. Они спешно прятались в свои норы, и скоро на тропе не осталось их совсем.

«Как бы сбоку стрелой или копьем не тютюхнули!» – думал Ваня, двигаясь по краю обрыва – подальше от стены. Он взял в правую руку меч, но рассчитывал в основном на волшебную палочку, которую теперь направлял на стену поблизости от того места, где шел.

Добравшись до первых пещер с решетками, Иван увидел мощные запоры. «Попробую мечом», – подумал он. Коротко размахнувшись, богатырь рубанул волшебным клинком по замку. Всю стену и тропу тряхнуло, сверху посыпались мелкие камешки, но запор остался цел.

Ваня сунул меч в ножны, а палочку – в карман, ухватился за решетку двумя руками и рванул, чувствуя с отрадой, как прибывает в нем земная сила. Решетка была выдрана одним махом. Иван отшвырнул ее в пропасть и сразу же ухватился за другую, не обращая внимания на сыплющиеся камни и песок. С энтузиазмом, умело и быстро русский богатырь принялся выкорчевывать вделанные в скалу решетки, освобождая сидевших там.

Мужики смекнули все верно и без команды наружу не лезли. Хоть и выглядывали осторожно. И правильно, что не вылезали. Когда Ваня взялся за третий десяток камер нижнего ряда (всего рядов было три), в него полетели стрелы – стазу с двух сторон. То есть это были две тучи стрел, так как гномы, высовываясь из своих многочисленных нор, стреляли слаженно и все сразу.

Моментально сориентировавшись, Ваня прыгнул в только что откупоренную им камеру и укрылся там от роя стрел. Он достал волшебную палочку, секунду подумал, разломал ее пополам и дал одну половину мужику из этой камеры – очень лохматому детине русского вида.

– Держи и шугай этих гадов, – сказал Иван. – Видел, как я это делал?

– Угу, – только и ответил дядька, беря волшебную полупалочку и высовывая ее из пещеры. Он занялся задним направлением тропы, а Ваня стал очищать переднее. Волшебные красные пучки то ли света, то ли какой другой энергии заработали снова, сдувая стрелы.

Удовлетворенно хмыкнув, богатырь вылез обратно на дорогу, подскочил к соседней камере и озадачил еще одного мужика помогать процессу, отдав ему свою половину волшебной палочки. А сам полез на второй ярус.

Освобожденные дядьки не зевали. Они молча и ожесточенно вертели маленькими кусочками дерева, на корню блокируя малейшие попытки гномов высунуться с оружием. Иван тем временем рвал решетки, швырял их далеко в пропасть и старался не смотреть вниз, так как перед вторым и третьим ярусами камер шел уступ шириной менее метра и стоять там было не так удобно.

Спрыгнув наконец на тропу, богатырь с удовлетворением окинул взглядом каменную стену. Около сотни камер было вскрыто, все узники только ждали команды двигаться в путь.

Но тут началась новая напасть. Из ущелья стали подниматься клубы ядовито-зеленого пара. С первого взгляда было очевидно, что они будут плохо действовать на людей. Мужики в камерах дико и отчаянно заорали. А Иван прыгнул в пропасть.

Потом он никак не мог объяснить этого своего действия. Но в тот момент он не колебался ни мгновения, ощущая его как единственно верное. Задержав дыхание, парень влетел в густые клубы этого ядовитого дыма и внезапно повис в воздухе – без какой-либо ощутимой опоры под собой. До края тропы вверху было метров пять.

Прямо перед собой богатырь увидел царицу гномов. Она висела в воздухе в ослепительных золотых одеждах и слегка шевелила жезлом в правой руке, глядя Ване в глаза. «Вот стерва! – подумал парень и без излишних предисловий схватил крошечную царицу правой рукой поперек туловища. Он ощутил, как борются две могучие силы: наполнявшая его сила Земли и злая колдовская сила.

Так прошло несколько мгновений.

«Против Земли не попрешь!» – подумал богатырь, видя, как постепенно меняется в лице удерживаемая им правительница-волшебница. Наконец она взвизгнула и принялась лупить своим крошечным жезлом Ваню по руке, демонстрируя свою беспомощность и впадая в истерику.

– На тропу давай, а то кишки тебе выдавлю, – стараясь быть очень грубым, произнес Иван с ужасным выражением лица. – И уймись. А то голову отвинчу. Ну!

Царица поколебалась несколько секунд. Но богатырь, чувствуя, что запас воздуха в легких совсем кончается, стал сжимать руку все сильнее и сильнее – понемножку, но однозначно. Посиневшая лицом правительница карликов махнула жезлом и сдавленным голосом что-то пропищала. И они быстро поднялись на дорогу, оставив облако ядовитого газа внизу.

Ваня отдышался, слегка ослабив хватку на царице и оглядывая окрестности. А потом скомандовал:

– Все спускаются на тропу! Живо, но без суеты! Гномов в случае чего мочите чем придется – ногами, камнями, кулаками… А двое с волшебными палочками – охранять группу с двух сторон. Начали!

Мужики не заставили себя долго ждать. Уже через минуту на тропе стояла плотная компания примерно из ста человек, вооружившихся кусками решеток и камнями и ожидавших дальнейших команд. Царица карликов в руке у Вани с тоской наблюдала это. «Чё с ней делать? – думал парень. – Жалко шею-то сворачивать. А отпустишь – хрен ее знает, что учудит…»

– Направо по дороге бегом марш! – скомандовал Иван освободившимся дядькам. – Не растягиваемся! Держитесь посреди тропы! Помните о гномах справа и о пропасти слева!

И они побежали небыстрой трусцой. Ваня пристроился рядом с последними. И скоро он почувствовал, как отступает сила злого волшебства, давившая в этом месте.

Богатырь глянул на царицу гномов. Она болталась в его руке, как тряпка. Ее лицо посерело и выражало безысходность – видимо, она решила, что ее надолго и радикально взяли в плен или, наоборот, вскоре собираются жестоко убить. Несколько секунд поколебавшись, Ваня притормозил, положил правительницу карликов у стены и, догоняя группу, крикнул через плечо на прощанье:

– Русские богатыри малышей не забижают! А дурить кончай! И своим запрети!

Царица гномов с обалдевшим видом смотрела им вслед, но Иван этого уже не видел. Он уже думал о том, что впереди, о том, что теперь ему делать с этой компанией.

* * *

Бежали недолго. Засидевшиеся в клетках и истощенные долгим плохим питанием мужики скоро устали. Ваня перевел группу на шаг. Колдовство гномов уже совсем не ощущалось. Крутой поворот направо скрыл оставшуюся позади них заколдованную зону.

Шли молча. Никто не ныл и не ворчал, но Иван видел, что скоро надо будет делать привал. А еще он подумал о еде и, главное, о воде. «Да… На сто человек пятнадцать литров воды будет маловато», – размышлял парень, прикидывая, как расходовать имеющиеся запасы из своих фляжек.

Отойдя от гномьего места километра три, они вышли на вдруг открывшуюся площадку, покрытую кое-где низкой травкой. Тут даже как-то дышалось легче.

– Привал! – скомандовал богатырь. И все увалились. Только двое мужиков с волшебными палочками остались сидеть и бдеть, осознавая свою ответственность. Красные лучи погасли – похоже, они включались лишь при необходимости.

Иван обошел всех, выдавая по ягоде сушеной черники и по глотку воды. Две большие фляги из четырех после этого опустели. Но зато народ повеселел и даже принялся переговариваться и шутить. Все расслабились. Из-за туч снова появилось солнышко, согревая разношерстную компанию людей, говорящих на разных языках, обросших длинными волосами, жутко грязных, босых и изможденных, но освободившихся после долгого плена и теперь привыкавших к удивительному чувству свободы.

* * *

– Гномы эти, значит, доили из нас энергию, – объяснял Ивану долговязый дядька в коричневых донельзя изодранных штанах и в бывшей когда-то зеленой рубахе. – Мы у них типа коров были. Кормили кое-как, а силы забирали. Там в каждой пещере стояли волшебные энергоуловители. А чего с ней потом делали, не знаю. Мы там собрались из разных мест. Но мало кто выдерживал больше нескольких лет. Говорить нам особо не разрешали. Да и о чем?! Зимой стены как-то грелись, так что совсем уж не замерзали. А гномы эти – злыдни. У-у-у… А уж царица ихняя – стерва из стерв. Хорошо, что ты ее на место поставил… А сам я из-под Рязани. Сюда попал по пьяному делу. В прошлом году. Какая-то ведьма меня напоила чем-то – и все. Очутился тут в горах, пошел куда-то и вот пришел туда. Такая жисть…

– Плохо то, что вы далеко не уйдете. Да и воды у нас совсем чуть. Надо что-то изобрести. Да еще всякие здесь опасности, колдовство… – размышлял вслух Ваня.

– Тут скалы труднолазные, – глядя вверх, молвил мужик. – Надобно по тропе шпарить. Только действительно далеко мы не уйдем. Максимум – километров десять. А там – только ползти останется. Ежели не сожрут нас по дороге или не заточат вновь.

– Подъем, парни! – возвысил голос Иван, вставая на ноги. – Двинемся, пока не сдохли! Больше жизни! Камни и железки бросьте на фиг. Идите поближе к стене – чтоб не свалиться. Мы прорвемся.

Через несколько минут двинулись в путь. Шагали сначала не очень резво, но вскоре приободрились. Иван шел впереди, чутко ловя каждое движение в окружающем пространстве. Высоко слева парил орел.

* * *

Уже через два километра появились новые проблемы. Жуткий сине-зеленый ящер выполз из-за очередного поворота и уставился на Ивана и сопровождавший его отряд оборванцев наглыми желтыми глазищами. Изо рта у него капали слюни. Зубы росли в три ряда. Размером сия рептилия была метров десять. Но в ней ощущалась такая мощь, что даже русский богатырь усомнился в благополучном исходе этой встречи.

Ящер шумно выдохнул, мотнул хвостом и двинулся на людей. Чувствуя прилив земной силы, Ваня вытащил мечи, предварительно скинув рюкзак, и заорал не оборачиваясь:

– Держите рюкзак и отвалите подальше назад! В драку не лезьте! Шустро!

Мужики спешно отступили метров на сто и остановились, с интересом наблюдая, как богатырь, в которого они уже верили и на которого надеялись, подпрыгивает на месте и размахивает мечами – так он разминался и приводил себя в максимально боеспособное состояние. Все его внимание было обращено на медленно приближавшегося ящера, который с аппетитом разглядывал человека перед собой. Поэтому парень не заметил вылезшего на тропу позади него здоровенного детину с дубиной в левой руке. Неслышно ступая босыми ножищами, детина двинулся к Ване – очевидно, намереваясь его убить.

– Атас!!! Сзади тролль!!! – закричал один из мужиков. Тут же двое дядек направили на этого ужасного то ли тролля, то ли великана волшебные полупалочки. Тот моментально обернулся и рявкнул что-то, топнув ногой. И, к великому разочарованию всей группы освободившихся мужиков, обе половинки волшебной палочки прямо в руках державших их людей рассыпались в пыль.

Иван уже оценил ситуацию и стоял так, чтобы видеть сразу обоих нападавших. Он перестал прыгать, поскольку чувствовал, что уже достаточно разогрелся и разъярился. «Ах вы, твари поганые! – думал русский богатырь. – Мерзкая нечисть! Вам бы все жрать! Падлы! Вот ужо я вас!»

Пятиметровый мужик, страшно заросший волосами, в одной набедренной повязке из звериной шкуры, уже подошел совсем близко, держа дубину перед собой. От него так же, как и от ящера, исходила чудовищная мощь.

«Сила на силу? – подумал Ваня, вновь испытывая большое сомнение в том, что сумеет справиться с этими двумя врагами. И вдруг пришла мысль: – А что, если попробовать по-йоговски?!»

Парень сунул мечи в ножны и принялся громким голосом петь мантры. То есть просто произносил всякие слова, которые произносились, следя лишь за тем, чтобы среди них не попадались матерные, так как хорошо помнил рекомендацию Василисы. Ваня старался представить себя очень мудрым йогом и чувствовал, что хоть и не получается «по-йоговски», но все же что-то получается.

Ящер и мужик с дубиной остановились. Они явно были недовольны. Ваня запел громче, воодушевляясь все больше и больше. Думать ему было некогда, так как все внимание занимали странные слова, рождавшиеся где-то в нем и вылетавшие в окружающий мир. Парень почти физически ощущал, что с каждым следующим словом что-то меняется. Хоть и не смог бы объяснить что.

