Хождение на Северо-Запад « Папа Карп

Хождение на Северо-Запад

hogdenie-na-severo-zapad-obl

Это седьмая книга про Ваню и его друзей и сподвижников. Надо прекратить нападения викингов на русские земли в районе Финского залива и Ладоги. На сей раз богатырь действует вместе с отрядом воинов и при помощи деревенских мужиков.

Стремясь проявить милосердие, Иван не убивает всех врагов подряд и сразу. Но убивать их все же приходится. Приплывшие воевать викинги имеют свои представления о том, что им следует делать. Среди горя и войны вдруг вспыхивает любовь между юношей и девушкой. Не в ней ли ключ к удаче?

Море, песок, сосны, корабли… И судьбы людей – наших и иноземных. И тут как тут злое колдовство! Но мы верим, что наши ребята справятся, что на берегах Балтики воцарятся мир и спокойствие, что викинги не только уберутся подальше, но и что-то поймут в своих душах про любовь и милосердие…

Скачать (0,4 MB)

ХОЖДЕНИЕ НА СЕВЕРО-ЗАПАД

Эта книга – о неизбежном. Отдельные потоки судеб, переплетаясь, сближаются и сходятся в одну точку. И там должно произойти что-то. Наверное, там будут борьба и любовь, смерть и новая жизнь, ненависть и великодушие… Наверное, опытный воин там научит начинающего, старые друзья помогут в нужный момент, а новые друзья окажутся достойными и надежными. Наверное, там будет шанс свершить то, что должно быть сделано.

И как всегда, Любовь – это наша путеводная нить. И только следуя Ей, боец может стать великим воином.

* * *

Воин света делится с другими тем, что ему известно о пути.

Тот, кто помогает другим, может рассчитывать на помощь. Тот, кого научили, должен учить других. И поэтому воин, сидя у костра, рассказывает, как проходил его бранный день…

Воину нет надобности быть последовательным и логичным, ибо он научился жить со своими противоречиями.

Пауло Коэльо «Книга воина света».

* * *

В лесной глуши, под огромным дубом сидел кот Баюн и жмурился на теплом солнышке. Неподалеку в траве валялся лесной колдун и разглядывал жучков и козявок. Старик лежал на животе ногами к коту. Его белая борода была перепутана со стебельками и цветочками.

– Мяу! У нас на Руси богатыри размножаются… То есть их делается больше. Все больше и больше… Чем больше – тем лучше. Конечно! Наша сила – в наших корнях. Крепкие у нас корешки! В землю наглухо вросли и дальше ее буравят. Поэтому вот дуб и стоит прочно…

– Шел бы ты в избу – там попрохладнее. А то, похоже, тебя от жары разморило, – посоветовал лесной колдун.

– Мяу. Я в норме. А норма – во мне… А скоро Аня и Ваня пойдут викингов гонять?

– Пойдут. Скоро. Уже всех задолбали эти викинги. Так бы сам и отправился бы туда… Но нельзя. Мы, колдуны, должны осуществлять общее руководство и личное наставничество. Ну и так, помогать немножко. А если я, скажем, пойду с викингами воевать, то нарушится равновесие исторических процессов. Тогда может вообще все развалиться.

– Что – всё? Деревья попадают? Люди подохнут?

– Люди не дохнут, а умирают. А что будет, если колдуны активно выйдут на историческую арену, не знает, думаю, никто. Но уж точно ничего хорошего.

– А почему?

– Каждому свое место в мире. Пахарю – хлеб растить. Воину – сражаться. Князю – править. Купцу – торговать. Колдуну – за процессами следить и помогать там, где надо, – ответил старик и, перевернувшись на спину, уставился в небо.

– Ерунду ты говоришь, – не согласился кот. – Вот викинги – воины. Чего ж им теперь делать, если не воевать? Так получается по твоей теории? На них никто не нападает. Значит, они к другим плывут. По твоей теории, это неизбежно. Если не к нам поплывут, то к кому-нибудь другому…

– Нет. Просто им надо помочь стать другими. Вот Ваня – тоже воин хоть куда. Но не лезет же ни к кому. Дел других хватает.

– А если злые колдуны все же лезут, куда не надо? – спросил Баюн.