Первым не выдержал ящер. С горестным воплем, в котором слышались многовековая тоска по счастью и многовековой же голод, он повернулся и быстро пополз вниз по склону с тропы. Глянув на него, великан с дубиной сплюнул и, бурча что-то себе под нос, повернулся и побрел обратно к той щели в скале, из которой вылез. Он забрался внутрь, и скала задвинулась за ним.

Земная сила стала уходить из Ивана. Он поглядел вниз. Ящер уже уполз очень далеко. Потом тоже забрался в какую-то расщелину. Вильнул сине-зеленый хвост – и все.

– Путь свободен! – возгласил Ваня скромно, но гордо. К нему подошли мужики и принялись хлопать его по плечам и говорить, какой он молодец.

– А палочек волшебных у нас больше нету, – вздохнул один из дядек. – Уничтожили эти гады нашу защиту.

– Я ваша защита! – успокоил народ Иван. – Вперед! У нас еще будут проблемы, но это не страшно.

И они пошли дальше. Надевая на ходу рюкзак, богатырь думал про себя: «Главное – не киснуть и не падать духом. Главное – не киснуть и не падать духом. Главное – не киснуть и не падать духом…»

* * *

На ходу доели сушеную чернику и допили почти всю воду. Ваня оставил лишь немного в одной фляжке – на особый случай. Он не очень беспокоился о ближайшем будущем – хватало проблем в настоящем. Скалы вокруг были какие-то хмурые, везде чувствовалось что-то злое и непонятное. Богатырь каждую секунду ожидал нового нападения. И оно не заставило себя ждать.

Внезапно целая орда огромных летучих мышей накинулась на отряд. Твари эти, размером более полуметра каждая, издавали щелкающие и булькающие звуки. Они устремились вниз, вылетая из щелей в скале высоко над тропой. В этом месте дорога просматривалась далеко вперед. И все пространство над ней скоро буквально почернело. Уже через несколько секунд вся туча понеслась на стоявших с открытыми ртами освобожденных мужиков и несколько растерявшегося Ваню. Не вызывало сомнений, что намерения у летучих мышей – самые агрессивные.

– Бросай их и прячься в пещеру! Она чуть впереди по тропе! – услыхал Иван голос орла сверху.

– Вперед! – заревел парень. – Прячемся в пещеру! Я прикрою! Вперед!

К пещере мужики подбежали почти одновременно с тем, как туча летучих мышей оказалась над ними. Яростно завертев клинками, Ваня принялся носиться около отряда по самому краю тропы. Он развил потрясающую скорость. Летучие твари щелкали зубами и выли, но немного отпрянули. Этого времени как раз хватило, чтобы четко и быстро перемещавшиеся мужики оказались в пещере. Иван, тоже зайдя внутрь, перекрыл проход и продолжал пугать хищных летучих мышей волшебными мечами. Делать это здесь было удобно – высота прохода составляла чуть более двух метров, а ширина не превышала трех метров.

– Тут есть огонь! – услыхал Ваня сзади. И скоро уже четверо дядек пришли к нему на помощь, держа каждый по два больших факела. Летучие мыши хором издали отвратительный писк и отпрянули. И уже через несколько секунд туча словно бы рассеялась – видно, они расселись обратно на скалы. Богатырь опустил мечи и перевел дух.

– Неплохое местечко, – молвил он, оглядев пещеру. Она представляла собой зал овальной формы, уходящий метров на пятьдесят в глубину скалы. У задней стены горел огонь – небольшой костер. Везде валялись палки и доски. Каких-либо ходов не замечалось. Пол состоял из каменных плит и выглядел так, словно его специально выложили. Рядом со входом из стены торчал большой железный штырь.

– Интересно, для чего этот штырь? – произнес один из державших факелы мужиков и дернул железку вниз. Раздался лязг, и сверху опустилась решетка из металлических прутьев. Ее ячейки были весьма мелкие – летучие мыши не могли бы через них проникнуть. Решетка полностью закрыла вход в пещеру. Все озадаченно смотрели на нее.

– Оставь пока так, – остановил Ваня дядьку, который хотел попробовать поднять штырь на место, дабы узнать, можно ли опять освободить выход. – Может, здесь все заржавело. Чего туда-сюда дергать? Давайте лучше передохнем.

Все тут же развалились на полу вокруг костра. Иван тоже присел на какую-то доску. Почему-то он вспомнил отца Федора – как тот оставил в подземельях дощечку с надписью для подкладывания под ягодицы. «Эх, хорошо бы с ним посоветоваться, – подумал парень. – Да только тут, похоже, все мне самому решать надо. Орел этот какой-то странный. Советы его помогают, но слушаться его нельзя. И чего это за птица? А вообще неплохо бы поспать…»

И он уснул.

* * *

Ване снился сон.

Словно бы идет он в диковинном лесу. Деревья огромные, стволы у них толстые-толстые, а ветви и листья начинаются где-то далеко вверху. Словно бы солнечные лучи пронизывают этот лес – даже непонятно, как столько света проникает к земле сквозь кроны. Деревья растут не очень густо, между ними нет ни подлеска, ни высоких травянистых растений, а только низенькая-низенькая травка. И тут до Ивана доходит: это весенний лес – почки на деревьях еще не распустились, трава еще не выросла.

Вдруг между деревьев появляются летящие птицы. Это то ли кукушки, то ли кто-то похожий на них. Небольшая стая – всего птиц двадцать – как бы просачивается сквозь лес в полной тишине. Птицы летят к Ивану, а он не понимает, что ему делать. Он не понимает, угроза ли это или добрая встреча. И вдруг ему делается отчаянно тоскливо – словно бы он потерял что-то очень важное, словно бы упустил какой-то единственный шанс, словно бы сделал неправильный выбор…

Птицы пролетают, а Ваня смотрит им вслед. И хочет крикнуть что-то, но не знает, что ему кричать. Он оглядывается кругом и вдруг замечает, что лес полон жизни. Везде прямо на глазах вырастают весенние цветы, прыгают забавные пучеглазые лягушки, летают шмели и мотыльки… И во всем этом есть какая-то удивительная сила.

Ване тоже хочется ощутить прилив сил, он ищет, с кем бы сразиться, но не видит никаких врагов. Драться не с кем. Все и так гармонично. И тогда накатывается растерянность.

Ваня начинает бежать по лесу, но живности делается так много, что он вынужден сбавлять шаг, чтобы не давить мышек, лягушек, ящериц и жуков, буквально кишащих под ногами. Постепенно он останавливается и в конце концов замирает в одном положении в страхе пошевелиться и раздавить кого-то.

По нему начинают ползать жуки и муравьи, на правой стопе вьет гнездо какая-то маленькая птичка, веточки быстро растущих кустов оплетают его… Иван стоит молча и чувствует, как ему делается страшно.

Очень скоро ползучие растения полностью оплетают его, в них кишат насекомые, птицы и мелкие зверюшки. Ваня уже не видит окружающего – все заслонено плотной тканью стеблей и листьев. Только свет проникает – зеленоватый, слегка мерцающий, какой-то загадочный. На богатыря никто словно бы не обращает внимания, его никто не кусает, не щиплет и не щекочет.

«Господи, как же я так тут?!» – думает Ваня в отчаянии. Он чувствует, что уже не в силах шевельнуться.

«Слишком, слишком крутой богатырь, – слышит Иван около самого уха. – На нем неудобно вить гнезда. Все будет съезжать. Очень крутой – по нему неудобно бегать. Надо, надо его опустить – чтобы не был такой крутой. Опустить, опустить – тогда будет хорошо…» Это голос какой-то то ли птички, то ли ящерки, то ли мышки…

Ваня хочет что-то изменить. Он судорожно ищет решение ситуации. Он привык, что оно всегда вовремя приходит. Он уже готов прыгать, рубить, бежать, орать… Но его словно бы замуровало в стекле – абсолютно небьющемся и огромном. Он словно бы букашка внутри кусочка янтаря – попал когда-то туда случайно, завяз в смоле и остался там навсегда. Навсегда.

«А как же Аня?! И дочка?! И вообще, сколько же еще сделать надо!» – вспыхивает мысль в мозгу у Ивана.

И он делает единственное, что может – закрывает глаза и сосредотачивается. И начинает молиться. Он молится и не верит, что он навсегда в плену. Он не верит в сеть растений и волшебства, страхов и иллюзий, сковавших его. Он верит, что по сути он совершенно, абсолютно свободен. А еще он верит, что Бог мудр и добр и ничего не делает зря.

И вдруг Иван чувствует, что может шевелиться. Он еще не открывает глаз и продолжает молиться. Он верит, он ощущает, что должно свершиться нечто новое…

А вот и свершилось. Ваня открывает глаза и видит вокруг горы. Он высоко подпрыгивает, распахивает руки и летит над ними в сияющем прозрачном воздухе под ослепительно синим небом. Он не чувствует ни гордости, ни страха, ни восторга. Он – это бездонное небо.

* * *

Ваня проснулся и не сразу даже сообразил, где он и что происходит. Вокруг все сладко спали. Было очень тихо, лишь слышалось ровное дыхание спящих. Огонь в глубине пещеры все так же горел – ровно и надежно. Небо, видневшееся сквозь частые прутья решетки, было синим-синим. «Похоже, всю ночь проспали, – подумал Иван. – Чем же я их поить-кормить буду?! Да и самому не худо бы…»

Он встал, потянулся, повертел головой, отгоняя остатки сна. Потом немного размялся, стараясь двигаться тихо, чтобы не разбудить остальных. И вдруг почувствовал чье-то присутствие позади.

Иван спокойно обернулся и увидел женщину в длинных одеждах и с печальным лицом. Темные волосы были собраны в простую прическу. Широкие рукава делали наряд волшебницы похожим на странную фантазию – в них не было логики и целесообразности. То, что перед ним волшебница, Ваня понял сразу. Это просто становилось ясно при одном взгляде на ее лицо и спокойную осанку.

– Здравствуй, богатырь, – произнесла женщина.

– И ты здравствуй, – поклонился Ваня.

– Отдохнул немного?

– Отдохнул. Вполне хорошо. Выспался.

– Воды я вам дам сколько хотите. И бурдюки у меня есть, чтоб с собой нести. А вот с едой дело хуже. Не дам. Не то чтобы нету, а не дам – и все.

– Ну чего ж. И на том огромное спасибо. И за приют и возможность отдохнуть. И за защиту, – чинно и неспешно ответил Ваня.

– «Спасибо», как говорится, в карман не нальешь и в стакан не положишь, – грустно улыбнулась женщина. – Прости за каламбур. Придется платить.

Богатырь с интересом посмотрел на волшебницу, гадая, что она скажет дальше. Почему-то ему было как-то не по себе.

– Не деньгами, конечно. Да и водки мне не надо, – снова улыбнулась странная дама. – Но вот люблю я напиться вволю свежей человеческой крови…

Иван подумал, что она гадина. «Заманила, а теперь выкобенивается. Глумится над попавшими в мышеловку. А про воду – врет. Всех хочет сожрать», – пронеслось в голове у парня.

– Словом, так, – перешла к делу волшебница. – Вы уж сами решите, кого и в каком порядке я буду выпивать. Не бойся – я не до смерти. Стакан с человека – разве ж это много?! Я добрая. Я добрая горная фея. Поживете здесь у меня недельку, отдохнете, отмоетесь водой из чистых подземных источников, а потом я вас отпущу. Надо ж мне напиться крови! Человеческая – она вкуснее. А то все мышей летучих ловлю. Это ведь у меня мышеловка. И не вздумай решетку ломать! А то я стану злой. Злой горной феей. Долго ли сотню придурков обвалом засыпать?! Недолго…

– Э… а… э… – попытался сформулировать ответные предложения русский богатырь.

– Ну и хорошо, что все сразу понял, – кивнула дама. И исчезла.

Иван длинно и многоэтажно выругался про себя матом. Он понял, что попал в паскуднейшую ситуацию. «Надо валить отсюда поскорее!» – решил он. Однако внешне вида не подал. Парень стоял, глядя то на стены пещеры, то на решетку и небо за ней, то на мирно горевший огонь. Потом подумал, что совершенно не ясно, как защититься от хищных летучих мышей, если вырваться из пещеры.

И вдруг богатырь заметил у стены кирпич. «Откуда здесь может быть кирпич?» – удивился Ваня. Подойдя поближе и взяв кирпич в руку, парень удивился еще больше: тот был сделан из металла. Подержав странный предмет, Ваня уже собирался положить его на место, как услышал тихий смех феи рядом с собой:

– Ха-ха-ха! Любопытный русский бродяга! Герой-исследователь! Хи-хи-хи! Чего ж ты хватаешься за все, что валяется?! Ой, умора! Ох, уморушка! Это ж я специально положила, чтоб силу у тебя отнять. Всё, милый. Теперь ты тут не богатырь. Теперь ты такое же говно, как и остальные. Но не бойся. До смерти я вас не высосу. Всё, как и обещала. Только куда ж вы пойдете?! Силов-то у тебя теперь, дорогуша, нету особых. Сожрут вас на первом же километре пути.

Ваня аккуратно положил кирпич на место. Ему было грустно, обидно и тошно. «Обдурила, стерва! – подумал он, чувствуя, что сил действительно как-то убавилось. И тут же немного приободрился: – А ведь у меня еще и соображуха есть! Еще покумекаем!»

– Словом, так, – покровительственно улыбаясь, молвила волшебница. – Часа через три попинай своих бойцов. Пойдете мыться. А то мне будет неприятно. И подумай: может, лучше вам здесь остаться на постоянное житье? Я бы вас берегла, кормила, защищала…

«Что бы такое сказать? Что бы такое сказать?..» – пытался сообразить Иван. Но ничего не придумал. Фея снова исчезла. А он сел на пол и обругал себя вслух последними словами, но не матерными.

* * *

Маленький летучий мышонок привлек внимание русского богатыря своим писком. К тому времени Иван уже два часа ломал голову, как выбраться из этой переделки. Услышав писк с наружной стороны решетки, он не сразу пошел смотреть, а еще долго сидел, пребывая в размышлениях и глядя в стену. Он не находил в себе сил – ни физических, ни йогических, ни магических, ни душевных… «Надо шевелить хотя бы мозгами», – убеждал себя Ваня. Но проку от такого шевеления пока не наблюдалось.

Наконец он поднялся и пошел посмотреть, кто это пищит. Увидав черного зубастого и глазастого зверька размером с ладонь десятилетнего ребенка, который сидел, сложив большие перепончатые крылья, Иван удивился, так как тот вовсе не выглядел злым. Парень просунул палец сквозь прутья решетки и погладил летучего мышонка по голове и спинке. Тот перестал пищать и заурчал, довольно прижмурившись.

– Сказал бы ты, брат, вашим, чтобы пропустили нас. А? – неожиданно для себя произнес богатырь.

Зверек открыл глазки, глянул в лицо Ивану внимательным и умным взглядом и кивнул. Потом спешно заковылял к тропе, там забрался на камень, расправил крылья и еще раз посмотрел на Ваню, повернув свою смешную голову с большими ушами. Затем летучий мышонок взмахнул крыльями и улетел.

«Правда хочет помочь или выманивает, чтоб сожрать?!» – подумал богатырь. И снова погрузился в размышления, обдумывая разные возможные варианты действий. Он думал и думал… Но так ничего и не придумал.

* * *

Фея появилась рядом с сидящим Ваней и спросила:

– Сам народ поднимешь и все объяснишь, или мне это делать?

– Сам, – буркнул парень. Он встал и зычно рявкнул: – Подъем!

Все быстро проснулись. Кто сел, кто встал. Мужики смотрели на своего предводителя и на стоявшую рядом с ним женщину, кумекая, что появилась новая информация.

– Короче, так, – начал речь богатырь. – Эта дама обещает нас напоить, отмыть и дать воды в бурдюках с собой. Но взамен хочет нас тут подержать несколько дней и отсасывать из нас кровь – по стакану с человека. Типа добровольно чтоб мы на это соглашались. Переведите для тех, кто не знает по-русски.

Мужики загомонили, объясняя друг другу ситуацию и обсуждая перспективы попить, помыться и лишиться по стакану крови каждый. Иван хмуро наблюдал это и прикидывал, не стукнуть ли хорошенько стоявшую рядом волшебницу кулаком по голове. Фея же молчала и сохраняла полное спокойствие. И парень подумал, что лучше, наверное, не пытаться ее бить.

Вдруг глухой подземный гул послышался в глубинах скалы. Он стих и вновь возник – уже громче и мощнее. Фея вздрогнула и крикнула:

– Землетрясение! Проклятье! Мои волшебные комнаты!

Она исчезла. А Ваня вдруг понял, что надо действовать, а не думать. И заорал:

– Ломай решетку, ребята! Все разом! Надо сваливать, а то она нас высосет досуха! Летучие мыши нас пропустят – я уже договорился! Давайте!

Сотня мужиков в мгновение ока оказались у решетки. Сначала попробовали подергать рычаг, но тот не работал. Тогда все навалились, упираясь ногами в пол. Передние давили на решетку, а задние – на передних. Гул в глубине гор нарастал. Он был неровный – то громче, то тише.

И вдруг тряхнуло.

Посыпались камни. Оглушительный треск смещающихся частей скалы на мгновение оглушил всех. Кто-то от толчка не устоял на ногах. Но скоро все снова надавили на решетку. Однако она не поддавалась.

«Да врала все дура эта, что я больше не богатырь тут! Как она могла земную силу у меня забрать?!» – подумал внезапно Иван. Словно бы пелена дурмана спала с его сознания. И тут он все-таки выругался матом вслух и толкнул решетку, ощущая разом появившуюся земную силу.

Долго ли богатырю выломать решетку, пусть даже и заколдованную?! Тем более что помогало землетрясение. Уже через четверть минуты вся орава мчалась по дороге, прикрывая руками головы от сыпавшихся сверху мелких камушков и уклоняясь от более крупных.

Летучие мыши не появлялись. Видно, мышонок обо всем договорился. У Вани не было времени думать, почему их не атакуют крылатые хищники. Не атакуют – и хорошо.

Землетрясение скоро кончилось. Дорогу оно не повредило. Только местами на тропе появились большие и маленькие обломки скал.

Не зная, как далеко простирается власть горной феи, Ваня торопил людей. Они бежали вперед и уже ощущали себя не просто группой освобожденных узников, а сплоченным боевым отрядом, готовым идти вперед, прорываясь сквозь трудности.

* * *

Конечно, бежать долго не получилось. Скоро все, кроме Вани, устали. Пришлось переходить на шаг. В общей сложности удалось уйти от пещеры-мышеловки километра на три.

Здесь путников ожидала новая встреча: слон. Зверь стоял прямо на тропе и весело помахивал хоботом, взирая на приближавшихся путников. Он практически перегородил всю дорогу – тут она была около двух метров шириной.

«Слон, – в некотором недоумении думал Иван, остановившись сам и остановив отряд. – Ну не воевать же с ним! Мирное животное. А ведь специально его здесь поставили – чтобы мы не прошли. Ну и местечко! Прямо средоточие разных похабных приколов и прибамбасов! Чё делать?..»

Слонище поднял хобот и протрубил – похоже, он так приветствовал новых знакомых. И тут Ваню осенило. Достав из рюкзака несколько сухарей, он приблизился к зверю и предложил их в качестве угощения. Слон сразу же слопал сухари и снова помахал хоботом – видимо, выразил одобрение.

– А пошли, брат, с нами, – тогда сказал ему Ваня. – Ты впереди иди, а мы – за тобой. А на привалах будем сухари есть. Их у меня не очень много, правда. Но по несколько штук буду тебе давать.

Слон подумал, слегка шевеля ушами, затем виртуозно развернулся на узкой для него тропе и спокойно пошел вперед, подняв хобот и издавая негромкие звуки, видимо, выражающие энтузиазм и оптимистический взгляд на жизнь. Чуть помедлив, Ваня сделал знак, и все пошли за слоном на расстоянии шагов тридцати. И скоро это им уже казалось обычным положением вещей.

* * *

Неожиданно повстречали воду. Скала резко ушла вправо от дороги, оставляя место небольшому почти круглому озерцу с хрустально-прозрачной водой. В него втекал тонкий ручеек, бегущий из расщелины в горе, а уходила вода по небольшому желобку, пересекавшему каменную тропу, и далее падала вниз по почти отвесному склону. Глубина озера нигде не превышала двух метров, а у берега было совсем мелко. На дне лежал чистый желтый песок и мелкие разноцветные камушки. Словом, идиллия.

Ваня сначала внимательно осмотрел окрестности, прикидывая, не ловушка ли это. Потом наклонился к воде и понюхал ее, соображая, не заколдованная ли она и не отравленная ли. Оглядел дно на предмет возможных спрятавшихся крокодилов, подводных змей, хищных рыб, суперпиявок или еще кого-то такого. Прислушался к своему внутреннему голосу. И только потом скомандовал стоявшим поодаль мужикам:

– Давайте попьем. Осторожнее. Воду не мутите. А я погляжу по сторонам.

Все стали подходить к воде и пить – кто опуская лицо в воду, а кто зачерпывая ладонями. Слон уже давно накачивал себя водой при помощи своего хобота. Иван стоял на страже. Но все было спокойно.

Когда все напились, наполнили фляги. И уже после этого напился Ваня. Он подумал и скомандовал:

– Привал. Отдохните. В воду пока не лезьте. Потом, может, искупаемся, а пока надо все же осмотреться. Будьте наготове на всякий случай. Я что-то вообще еще не понял, что это за место.

И богатырь пошел кормить слона сухарями.

* * *

Слон, скушав несколько сухарей из ваниных рук, неожиданно отправился по своим делам – по тропе в обратную сторону. Предварительно он помахал хоботом в знак прощания и дружелюбно помотал головой, глядя на Ваню своими добрыми глазами и шевеля большими ушами.

Проводив слона и еще раз оглядев все вокруг и прислушавшись к своим интуитивным ощущениям, Иван предложил всем искупаться. Установили очередность и принялись за дело, залезая в воду группами по двадцать человек. Погода благоприятствовала – солнышко грело вовсю. Поэтому, хоть вода и была очень холодная, мужики с удовольствием плескались в озере, а затем приплясывали на берегу, отогреваясь и наслаждаясь. Орать Ваня запретил. Сам он стоял наготове, опасаясь, что вся эта благодать устроена как ловушка. Но никто не нападал. Настроение было хорошее. Освободившиеся мужики на глазах восстанавливали силы, несмотря на отсутствие пищи.

Последним искупался и Ваня. Мечи он положил на берегу у самой воды, предварительно вынув их из ножен. А купался на мелководье – тоже чтобы быть поближе к своему оружию. Остальным в это время богатырь поручил наблюдать за окружающей обстановкой.

И вдруг Иван отчетливо услышал внутренний голос: «Пора двигаться. Не задерживайтесь здесь. Иначе будет поздно».

– Быстро собираемся, – заорал богатырь из воды. Он спешно вылез на берег, моментально оделся, прицепил к поясу ножны с мечами, вскинул на плечи рюкзак и оглядел уже готовых выступать бодрых мужиков.

Ваня секунду помедлил, повернулся к воде и сказал:

– Спасибо тебе, озеро.

Они двинулись по тропе. Шагая впереди отряда, Иван с удивлением осознал, что за ним идут уже не изможденные многолетней неволей и выкачиванием энергии, истощенные и измученные люди, а сильные и выносливые воины, готовые к испытаниям, способные сражаться и побеждать.

* * *

Испытаний не пришлось ждать долго. Уже примерно через полкилометра дорога сделалась жутко скользкой. Обычный каменистый грунт, кое-где посыпанный песком, а кое-где уступавший место сплошной скалистой породе, сменился чем-то очень гладким, прямо-таки отполированным. Похоже было на застывшую вулканическую лаву.

Поверхность тропы здесь шла, как и почти везде до того, достаточно ровно, безо всяких уклонов влево или вправо, но Иван ясно видел, что идти очень опасно – малейшее неосторожное движение грозило тем, что человек мог соскользнуть в пропасть. К тому же, тропа сузилась – теперь ее ширина не превышала полутора метров.

Остановив отряд, богатырь предложил людям высказывать идеи. Мужики помолчали, оценивая ситуацию. Кто-то предложил лезть по скале над самой тропой или на худой конец держаться за скалу, перемещаясь по скользкой дороге. Но прикинув реальность такого варианта, от него единодушно отказались, так как скала здесь была тоже очень гладкая, с очень небольшим числом выступов и трещин, которые можно было бы использовать в качестве зацепок.

Возникла другая идея: идти, взявшись за руки. Но Ваня весомо возразил, что так шансов пройти еще меньше – один поскользнувшийся потянет за собой всех остальных. И предложил со своей стороны «иззубрить» (он так и выразился) тропу путем долбания ее волшебными мечами.

– Да ты, парень, вспотеешь так. Да и надолго это будет, – сказал один дядька. – Мы тут от жажды сдохнем, пока ты все перепашешь. Надо что-то другое.

– А может, ниже тропы спуститься? – предложил невысокий и щуплый, но чрезвычайно энергичный чернявый мужичок. – Может, там не так скользко и гладко?

Посмотрели. Оказалось, что там еще хуже – скала идет вниз даже не отвесно, а уходя под тропу. Над мужиком немного посмеялись, предлагая ему попробовать.

– Шеф, можно отлить? Или надо быть готовым к бою? – раздался голос из середины отряда.

И тут Ивана осенило. Он крикнул:

– Иди-ка сюда!

Мужик подошел, недоуменно глядя на командира.

– Отливай на скользкую тропу. И постарайся оросить максимальную площадь. Мы проведем эксперимент. Всегда надо опираться на имеющиеся возможности.

Все воодушевленно заржали. Мужику уступили место у начала скользкой поверхности. И о чудо! Моча оказала удивительное химическое воздействие на застывшую лаву. Поверхность тропы стала шершавой и нескользкой.

– Метра два. Молодец, – похвалил дядьку Иван. И обратился к отряду: – Еще желающие есть?

Желающих был весь отряд – у озера пили много, и теперь физиология требовала процесса вывода лишней жидкости. Без суеты, соблюдая очередность, внимательно распределяя мочу по поверхности дороги, мужики отвоевывали так метр за метром. И когда отряд исчерпал свои возможности в данном плане, скользкий участок пути был почти пройден. Оставалось метров двадцать пять.

Иван прикинул свои возможности, снял рюкзак и вспомнил, что у него есть соответствующего размера веревка. Он обвязал ее вокруг пояса, дав другой конец держать мужикам, вынул мечи и лег на гладкую поверхность тропы. Взяв клинки за лезвия близко к остриям, богатырь начал упираться ими в дорогу и потихоньку пополз вперед. Остальные внимательно наблюдали за ним и за ситуацией вокруг.

Ваня дополз благополучно. Выбравшись на обычную каменистую почву, он встал, сунул мечи в ножны и скомандовал:

– Переправляемся ползком, держась за веревку! Без суеты, но и не тяните! Начали!

Процедура заняла в общей сложности около часа. Все обошлось без эксцессов. Только один мужик чуть не уехал в пропасть вследствие своего неудачного движения. По шалопайству он отпустил руку с веревки. Но все же в последний момент ему удалось извернуться и, уцепившись стопой за веревку, удержаться на самом краю. Потом он потихоньку вполз обратно и добрался до финиша.

Построив отряд и похвалив людей, Ваня сказал:

– Тут, видите, не только силой и колдовством брать можно. Тут еще и кумекать надо. То есть за счет головы соображать. Используя нестандартные подходы. Но вы, блин, не расслабляйтесь и имейте в виду, что одинаковых ситуаций, скорее всего, не будет.

* * *

Часа три двигались без проблем. Солнышко светило вовсю. Но дорога шла так, что сейчас отряд двигался в тени. Орел все так же парил где-то в вышине.

Внезапно Иван не смог сделать следующий шаг. От удивления и неожиданности он не сразу понял, что и все остальные застыли на месте.

Богатырь подергал ноги, но они наглухо зафиксировались на земле, словно бы приклеенные. Посмотрев на отряд, Ваня с удовлетворением отметил, что никто не дергается, не впадает в уныние. Люди замерли, изготовившись к новым проблемам, понимая, что это колдовство.

Громадный орел спустился пониже и проклекотал:

– Это заколдованная земля. Против этого волшебства нет ничего. Вам кранты. Будете стоять, пока не высохнете или не сгниете.

– Это мы еще посмотрим, – отозвался Иван.

– И смотреть нечего, – возразил орел. – Лично я приступаю к обеду прямо сейчас. Вы уж не обижайтесь. Все равно вам погибать. Так хоть я сыт буду. Человек пять на один раз мне хватит. Вы уж не обижайтесь…

– Пошел вон! – рявкнул богатырь. – Лети отсюда!

Но орел, не слушая его, закружился над теми, кто в отряде шел замыкающими, примериваясь и выбирая первую жертву.

На беду камней на дороге в этом месте не валялось, так что обороняться было нечем.

Орел выставил страшные когти и уже готовился упасть вниз.

Тогда Иван принял единственное решение, которое могло изменить ситуацию. Он метнул один из своих мечей в крылатого хищника. Волшебный клинок ударил орла в бок, но не застрял, а отскочил – видимо, скользнув по кости. Истошно заорав, пернатый людоед судорожно забил крыльями по воздуху и стал резко набирать высоту, роняя большие капли крови. А меч ловко подхватил один из стоявших в хвосте отряда мужиков. Все дружно и воодушевленно закричали.

– Отлично! – громко сказал Ваня, когда шум стих. – Осталось свалить отсюда. Требуется новое нестандартное решение.

– Может, поможет, ежели большую нужду справить? – раздался чей-то голос.

– Погоди. Не все так просто, – остановил его Иван. Меч ему уже передали, но он медлил возвращать его в ножны, а, наоборот, вынул и другой. Чутье подсказывало, что скоро мечи понадобятся. – Похоже, сейчас драка будет. Возьмите мой рюкзак и не пужайтесь ни в коем случае. Ясно?

Все ответили, что ясно. Хотя большая часть отряда не понимала по-русски, но мужики уже приспособились быстро переводить друг другу слова Ивана. Близстоящие взяли у богатыря рюкзак.

И тут появился шестиногий и шестирукий то ли демон, то ли монстр. В каждой руке он держал по мечу и, мрачно ухмыляясь, вертел ими вокруг себя. Одежду сей субъект не носил, зато был покрыт черной густой шерстью. Босые ноги-лапы уверенно ступали по тропе, которая здесь была довольно узкой – всего метра полтора. Ростом демон был не более двух метров. Относительно его намерений ни у кого в отряде сомнений не возникло – огромная оскаленная пасть занимала почти половину большущей головы.

– Ур-р-р! – возгласил монстр и напал на стоявшего впереди отряда Ивана.

Русский богатырь сноровисто отбивал удары. То, что его ноги были неподвижно фиксированы на земле, сначала немного мешало ему, но потом Ваня даже ощутил в этом особый прикол – он как бы вырастал из скалы. А еще он четко ощущал, что сражается не только за себя, а еще за сотню стоявших за его спиной человек. И парень подумал: «А у меня двести рук!»

Мечи шестирукого, видимо, тоже были волшебными – они не ломались от ударов ваниных клинков. Да и сам демон был явно не дурак подраться. Он наседал и наседал, входя во все более и более разъяренное состояние, стараясь максимально эффективно использовать свое преимущество в подвижности и в числе рук и ног. «Интересно, а чего он не приклеивается?» – пронеслось в голове у Вани.

Клинки бешено летали, сверкая и лязгая друг о друга. Монстру мешала узость тропы – он не мог нападать на богатыря сбоку. А парень все думал, вертя мечами: «А какие у него такие есть свойства, что он не приклеивается?»

И вдруг русский богатырь почувствовал совершенно реально, что у него множество ног и множество рук. И понял, что в этом ключ.

– За Русь-матушку! – взревел Ваня. – Вперед!

Весь отряд одномоментно стронулся с места. Иван прыгнул вперед и вверх и в прыжке ударил правой ногой монстра в лоб. Тот упал на спину, роняя мечи и корчась. Через несколько мгновений Ваня и еще шестеро мужиков, схвативших мечи демона, стояли над шестируким и шестиногим нахалом и размышляли, убивать его или нет. Демон хныкал и что-то жалобно говорил на непонятном языке.

– Пусть живет, – решил Ваня. И обратился к монстру: – Вставай. Иди вперед. И без фокусов.

Монстр поднялся, любезно кланяясь и прижимая к широченной груди все свои руки. Потом он повернулся и пошел по тропе. Отряд следовал за ним.

* * *

Метрах в тридцати в скале обнаружилась большая ниша, где в изобилии было сложено разнообразное оружие: мечи, секиры, луки, копья… Демон широким жестом всех своих рук сразу указал на арсенал и доброжелательно улыбнулся. Хоть его улыбочка выглядела слегка жутковато, но Ваня понял, что монстр старается быть добрым, просто с непривычки еще не научился выражать это состояние.

– Похоже, ребята, мы можем вооружиться, – произнес Иван. – Идти, конечно, будет потяжелее с оружием. Но оно может пригодиться. Как вы считаете?

Отряд единодушно выразил желание вооружиться по-серьезному. Демон сел в уголок ниши с улыбкой, которая прямо на глазах делалась все более и более симпатичной, и притих, наблюдая, как мужики выбирают себе боевое снаряжение. Нашлись и ремни, и веревки, и даже несколько мешков с сухофруктами. Иван спросил монстра, можно ли брать еду, и тот согласно закивал головой, улыбаясь еще добрее и разумнее.

Скоро все обвешались оружием. К мешкам с сухофруктами приделали ремни – теперь их можно было нести как рюкзаки.

Попрощались с шестируким. Ваня пожал ему самую верхнюю правую руку. Затем по очереди это проделали все остальные, проходя мимо демона. А он кивал головой, улыбаясь и вежливо складывая губы трубочкой.

* * *

«А не так уж все плохо, – думал Ваня, бодро шагая впереди отряда. – Правда, оружие мы, наверное, неспроста нашли. Видимо, скоро будет глобальное мочилово. А лучше бы мирно…»

Богатырь прислушивался к тишине окружающих гор и приглядывался к бегущей вперед дороге, чувствуя, что опасность всюду. Пройденные испытания уже казались ему легкими и даже забавными: орел с химически активным пометом, прикольный шестируко-шестиногий обезьяночеловек, странные малявочные гномики…

И вдруг Иван поскользнулся на ровном месте и полетел в пропасть. Это было так неожиданно, что богатырь не сумел зацепиться за край дороги, а враскорячку свалился вниз, нелепо размахивая руками и ногами в попытках изменить траекторию своего полета и, приблизившись к скале, ухватиться за нее. Ему не удалось совершить такой маневр, но вдруг он попал в мощную струю воздуха, дующую в горизонтальном направлении, его понесло вдоль скалы и через пару секунд прижало к небольшому каменному выступу. Тут уж Ваня уцепился покрепче и надежно повис. Дуть сразу же перестало.

«Х-х-х», – подумал парень, посмотрев вниз. До дна ущелья было очень-очень далеко. Он глянул вверх и с радостью увидел пялящихся на него мужиков. Прикинув расстояние, богатырь порадовался, что летел недолго – до тропы было не более пятидесяти метров, а назад его снесло метров на тридцать.

Наверху не зевали. Скоро длинная веревка с большой петлей на конце спустилась прямо к Ване. «Как приятно!» – подумал он, влезая в петлю и затягивая ее вокруг груди. И крикнул:

– Давайте! Не тяните, а только страхуйте!

Потом Ваня принялся карабкаться по скале, радуясь, что она здесь со множеством трещин, уступов и всего такого. Мужики сверху внимательно страховали богатыря, выбирая веревку, но Иван ни разу не сорвался. Вылезая на дорогу, он удовлетворенно выдохнул и сказал:

– Ну спасибо! Но я не понял, почему я упал. Это колдовство, наверное. А внизу меня ветром сдуло к скале. Тоже необычно. Ну ладно. Будем двигаться дальше.

* * *

Километров десять прошли без приключений. Дорога вилась, следуя изгибам горы. Солнце зашло за тучи, но было не холодно. Орел больше не появлялся. Настроение у всех было бодрое, никто не устал. На ходу жевали сухофрукты – Ваня поручил двоим мужикам вести учет и выдавать их по мере необходимости. Воду берегли.

Тропа сделалась совсем узкой – менее метра. Поэтому шли очень осторожно, внимательно делая каждый шаг. Иван впереди был особенно внимателен. Ему ужасно хотелось поразмышлять, повспоминать что-нибудь или помечтать. Но богатырь понимал, что это грозит гибелью. Он чувствовал, что ему нужна вся его интуиция, вся его готовность к мгновенному действию, все его силы и умения.

А дорога делалась все уже и уже. И вот они подошли туда, где можно было двигаться только боком. Остановив отряд, Иван спросил:

– Все смогут тут идти?

– Пройдем, – ответил за весь отряд один мужик. – Только идти надо лицом к стене – чтобы вниз не смотреть и чтобы за скалу можно было при случае уцепиться.

– Давайте веревкой свяжемся, – предложил Ваня.

Посовещавшись, решили так и сделать. Достали веревки и связались все в одно целое, оставляя между людьми метра по три. Потом собрались с духом и пошли.

Через некоторое время приспособились, стало не так страшно. Иван шел первым и задавал темп продвижения, стараясь почувствовать то, как идет каждый член отряда. На всякий случай он придерживался руками за неровности скалы перед ним. То же делали и все остальные. Тропа больше не сужалась.

Так прошло более часа. У Ивана немного затекла шея от необходимости держать голову все время повернутой влево – он смотрел вперед, а иногда поглядывал и в строну пропасти. Изредка туда с легким шорохом срывался какой-нибудь камушек. Ветерок обвевал путников, шевеля волосы и одежду.

И вдруг Ваня с ужасом заметил, что начинает засыпать. Его клонило в сон так сильно, что он еле успел сообразить это и огромным усилием воли немного взбодриться. Но сонливость все равно наползала, как неотвратимая волна времени. Богатырь с трудом открыл рот и неестественно хриплым голосом сказал, стараясь говорить громко:

– Не спать! Никому не спать! Ни в коем случае!

Позже выяснилось, что к этому времени больше половины отряда уже практически спала, двигаясь только автоматически. Голос лидера вернул всех к реальности. Народ принялся охать и тихо ругаться на себя и на злое колдовство.

Ваня шел вперед, изо всех сил заставляя себя держать глаза открытыми. Ноги стали как ватные и передвигались с трудом. Мысли путались и расплывались. Но русский богатырь собрал волю в кулак и думал лишь об одном: надо идти вперед и не спать. Периодически он что-то говорил идущим за ним людям. Иногда он останавливался, не в силах сделать следующий шаг. Но потом гнал себя вперед, ни на секунду не забывая, что они идут по краю пропасти, что каждый неверный шаг грозит гибелью всем.

Сколько они так шли, Ваня не помнил. Он уже даже забыл, кто он, как его зовут, что он тут делает. Но он шел вперед и вел за собой отряд, ни секунды не сомневаясь, что они должны пройти, что никто не должен сорваться в пропасть, что сил хватит…

И вдруг стало веселее. Тропа быстро расширилась. Сонливость исчезла за считанные минуты. И даже солнышко выглянуло. Скоро все уже шагали лицом вперед. Иван дал команду развязаться. Это проделали прямо на ходу.

«Вроде, никто еще не устал, – подумал богатырь. – Хорошо. Может, я еще в три дня и уложусь. Нет, блин, думать нельзя. Охрененная дорога!..»

* * *

И тут же началось сражение.

Невесть откуда на дороге появилось множество рыцарей в блестящих доспехах, которые размахивали секирами и улюлюкали. Казалось, что они сконденсировались прямо из воздуха или же колдовским способом перенеслись сюда из другого места. Рыцари довольно равномерно распределились между членами отряда на узкой тропе. По приблизительной ваниной оценке, их было раза в два больше, чем его спутников.

Сам богатырь рубился сразу с двумя дюжими дядьками, с ног до головы закованными в доспехи. Дядьки эти появились спереди и сзади от него. Ваня развернулся спиной к скале и отбивал их удары. Настроения и сил атаковать у него пока не было. Дорога здесь в ширину нигде не превышала метра, так что возможностей для маневра оказалось мало. Фактически, каждый член отряда бился сам по себе.

И вдруг все застыли на месте. Повисла тишина. Ваня не сразу понял, что время как бы остановилось. Только он один сохранял способность думать, реагировать и двигаться в этом масштабе. Приглядевшись, богатырь заметил, что люди на тропе – и из его отряда, и непонятно откуда взявшиеся агрессивные рыцари – движутся, но очень-очень медленно.

Парень задумался. Можно было, конечно, пользуясь своим преимуществом, быстренько поубивать всех врагов и поскидывать их в пропасть. Но жалостливому русскому богатырю такой вариант как-то не нравился. Хотелось чего-то другого.

Думал Ваня недолго. Сообразив, что есть простое и абсолютно доброе решение, он сунул свои мечи в ножны и первым делом отнял клинки у двух своих противников. Потом двинулся вдоль отряда, стараясь не свалиться в пропасть. Он отнимал оружие у рыцарей и кидал его на тропу. Богатырь спешил обезопасить всех своих спутников.

Завершив это доброе дело, он принялся вытаскивать из рюкзаков веревки и вязать рыцарей по рукам и ногам – быстро и сноровисто. Когда веревки кончились, в ход пошли ремни, которые были на большинстве рыцарей. Увязать две сотни человек – дело не быстрое. Но Ваня работал с потрясающей скоростью. При этом он еще старался мягко менять положение врагов – чтобы не повредить их. Параллельно отслеживал и общую ситуацию.

Пройдя отряд теперь уже из конца в начало, богатырь завершил свое доброе дело и, распрямившись, удовлетворенно вздохнул. И тут же время потекло обычным ходом. Сообразив, что надо предупредить своих людей о необходимости мирного разрешения ситуации, Иван заорал:

– Не двигаться!!! Всё! Отбой! Все расслабьтесь! Рыцарей не трогайте пока!

Народ с изумлением взирал на связанных врагов, тихо лежащих на дороге. Еще секунду назад все было по-другому. «Ай да я!» – подумал Ваня.

– Хороший ты парень, – услышал он спокойный женский голос. На тропе впереди появилась фея. Но не та, которая ловила их в пещеру-мышеловку, а другая. Подойдя и остановившись шагах в пяти перед Иваном, она продолжила: – Ты меня удивил. Здесь был такой волшебный узел. Эти рыцари в плену у меня уже сто двадцать лет. Они волшебные. То есть заколдованные люди. Для того чтобы освободиться, им было необходимо уничтожить отряд врагов. Ждали долго. И вот вы пришли. Лично мне все равно: вы победили бы или они. Но твоя, парень, доброта все прямо-таки перекулдобила. Я имею в виду волшебную сторону дела. Словом, я их отпускаю. Хочешь – бери в свой отряд. Не хочешь – пусть идут, куда хотят. Или так их оставь – связанными. Решай сам. А я тебе мешать не буду. Но и помогать не буду. Прощай.

И фея исчезла. Ваня стоял и думал. Потом повернулся к отряду. Стали советоваться. Расспросили и рыцарей. Те все поняли, так как почему-то умели говорить по-русски. Они обещали служить русскому богатырю верой и правдой, если он их примет в отряд.

«Поверь им, Ваня», – посоветовал внутренний голос. И Ваня поверил. Он скомандовал развязать рыцарей.

И скоро две сотни закованных в доспехи мужиков, сняв шлемы, хором приносили клятву верности. А остальные слушали их и дивились. Ваня же опять думал о примитивных вещах: где добыть на всех воду и хоть чуть-чуть еды.

* * *

Приняв присягу у рыцарей, Иван осведомился, не ранен ли кто. Узнав, что все целы, он похвалил людей за ловкость и осмотрительность. Говорить приходилось громко, так как теперь отряд занимал изрядное расстояние вдоль дороги.

Двинулись вперед. Все освободившиеся уже шли вперемешку. Предводитель рыцарей, шагавший рядом с Иваном, сообщил, что владения феи, которая держала их в плену, тянутся еще примерно на пять километров. На этом участке пути, похоже, можно было ничего не опасаться. Источник воды находился в километре впереди. По поводу пищи предводитель рыцарей сказал, что фея их кормила изредка чем-то волшебным, но на это больше рассчитывать не приходится.

Дошли до небольшого водопада. Здесь решили отдохнуть, попить и помыться. Чистая и даже не очень холодная вода стекала со скалы, внизу падая с высоты метра четыре неширокой струей. Вокруг было относительно обширное пространство со множеством камней.

«Похоже, тут можно расслабиться», – подумал Ваня. И только в эту минуту почувствовал, как он устал.

Хотя солнышко не выглядывало из-за тучек, ветер веял теплый. Между камней во многих местах лезла травка. Неподалеку, прорываясь сквозь шум падающей воды, слышались птичьи голоса.

Рыцари поснимали доспехи и купались вместе со всеми. Правда, приходилось выстраиваться в очередь. А Ваня сидел на камне, наблюдал за отрядом и думал: «Куда же я их всех веду?»

* * *

Как-то само собой расположились на ночь. Сухофрукты пришлось делить теперь уже на триста человек. Рыцари с удовольствием ели после большого перерыва обычную пищу, а не волшебную. Про фею, державшую их в плену, они ничего особо не рассказали – она их не баловала вниманием. Все сто двадцать лет они ходили взад-вперед по тропе в пределах ее владений, упражнялись с оружием, ели, пили и спали. Ночевали они в пещерах, но вещей личных у них не было. А до плена они жили в Европе и готовились служить под началом одного из русских князей. Поэтому и язык русский выучили.

– Странно, что вы его не забыли, – заметил Ваня, обращаясь к предводителю рыцарей, которого звали Жан и который все это ему рассказал.

– Не странно, – возразил тот. – Место волшебное. И все такое. Время тут как-то странно шло. Не сказать, чтоб мы тосковали. И не старились. Словно бы все это был один день. Длинный-длинный день. И словно бы только сейчас мы проснулись. Чудно…

– А чего дальше – не знаешь? – спросил богатырь.

– Дальше, говорят, дорога широкая везде. Но и нечисти полно.

– А кто говорит?

– Птицы.

– А-а-а…

– Мы доспехи, наверное, здесь оставим. Тяжело в них ходить – далеко не уйдем. Только оружие возьмем.

– А насчет жратвы и воды там впереди птицы ничего не говорили? И что за нечисть?

– Да мы не расспрашивали.

– Ну ладно, посмотрим. До утра отдохнем, а уж утром двинем на всю катушку, – завершил разговор Ваня. Он прошелся по лагерю, проверил порядок, поглядел по сторонам на погружающиеся в темноту горы и лег спать.

Но ему не спалось. Богатырь ворочался с боку на бок и не мог заснуть. Конечно, ложе было не слишком мягким, но дело заключалось не в этом. Несмотря на изрядную душевную да и физическую усталость, Ваня не мог расслабиться и отключиться. Он подумал, не означает ли это каких-либо близких неприятностей и врагов, но чувство подсказывало, что все спокойно.

Наконец Иван сел и огляделся. Потом встал и оглядел лагерь. Люди спали между камней. Водопад все так же журчал. В чистом небе сияло множество звезд.

– Что не спишь, богатырь? – услышал он голос все той же феи. Она подошла из темноты. – Боишься? Чего ты сюда пришел? Мне интересно. Это не секрет?

– Не секрет, – ответил Ваня. – Меня попросили расколдовать эту дорогу. Шаманы здешние. А сам я из Руси Великой. Чтоб дорогу расколдовать, мне надобно по ней пройти до конца. Так мне сказали. Вот я и иду. Сначала один шел. Потом из плена у гномов народ вызволил. А теперь вот рыцари еще… Как там впереди с водой и едой? И чего там вообще?

– А что за награду тебе обещали? – спросила фея.

– Какая награда? Попросили наши волшебники лесные меня – вот и все. Зачем мне награда? У меня и так все необходимое есть. Управиться надо поскорее – жене моей скоро родить…

– Ну ты даешь! Ты ж погибнуть можешь! Зачем тебе все это надо?! Скучно, что ли, стало?!

– Моя судьба такая. Я богатырь. Мне Мать-Земля силу дает. Меня много кто учил из волшебников. Значит, я должен делать свою работу. Умирать, конечно, не хочется. Тем более что жене родить скоро… Девочку ждем…

– Ну а как ты живешь – богато?

– Нормально живу. Жратва хорошая есть. Одежда справная тоже есть и обувка. Жилье тоже нормальное. Чего еще?

– Ну а власти тебе не хочется? Славы?

– Да славы и так до фига. По всей Руси уж… Я ведь и с драконами дрался, и в Европе бывал, и в подземельях… А брат моей жены – князь. Он вот властвует. И славы у него тоже много. А мне власть ни к чему.

–А не страшно тебе тут? – продолжала расспрашивать фея. – Здесь ведь ужас на ужасе.

– Некогда бояться. Тяжело – это да. Я должен дойти. И этих довести. Правда, ума не приложу, куда они потом пойдут. До Европы-то далече… Да и остальные – кто не рыцари…

– А ты не думаешь, что, может, лучше было бы их и не освобождать? Вдруг они злых дел понаделают?

– Знаешь, я никогда не считал себя мудрым человеком. Я человек действия. Я просто делаю то, что подсказывает мне сердце. Или просто действую, не думая. Я чувствую, что это мое дело – и всё. А если я начну тут думать, то я и сгину где-нибудь в ваших пропастях. Потом подумаю – когда дело сделаю.

– А сделаешь?

– Как Бог даст. Но постараюсь.

– Силен ты духом, парень. Дам тебе, пожалуй, совет. Может, и не понравится он тебе, но ты все же подумай. Не иди больше впереди отряда. Иди последним.

– А их в виде пробного материала вперед пустить?

– Зато, может, дойдешь. А так – точно сгинешь.

– Хорошая ты женщина. Но не понимаешь. Это мой путь. А их я веду и опекаю. Значит, я должен идти первым.

– Ну ладно. Но из следующего источника точно не пейте – он ядовитый, хоть так и не заметишь.

– А вот за этот совет огромное спасибо. Может, еще чего скажешь?

– Советую сейчас выспаться, а уж потом до конца пути не спать. Дальше – всё опаснее и опаснее. Прощай.

– Спасибо тебе. Прощай, – поклонился Иван фее.

– И тебе спасибо. Мне как-то радостнее стало, – отвечала фея и удалилась в темноту.

Богатырь постоял, подумал и лег спать. И сразу же уснул.

* * *

Все отоспались на славу. Лагерь ожил лишь к полудню. Люди лежали, сидели, бродили между камней, пили из водопада, мылись, стирали одежду… Солнышко хорошо грело, так что всем было тепло.

Проснувшись, Иван дал команду раздать остатки сухофруктов и последних запасов своих продуктов. Он тоже умылся, пожевал горсть сушеных фиников вперемешку с изюмом и курагой, закусил крошечным кусочком сухарика и вдоволь напился. А затем уже стал размышлять.

«Может, надо ввести какую-то структуру управления? – думал богатырь, лениво почесывая одной босой ногой о другую и слегка жмурясь на ярком солнышке. Он лежал, облокотившись спиной о небольшой камень, который для мягкости прикрыл рюкзаком. – Может, надо назначить командиров, распределить народ на группы? Опять же, психологию коллектива надо учесть… Хм… Что-то я читал об этом у дяди Али еще когда-то… Что-то вроде «Магия психологии»… Или «Психология магии»… Тьфу! Уже забыл. А может, тут надо психоанализ применить? Поговорить с людьми?..»

«Пора двигаться», – четко раздался внутренний голос.

– Эй! – заорал Ваня, поднимаясь. – Готовимся к выходу! Быстро оправиться и собраться! Пустые рюкзаки берем. Все фляги наполнить водой! Слушаться меня с полуслова! В непредвиденных ситуациях действовать четко и резко! На разговоры не отвлекаться! Вопросов по ходу дела не задавать! Но можно, если есть ясное чувство, что это необходимо. Впереди трудности, но мы прорвемся!

Все быстро и по-деловому собрались. Доспехи рыцари решили оставить здесь. Хоть впереди и предполагались сражения, все же это было разумно. Иван определил порядок продвижения: он впереди, затем идут освободившиеся из плена у гномов, затем – рыцари.

Через несколько минут отряд шел по тропе, которая быстро делалась шире – скоро уже по ней могли идти по три человека в ряд, не рискуя свалиться в пропасть. Люди смотрели по сторонам, наслаждаясь последними километрами безопасного пути во владениях феи и не очень заботясь о том, что ждало их впереди. Ведь они уже освободились! У них был только один путь – опасный, неизведанный, но совершенно ясный по направлению.

* * *

Кошмар начался очень скоро.

Почти сразу, как отряд вышел из владений феи, со всех сторон закружились хищные птицы. Их клювы и когти сверкали на солнце – похоже, что эти части тела были металлические. Птицы собирались, слетая из разных мест. Размером с обычного орла, они и видом походили на этих хищников гор. Но чувствовалось, что это совсем другая порода. То, что скоро будет атака, сомневаться не приходилось.

– Вперед бегом! – рявкнул Иван, обнажая мечи. Он хотел продвинуться как можно дальше, пока стая еще не собралась в количестве, необходимом для нападения.

Все побежали. На ходу Ваня давал инструкции:

– Как налетят – бейте их, но на бегу. Не останавливаемся. Замыкающие меняются периодически и помогают друг другу особо. Если будет тяжко, поворачиваемся спиной к стене, но продолжаем бег.

Его слова быстро передали по отряду. Люди изготовили оружие к бою. Те, у кого имелись луки, переместились к скале, чтобы быть прикрываемыми теми, кто мог отгонять птиц мечами, секирами и копьями.

– Все собраться!!! – взревел богатырь. – У нас не должно быть ни убитых, ни раненых!!! Сохраняем темп движения!!! Не растягиваем строй ни в коем случае!!!

Они успели пробежать около полукилометра. За это время птиц набралась целая туча – они затмили солнце. До сих пор молчавшие, теперь птички стали издавать неприятные хриплые крики. Пока они кружили довольно высоко над отрядом.

И вдруг, словно бы по команде, стая набросилась на бегущих по тропе людей. Крики птиц сделались столь громкими, что заглушили бы любые команды Ивана, и он был рад, что успел все объяснить заранее. Держа минимальную необходимую для боя дистанцию, мужики вступили в сражение с орущей воздушной армадой. И сколько длился этот бой, потом никто не мог толком оценить.

Быстро расстреляв стрелы, лучники взялись за мечи и присоединились к остальным. Оперение птиц оказалось чем-то вроде доспехов – оружие скользило по нему, лишь изредка причиняя какой-то вред. В большинстве же случаев удары мечей, топоров и копий только отбрасывали атакующих птиц в сторону или назад, после чего те, покувыркавшись в воздухе, выровняв полет и придя в себя, снова присоединялись к боевым действиям.

Ваня прорубал дорогу вперед. Его прикрывали несколько самых умелых и самых мощных воинов. Он выбрал их заранее для движения в голове отряда – так же, как и замыкающих.

Вокруг потемнело – птицы летели почти сплошной стеной. Но все же они боялись оружия и старались избегать прямых ударов. Поэтому людям удавалось защищаться и даже двигаться вперед, хоть и с несколько меньшей скоростью.

Это был натурально кошмар. Скоро Иван уже перестал различать что-либо, кроме орущих и атакующих хищных птиц с металлическими клювами и мощными когтистыми лапами. Богатырь работал мечами, бежал вперед и все время помнил о том, что за ним движутся и сражаются три сотни человек. Парень не оглядывался, но чувствовал весь отряд спиной. Мыслей почти не было. Лишь однажды Ваня заметил сам себе: «А один бы я, пожалуй, и не прорвался бы сквозь такую тучу». И это сознание придало ему еще больше сил и решимости.

Время шло, но никто из людей не ощущал его течения. Ситуация, казалось, застыла, хотя все и двигались очень активно. Круговерть разинутых клювов, мелькающих и хлопающих крыльев, растопыренных когтей заполнила все пространство восприятия. «Не сдаваться! Не уставать! – подстегивал себя иногда Иван внутренне. – Не отвлекаться!» И он почти физически ощущал, как эта команда передается всему отряду.

Они рубились так долго. Очень долго. Ивану все чаще приходилось взбадривать себя, а через это и остальных. Он уже не бежал, а шел, повернувшись вполоборота к пропасти. Атаки птиц не ослабевали, но и не усиливались

И вдруг, словно по мановению волшебной палочки, вся стая разом отпрянула, быстро набрала высоту и, почти замолкнув, умчалась куда-то за горы вправо от дороги.

– Не останавливаемся! – крикнул Ваня. – Раненые есть?

– Много, но раны все не тяжелые, – ответили ему через некоторое время.

– Молодцы! – на секунду обернувшись, похвалил всех богатырь.

Они двигались шагом, приходя в себя. Но Иван подозревал, что отдых продлится недолго.

* * *

– Я хранитель километра дороги, – произнес стоящий на тропе старик с длинной седой бородой и мохнатыми бровями. Он был одет в какие-то длинные одежды и выглядел чрезвычайно внушительно: крупный, уверенный в себе, абсолютно спокойный. Старик стоял неколебимо, как скала, и отряд, приблизившись к нему, разом остановился даже без команды, словно бы наткнувшись на стену.

– Здравствуй, – поклонился Ваня.

– Приветик, – неожиданно развязно ответил старик и щелкнул пальцами. И все оружие у всех людей в отряде мгновенно рассыпалось в пыль. В том числе и ванины волшебные мечи. Это случилось так неожиданно, что никто и охнуть не успел. А старик объяснил: – Я с оружием не пропускаю. Так что, дабы не было долгих споров и вопросов…

Ваня тщетно пытался что-то сообразить и сказать. В голове все еще стоял сумбур от впечатлений битвы с птичьей стаей. Старик, видя его состояние, помог:

– Интересно, что дальше будет? Отвечу. Километр идите спокойно. Можете даже посидеть немного и отдохнуть. У меня к вам вопросов нет. Но и помощи от меня не ждите. Долго у меня тут не задерживайтесь. А то камушками сверху посыплю вас – потороплю. Впрочем, если кто из вас хочет ко мне в рабство, то это пожалуйста. Условия хорошие: еда, жилье, интересная и посильная работа в моих рудниках, возможности для отдыха, санитарно-гигиенические нормы, регулярные прогулки в специально оборудованном ущелье… А то впереди-то у вас – о-хо-хо! Подумайте.

– Нечего думать! – уверенно ответил за всех богатырь. – Мы идем вперед.

– Ну, коли так, прощайте, идиотики, – опять неожиданно сменил тон старик с серьезного и дипломатического на неприятный и фамильярный.

– И ты прощай, поклонился ему Ваня.

Хранитель километра дороги растаял в воздухе. А отряд двинулся вперед. Про потерянное оружие уже никто не думал.

* * *

Пройдя с полкилометра, устроили привал – самое время было расслабиться и отдохнуть после битвы с птичьей стаей. Выпили всю воду. Фляг было мало, так что каждому досталось лишь по глотку. А хотелось по ведру.

Люди сидели, прислонившись спинами к скале. Никто ничего не говорил.

И вдруг Ваня вспомнил про волшебный колокольчик, который вручила ему Аня и который он сунул в отдельный меленький кармашек внутри рюкзака. Мысленно обругав себя олухом, парень достал колокольчик, не переставая удивляться, как это он мог про него забыть.

Динь-динь-динь!

Все сидящие поблизости повернули головы на звук и сразу же приободрились. Тогда Ваня встал и пошел вдоль отряда, звеня колокольчиком. Люди слушали незатейливый перезвон и прямо на глазах менялись. В них словно бы открывались новые силы – душевные и физические.

Богатырь двигался не спеша. Дойдя до последних в отряде, он постоял около них немного и направился назад, продолжая позвякивать колокольчиком.

Но самое удивительное произошло, когда он вернулся на свое исходное место во главе отряда. Из воздуха скомпоновался прежний старик и, низко кланяясь, сообщил:

– От века мне суждено во всем повиноваться владельцу этого волшебного колокольчика.

– Ну так держи его и повинуйся сам себе, – неожиданно сам для себя сказал Ваня и кинул колокольчик старику. И тут же подумал: «Господи! Елки-палки! А ну как он теперь начнет куролесить?! Блин!»

Хранитель километра дороги поймал колокольчик и обалдевшими глазами уставился на него, держа в правой руке. Потом перевел взгляд на Ивана. Потом – снова на колокольчик. Наконец он слегка пошевелил рукой, и мягкий, ласковый, мелодичный звук освежил воздух. Звук этот был тихий и будто бы робкий. Но у Вани возникло такое ощущение, что горы прислушиваются к волшебному перезвону.

Динь-динь-динь!

Старик улыбнулся. Потом – шире. Потом прямо расплылся в улыбке. И вот он уже приплясывает на месте, названивая в колокольчик, но сохраняя довольно мягкий и спокойный ритм. Люди из середины и из конца отряда стали подходить поближе. Дорога здесь была весьма широкая – метров пять-шесть. Так что скоро все могли слышать перезвон и быть в курсе происходящего. Усталости уже никто не чувствовал.

– Ля-ля-ля! – наконец изрек старик, останавливаясь и продолжая глядеть на колокольчик. Затем он посмотрел на наблюдавших за ним мужиков и подмигнул.

Ваня улыбнулся. Ему было тепло на душе и совершенно не жаль, что отдал колокольчик.

– Я теперь больше не маг и не хранитель этого участка дороги. Зато теперь я свободный человек и могу идти куда угодно, – произнес старик. – А так я уже около двух тысяч лет тут сидел. Километр туда, километр сюда. Ну и горы по соседству. Задолбало до безобразия. Задолбало!

– Ну и классно, – молвил богатырь. – Я за тебя очень рад.

– А можно я пойду с вами и буду звенеть в колокольчик?

– Можно, – кивнул Иван.

И они пошли вперед. Старик шагал рядом с Ваней и тихо, но отчетливо позванивал в колокольчик. Вид у него был торжественный и сосредоточенный.

А остальные шли, слушали и понимали, что все идет именно так, как и должно идти.

* * *

– Здесь мои владения кончаются, – молвил старик, остановившись. – То есть бывшие владения. Дальше километров на двадцать организованы прибамбасы моей возлюбленной.

– Чё? – не врубился Ваня. – В каком смысле?

– В основном огненные потоки, грязевые водопады и локальные смерчи. Тоже уже две тысячи лет мается. Надо же было ей хоть как-то развлекаться. А соединиться мы с ней не могли – стена словно бы толщиной три метра. Уж мы с ней по-всякому пытались: и перепрыгнуть, и тоннель подземный проделать, и обогнуть по горам, и на веревках в пропасть спуститься… Но ничего не сумели. И колдовство никакое не помогало. Она тоже типа магиня. Ну, волшебница. А уж теперь мы посмотрим!

– Вперед пойдем или отсюда звонить будем? – спросил Ваня, переминаясь с ноги на ногу.

– Отсюда. Она такого понаустраивала, что просто жуть. Подождем. Вы располагайтесь на отдых. Она ведь, может, еще и не скоро появится.

– А если поорать? – предложил богатырь.

– Экий ты нетерпеливый. Чего горло драть? – удивился старик.

– А ты разве не хочешь ее поскорее увидеть?

– Видел уже. Характер у нее сложный. Сейчас мы, собственно, в ссоре. Уже около двух недель.

– Как ее зовут?

– Холла.

– Ну, мы будем орать. Нам ждать нечего. Жратвы нет, воды тоже нет, скоро спать захочется, а дорога еще дальняя.

Чувствуя прилив земной силы, Ваня обратился к отряду и объяснил задачу. Когда до всех дошла его инструкция, богатырь набрал в грудь побольше воздуха и что было мочи завопил имя возлюбленной странного старика. Триста человек подхватили.

Так, делая паузы, они орали минут двадцать. Потом Иван, ощущая, что земная сила уходит, скомандовал отбой. И прислушался. Никто не откликался. Тогда он предложил людям отдыхать, сам сел к скале и безмятежно уставился на далекие горные вершины и голубое небо с редкими облаками.

Ждать пришлось около часа. Холла явилась в наряде из множества зеленых полос материи. На вид ей трудно было дать более сорока лет. Она глянула на старика и удивленно подняла брови. Потом спросила:

– Это, что, тот самый волшебный колокольчик?

– Да. Этот человек, – старик указал на Ваню, – отдал его мне, узнав, что я должен повиноваться хозяину волшебного колокольчика. И теперь я не маг. И я теперь свободен. А ты хочешь освободиться? Мы смогли бы уйти отсюда и зажить где-нибудь в хорошем месте. Помнишь, как мы мечтали?

– Помню. А что нужно этим людям?

– Пройти по дороге до конца, – ответил Иван. – Точнее, это я должен пройти. Остальных можно отправить по другому пути.

– Ну, у меня здесь вы не пройдете пока. И не суйтесь. Я сейчас вам покушать организую. А потом займусь расколдовыванием. Но это надолго. Часа четыре потребуется.

– Отлично, – кивнул богатырь.

Холла растаяла в воздухе. Но уже минут через десять появилась снова в окружении мешков и ящиков с едой и бочек с питьем. Она не забыла прихватить и миски, и кружки, и ножи, и ложки.

– У меня тут сыр, ветчина, лепешки, варенье, компот, молоко, соленые огурцы, хлеб, масло и еще перец, – сообщила волшебница. – Насыщайтесь.

– Классно! – восхитился Иван. – А откуда это все, если не секрет?

– Да в кладовке лежало! Ха-ха-ха! Это я шучу. А если честно, то долго ли ведьме стибрить немного продуктов и посуды из расположенного не так уж далеко отсюда горного поселка?! Но вы не смущайтесь. Посуду потом вернем. А я зато от них уж не помню сколько раз град отгоняла. Так что все по совести, – сказав это, Холла исчезла.

Ваня подозвал десять человек. Они прошли на территорию волшебницы, взяли мешки, бочки и ящики и организовали раздачу питания. Еды и питья хватило. Все оказалось очень вкусным.

А старик все стоял у заветной черты и задумчиво позванивал колокольчиком.

* * *

Прошло около четырех часов.

Холла вернулась уже в другом наряде. Теперь на ней было радужное переливающееся длинное платье и золотой обруч в волосах. Она сообщила, что все расколдовала и, улыбаясь, остановилась перед стариком, который за эти четыре часа так и не изменил своего положения. Он кинул ей колокольчик.

Поймав колокольчик, Холла постояла несколько мгновений неподвижно, а потом позвонила. Все смотрели на нее, затаив дыхание. Затем старик сделал шаг вперед. Еще шаг. Еще… И вот они уже стоят с Холлой рядом.

«Как все просто! – подумал Ваня. – А ведь две тысячи лет они ждали этого. А делов-то – позвонить в волшебный колокольчик».

Сначала медленно, а затем все бодрее Холла пошла вперед, держа старика за руку и звеня колокольчиком. Отряд двинулся следом на расстоянии двух десятков шагов. Все молчали, понимая, что свершается нечто очень-очень важное.

Вечерело. Солнце спускалось к горам. Ваня шел и думал: «Кайфово, елки-палки!»

* * *

Солнце село, но большая полная Луна освещала путь. Все это время они шли, лишь пару раз ненадолго останавливаясь у родников, чтобы напиться и умыться. Дорога сделалась еще шире. Никаких проблем и сюрпризов не возникало. Никто не чувствовал усталости.

И вот они дошли до конца владений Холлы. Здесь она заранее подготовила еще продуктов, так что отряд смог сытно и вкусно поужинать. После чего старик подошел к Ивану и сказал:

– Спасибо тебе. Мы уйдем отсюда горной тропой. Вон, видишь, она начинается в расщелине. Мы можем увести за собой весь твой отряд. Тут за один день можно дойти до большого селения – того, откуда Холла брала продукты. А там много дорог…

– Вы хотите уйти сейчас? – спросил богатырь.

– Подождем до утра. Нам ведь тоже надо отдохнуть.

– Я скажу сейчас всем. Думаю, будет лучше сделать, как ты предлагаешь. А что там дальше по дороге?

– Мы этого не знаем.

– Я пойду сейчас, – решил Ваня. – Поесть-попить прихвачу немного – и пойду. Один. А вы уж позаботьтесь обо всех оставшихся. Хорошо?

– Конечно, – кивнул старик. – А отдохнуть ты не хочешь?

– У меня жена скоро родить должна. Дома отдохну. И все равно не спится. Да и не устал я.

– Ну-ну, – пробормотал старик. – Хоней звать меня. Я ведь так и не представился…

К ним подошла Холла – величественная и таинственная. Хоня сообщил ей о ванином решении. Она кивнула:

– Одному тебе легче будет. А за этих людей не волнуйся. Жалко вот, что ты теперь без оружия… И спасибо тебе.

– А я ножиков наберу в карманы, – сообразил богатырь. – И пару досок от ящиков возьму покрепче – типа мечей будет.

Он собрал отряд и сообщил о дальнейших планах:

– Я дальше пойду один. Холла и Хоня вас завтра отведут в местную деревню. Было классно идти с вами вместе и вместе сражаться! Мы сделали это! Спасибо вам всем! Я навсегда запомню, как мы шли эти километры. Это было наше общее дело. И я повторю: мы сделали это!

Потом все подходили к Ване по очереди, обнимали его, благодарили и желали удачи. А он прощался с мужиками и удивлялся, что они за такое короткое время сделались ему родными.

Затем богатырь собрал рюкзак, рассовал по карманам и за голенища сапог ножи, выломал две доски из ящика, махнул всем рукой на прощание и крикнул:

– Счастливо!

– Счастливо! – ответил отряд хором – даже те, кто не умел говорить по-русски.

Иван повернулся к стоявшим рядом Холле и Хоне. И вдруг волшебный колокольчик в руках женщины вспыхнул и исчез. Она засмеялась и молвила:

– Действительно, он уже как бы звенит в нас. Мы свободны. Еще раз спасибо тебе, Иван.

Богатырь поправил рюкзак, половчее взял доски от ящиков, собрался, сосредоточился на предстоящем пути и пошел дальше. Больше он не оглядывался. И его уже никто не окликал.

* * *

Лишь только Иван зашел за поворот, как погода начала портиться. Подул резкий холодный ветер, небо быстро заволокло плотной пеленой облаков. Стало совсем темно. Стена и дорога очень смутно угадывались в этой кромешной темноте. И Ване почудилось, что впереди таится кто-то грозный и ужасно опасный. Страх сдавил душу, как тисками. Русский богатырь покрылся холодным потом, зубы начали мелко лязгать друг о друга, все тело сделалось словно бы деревянным.

«Финтифлюшки, – подумал Иван. – Пужают, суки. Надо подумать, надо отступить немного… А! Нет! Хрена-с-два! Я иду вперед!!!» И он завертел перед собой досками и двинулся небольшими осторожными шагами, стараясь чувствовать дорогу и касаться скалы справа.

«У тебя есть шанс пройти только по самому краю пропасти, – посоветовал внутренний голос. – Лишь десять-двадцать сантиметров на краю тропы свободны от колдовства. Остальная часть дороги непроходима».

«Да… Это не хухры-мухры», – подумал Ваня, останавливаясь. Как ни странно, страх прошел. Богатырь аккуратно передвинулся влево, ощупывая левой ногой тропу, ища самый ее край. Он понимал, что надо доверять своему внутреннему голосу. Он чувствовал, что тот советует правильно.

И вот Иван пошел по краю пропасти. Справа было страшно и, видимо, очень опасно. Слева было пусто и очень глубоко. А еще везде вокруг было абсолютно темно.

Доски парень держал в руках и балансировал ими. Оказалось удобно. Шагал он медленно, каждый раз пробуя ногой опору перед собой, постоянно готовый свалиться и повиснуть, ухватившись за край тропы.

– Давай поговорим! – неожиданно предложил чей-то голос.

«В гробу я слыхал эти разговоры!» – подумал про себя Ваня. Он не ответил, а продолжал молча идти.

– Ну, не хочешь говорить, так послушай, – произнес голос. И начал вести длинные речи о смысле бытия, о ваниных душевных качествах, о добре и зле, о любви и ненависти… Иван старался не слушать, чтобы не отвлекаться, но слова звучали громко и волей-неволей проникали в сознание, уводили внимание в сторону, нарушали состояние сосредоточенности.

Ваня попытался как бы загородиться от этого голоса. Но скоро понял, что кроме дополнительного напряжения это ему ничего не принесет. Тогда он решил пропускать звучащие в воздухе слова через себя, просто наблюдая, но не считая чем-то особенным. Получилось. Внимание вернулось в сосредоточенное состояние, богатырь увереннее пошел вперед.

Скоро немного развиднелось. Появились звезды. Затем из-за облаков показалась Луна. И в лунном свете Ваня увидел перед собой большое мохнатое чудовище с горящими глазами. Оно стояло на краю тропы и возвышалось метров на пять вверх. Больше всего оно походило на толстую обезьяну с очень длинной шерстью. Чудовище стояло на задних лапах и гнусно смотрело на богатыря.

Надоедливый голос почти затих. Иван остановился и попробовал оценить ситуацию.

Раз! Чудовище неожиданно прыгнуло вперед и попыталось схватить его правой рукой. Парень подпрыгнул и оказался на этой самой руке. Моментально сориентировавшись, он бросил доски и, хватаясь за густую шерсть, быстро полез по длинной руке огромной обезьяны к ее плечу. Оказавшись там, он примерился и прыгнул вперед – за спину чудища. Богатырь постарался попасть точно на край тропы, и это ему, на удивление, удалось.

Обиженная гигантская обезьяна наконец сообразила, что добыча ускользает и, повернувшись, попыталась схватить шустрого парня все той же правой рукой. Но он, достав из кармана ножик, ткнул ее в ладонь. Чудище завопило и отдернуло конечность. А Иван побежал вперед, уже даже и не пытаясь быть осторожным, а просто максимально сосредоточившись.

Какое-то время гигантская обезьяна преследовала богатыря, но потом отстала. Удостоверившись, что она осталась далеко позади, Ваня хотел сбавить темп, но бежалось так хорошо и свободно, что он решил наплевать на осторожность и здравый смысл. Парень бежал и бежал по самому краю пропасти, уже не удивляясь, что это у него получается.

* * *

Прошло около часа.

В какой-то момент Ваня вдруг ощутил, что справа больше нет опасности. Он передвинулся на середину дороги и перешел на шаг.

И почти сразу же встретил тираннозавра. Огромный ящер, мощно ступая здоровенными задними лапами и немного смешно растопырив высоко над Иваном относительно маленькие передние лапы, открыл пасть с жуткими зубами и наклонился к богатырю.

«Была не была», – подумал парень, ощущая прилив земной энергии. Он нырнул под самое брюхо тираннозавра и, проскользнув между колоннообразными ногами чудовища, шмыгнул вправо мимо волочащегося по земле толстого хвоста. Ящер попытался резко повернуться, но не рассчитал и врезался мордой в скалу справа от тропы. А Иван понесся вперед что было сил.

Он мчался, как молния. И поэтому два великана, стоявшие на дороге за поворотом, просто не успели среагировать и схватить русского богатыря, просвистевшего между ними. Только несколько секунд спустя великаны посмотрели друг на друга, потом поглядели вслед убегавшему Ване, пожали плечами, вздохнули и остались стоять.

* * *

Земная сила не оставляла Ивана, и он бежал, не сбавляя скорости, а лишь иногда слегка виляя вправо-влево по широкой дороге. Краем глаза он иногда замечал падающие со скалы камни, ударяющие в тропу молнии, вылетающие из расщелин стрелы и дротики… Однажды ему пришлось сделать несколько резких зигзагов между стоявшими на пути и изготовившимися к драке трехметровыми дядьками с дубинами – их было около десятка. «Фигня все это», – философски думал Ваня, несясь вперед и не обращая особого внимания на агрессивные выпады в свой адрес.

И вдруг богатырь резко затормозил. Перекрыв всю ширину дороги, на тропе расположился осьминог потрясающих размеров. Его округлая голова с глазами, похожими на хорошие арбузы, возвышалась метра на четыре от земли, а в щупальцах он держал мечи и секиры.

«Вот падла!», – подумал Иван и полез в карманы за ножиками. Два десятка небольших кухонных ножей один за другим полетели в щупальца, держащие оружие. Но осьминог от этого лишь разъярился и, не обращая внимания на воткнувшиеся в него ножики, пополз на богатыря, помахивая мечами и секирами и злобно щелкая метровым роговым клювом. При этом он надежно заблокировал все возможности обогнуть его или перепрыгнуть. Ване пришлось отступить.

Внезапно осьминог вскинул вверх щупальце с арканом, которое до того держал позади себя. Миг – и веревка с петлей полетела в стоявшего совсем близко русского богатыря. Но тот не зевал. Ваня ухватился за петлю обеими руками и, охваченный вдохновением, побежал в сторону пропасти. На краю он сильно оттолкнулся и, удерживаемый натянутой веревкой, по дуге облетел осьминога, удачно приземлившись на тропу позади того.

И не успел монстр обернуться или хоть как-то отреагировать, славный русский богатырь уже убегал от него вперед по дороге, быстро набирая прежнюю скорость.

* * *

Последние полкилометра Ваня пробежал почти без помех. В ярком лунном свете он издали увидел, как Зутхи и Го-Чбо держат в руках флажки, подняв их кверху. Богатырь усилил внимание, опасаясь расслабиться раньше времени и прозевать что-нибудь опасное.

Бабулька с рогаткой появилась метров за двадцать до финиша. И принялась стрелять в Ваню круглыми камушками величиной с небольшое куриное яйцо. Причем делала это с удивительной скоростью и с потрясающей меткостью. Камни летели точно в бегущего Ивана, и ему понадобилась немалая сноровка, чтобы уклоняться от них или ловить руками.

Подбежав к бабульке, богатырь выхватил у нее рогатку и побежал дальше, не обращая внимания на вопли обиженной старушки. И когда за три метра до финиша перед ним из воздуха возник какой-то типа маг с посохом и со зловещей ухмылочкой, Ваня просто ткнул его бабулькиной рогаткой в солнечное сплетение и отшвырнул в сторону.

Финиш!

Зутхи и Го-Чбо опустили флажки и восторженно заорали, заглушая причитания бабульки и стоны корчившегося на земле типа мага, выронившего свой посох и ругающего Ваню на многих языках. И тогда русский богатырь обернулся и, уже не сдерживаясь более, глобально обматерил мага, бабульку и всех оставшихся позади монстров и злых колдунов. Ваня швырнул старушке ее рогатку, покачал головой и снова поворотился к притихшим шаманам. И спросил:

– Ну чё? Всё?

– Всё! – хором воскликнули Зутхи и Го-Чбо. – Молодец! Герой! Супермен ты, Иван! Гений!

– Жрать приготовили? – осадил их восторги богатырь.

– Ой… – растерянно вымолвил Го-Чбо.

– А ну вас! Давайте желтую таблетку. Дома поем.

– Ты обиделся? – расстроено спросил Зутхи.

– Не обиделся. У меня дома жена волнуется.

– Вот таблетка, – торжественно произнес Го-Чбо, доставая из кармана желтую пилюлю и протягивая ее на ладони. – Спасибо тебе, Иван! Теперь мы там живо порядок наведем. Мы ведь шаманы сильные!

– Спасибо! – повторил Зутхи.

– Счастливо вам, ребята, – сказал Ваня. – Вы в курсе, что там триста человек отправятся утром в селение где-то тут поблизости?

– Теперь в курсе, – ответил Го-Чбо.

– А вы точно порядок наведете и все проконтролируете и организуете хорошо? – усомнился богатырь.

– Точно, – успокоили его шаманы хором.

– А чего со всеми этими монстрами и великанами будет?

– Мы их расколдуем постепенно, – объяснил Зутхи. – Обратно их в людей превратим. А до тех пор они никуда не уйдут – не смогут. Они все когда-то людьми были. Но, попав на эту дорогу, превратились во всякую нечисть или одурели. Вот, например, эта бабулька с рогаткой. Раньше она была доброй молочницей в Греции. Занесло ее сюда ураганом. И что теперь?! Стыдно на нее посмотреть! Но мы ее скоро в человеческое состояние вернем. В Грецию, конечно, нам ее трудно отправить будет, но, может, и это сделаем.

– Понятно. Ну и хорошо. Еще раз счастливо. Удачи вам тут, – молвил Ваня. Затем проглотил желтую таблетку и исчез.

* * *

Снова ощутив себя после паузы, русский богатырь увидел вокруг родной лес. Было еще темно, хотя полная Луна просвечивала из-за тонких облаков.

«Где я?» – подумал парень. Он осмотрелся, вздохнул, обругал мысленно шаманов идиотами и принялся разводить костер.

Когда огонь разгорелся, Ваня уснул на подстилке из еловых веток рядом с костром. Во сне ему виделась Аня, веточкой отгоняющая многоруких монстров, ящеров, рыцарей и бабулек с рогатками, которые были маленькие, как комары или мушки, и вертелись вокруг него со всех сторон. Богатырь пытался что-то объяснить жене про гномов и про орла с ядовитым пометом, про злое колдовство и про узкую тропу вдоль пропасти, но Аня только улыбалась и помахивала веточкой. «Красивая у меня жена!» – подумал парень во сне и проснулся.

Первое, что он увидел, – это лицо Ани, сидевшей рядом и ласково смотревшей на него. Светало. Костер догорал.

– А меня Василиса разбудила, – объяснила княжна. – Тут до деревни километра три. Ну, я и собралась тебя встретить. Старик-лесовик с Василисой неподалеку гуляют. Можно их покричать.

– Чего орать? Наорался уже за трое суток. Давай пока так посидим – вдвоем. Здравствуй.

– Здравствуй, – улыбнулась Аня. – Все в порядке?

– Да. Никаких особых проблем. Но расскажу лучше потом.

Они сидели у почти догоревшего костра и глядели на рассветное небо, на лес, друг на друга, держась за руки и лишь изредка немного переговариваясь. Потом Аня положила голову мужу на плечо, а он ласково обнял ее за плечи и подумал: «Всего три дня».

* * *

– Что-то я притомился, – сказал Ваня через час. – А не пора ли позвать старика-лесовика с женой?

– Пора, – согласилась Аня.

Покричали. Скоро из-за елок появились лесной волшебник и Василиса. Они подсели к костру, подбросили дров и завели неторопливый разговор. Выслушав подробное описание событий в далеких горах, старик-лесовик молвил:

– Теперь наведут порядок. Они шаманы крепкие, интуитивные, надежные. Насчет того, что все эти монстры и дурни из людей образовались, – это, конечно, бред полный. Тираннозавр – тот отморозок. То есть в вечной мерзлоте лежал миллионы лет, а потом его отморозил кто-то. Птицы с металлическими клювами, когтями и перьями – это всего-навсего материализованные кошмары местных жителей. Орел гигантский – просто мутант. Это я все в курсе. Но многие, может, и из человеков сделались…

– А почему там все так было? – спросил Иван.

– А хрен его знает! Какая разница?! Вычистят шаманы этот гадючник – и хорошо. За полгода, думаю, управятся. Ну что, пойдем в деревню?

– Пойдем, – согласился богатырь.

Старик-лесовик и Василиса проводили Аню и Ваню до деревни, попрощались и исчезли в лесу.

* * *

– Ну теперь уж я точно тебя никуда до родов не отпущу, – сказала мужу на следующий день княжна.

– Да, конечно. А скоро?

– Всему свое время, – мудро ответила Аня.

– Время… Вот представь: мы три дня не виделись, а как соскучились друг по другу. А там эти Хоня и Холла две тысячи лет друг с другом общались через воздушную стену только. Или вот когда я рыцарей вязал. Время тогда для них почти не шло. А для меня шло по-другому – быстро. И вообще… Мне кажется, что от тех птиц железных я целую вечность отбивался. А бежал когда по краю – словно бы один миг. Интересно…

– А у меня тут за эти три дня почти ничего не произошло. Просто смотрела вокруг да тебя ждала.

– Вот я и говорю: время разное. Относительное.

– Куда относительное? – не поняла княжна.

– Не «куда», а относительно разных ситуаций разное.

– А-а-а… Смешной ты, Ваня. Любишь порассуждать, когда дело уже сделано.

– А чего ж, заранее, что ли?

– Да, по-моему, вообще незачем. Сделано – и хорошо.

– А мне интересно.

– Я тобой горжусь. Но в философии ты не силен. Да и я тоже. Не наше это дело.

– Почему? Вот если бы я вместо богатырских подвигов, вместо дел разных сидел бы и размышлял – это было бы плохо. Но я ведь во время опасностей и сражений не зеваю. А думать полезно – если в подходящих условиях.

– А я вот думаю, как мы все организуем, когда дочка родится. Ее ведь воспитывать надо…

– Понятное дело…

Они стояли на солнышке и грелись в его добрых лучах. Вокруг звенел весенний лес. В небе слышались крики возвращающихся с зимовок птичьих стай. А где-то триста недавних ваниных соратников, видимо, уже строили свои новые отношения с местными жителями, бабулька-хулиганка готовилась снова стать доброй молочницей, а царица гномов думала о добре и зле… Ваня вспоминал их всех и от всей души желал им счастья, мудрости и доброго волшебства.

– Надо в избе бы полы помыть, – перевела его мысли в конкретное русло жена.

– Сегодня и сделаю, – кивнул богатырь.

И они пошли домой.

* * *

Кот Баюн сидел на крыльце и мяукал:

– Мяу! Мяу! Совсем заездили Ваню! Бедный богатырь! Мяу!

Лесной колдун, зевая, стоял рядом и молчал. Потом он окинул взглядом лес и произнес:

– А сколькому он научился за эти три дня! Иной человек и за всю жизнь столько не сделает, столькому не научится!

– Мяу! Это, конечно, так…

– Вот то-то и оно! Размяукался! Сочинил бы ты лучше новую весеннюю песню.

– Нет вдохновения, – отрезал кот. – Хочу мыслить о судьбах страны. Хочу сказания складывать…

– Ну складывай, коли охота. Русь наша велика. Чего у нас только нет! Всё есть. Почти. Порядка мало. Но это не беда. Природа у нас хорошая. И люди в основном хорошие. Даже наша русская нечистая сила не такая уж плохая, коли разобраться. За редкими исключениями. Так что сказания есть о чем сложить.

– Мяу-мяу.

Из избы вышла Мурка и спросила:

– Сметану, что ли, уже всю доели?

– Да… – протянул Баюн.

– Жалко, – вздохнула кошечка.

Лесной колдун почесал ее за ухом и пообещал:

– Завтра будет вам сметаны много.

А потом они молча сидели и смотрели на деревья, на небо и на тающий снег.

* * *

Такие вот истории случались в стародавние времена. Мы часто думаем, что это сказки и легенды, что это все выдумки. Но разве ж можно уверенно утверждать, что такого никогда не могло случиться? Тем более что время – относительно. Тысяча лет и один день не так уж сильно различаются между собой. Огромные эпохи и кратчайшие мгновенья чем-то очень похожи. А мы идем нашими дорогами – то опасными, заколдованными и трудными, то свободными, светлыми и радостно-волшебными. И удивляемся Времени. И постепенно осознаём, что оно – наше.