– Хе-хе, – многозначительно ответил лесной колдун.

Летнее солнце клонилось к закату. Кот и старик молчали и думали о законах истории и о роли в ней богатырей, правителей, простых людей и колдунов.

* * *

Я откушу вам уши по самую попу!

ТГБ

* * *

В конце июля к князю Андрею прискакал гонец. Он привез письмо от князей Олега и Георгия, княживших на северо-западе Руси Великой. Князья сообщали о бесчинствах викингов, плавающих везде на своих кораблях и грабящих деревни и города по берегам Финского залива, Ладоги, других протекающих в тех краях крупных рек и связанных водным путем с морем озер. Викингов было много, воины они были очень умелые, предвидеть их появление в том или ином месте было чрезвычайно трудно. Олег и Георгий располагали изрядными силами, но дружины базировались в крупных городах и не могли поспеть везде сразу. К тому же, и сами эти города нуждались в защите на случай нападения викингов. Поэтому князья просили у Андрея помощи.

– Да мы съездим с Анютой, – сказал Иван, когда они в узком кругу сидели и обсуждали новости. – Хорошо бы еще ты нам хлопцев отрядил человек двадцать, скажем. А то самому кашу варить да посуду мыть… А зверей-птиц с собой не возьмем – опасно для них больно. Викинги эти – хмыри те еще, как я прочитал тут в книжках…

– Я бы тоже съездил, – молвил дядя Вася, поглаживая усы.

– Дело, – одобрил Ваня. – Командовал бы молодежью, а мы бы имели свободу действий.

– Только лучше человек сорок, – сказал воевода. – На случай реальных боевых действий. И самых ловких и сметливых.

– С Бабой Ягой бы посоветоваться, – задумчиво произнес русский богатырь.

– От нее письмо только что с вороной прилетело, – сообщила Света. Она достала бумагу и принялась читать вслух: – «Милые мои ребятки Светочка, Андрюшенька, Анечка и Ванечка! Викинги лезут на нашу Русь Великую со стороны своей. Они известные буяны и грубияны. Живут разбоем, мотаясь по морям, рекам и озерам. Могут и вглубь суши влезть далеко. Я вам советую не тянуть, а за август-сентябрь разобраться с ними радикально. Верю, что у вас получится. Езжайте туда и действуйте по обстановке. Лучше особо не убивайте, а больше пугайте. А может, что еще придумаете. Удачи. Баба Яга».

В дверь постучали. Вошел дружинник и сообщил, что в город прибыл некий рыцарь Ганс со спутницей, которую зовут Надежда, и что они ожидают у ворот княжеской крепости.

– Команда собирается! – радостно молвил Иван.

– Веди их сюда с почетом! – распорядился Андрей, и дружинник убежал исполнять приказание.

Скоро в комнату вошли Ганс и Надежда. Они были бодры и веселы. Костюм рыцаря не блистал изяществом, но глаза смотрели уверенно. Фея была по-прежнему безмятежна и спокойна. Все их с радостью приветствовали.

– Мы пришли по поводу викингов, – с ходу перешел к делу Ганс. – Надо что-то делать. На всем Северо-Западе льется русская кровь, горят деревни и даже города… Викинги обходятся почти без потерь, так как закованы в доспехи и очень хорошо обучены владению оружием. Они сильные и выносливые, смелые и свирепые. Все очень серьезно.

– Я даже по этому поводу решила временно оставить все дела в подземельях, – добавила Надежда. – Надо спешить. Если вы пойдете туда, то мы – с вами.

– А мы как раз и собираемся, – сказал Ваня.

Все сели за стол, разложили карты и принялись обсуждать план предстоящего похода.

* * *

Выехали не задерживаясь – прямо на следующий день.

Дядя Вася отобрал четыре десятка дружинников – не только выносливых, сильных и умелых в бою, но и умных, компанейских, миролюбивых. Всем им воевода объяснил трудности мероприятия и то, с какими серьезными противниками придется бороться. Ребята подобрались в основном молодые – лет по двадцать-тридцать. В поход они шли добровольно, никто их не принуждал. Но жалование князь им обещал немалое, а в случае успеха – и того больше.

Для скорости обустраивания лагеря взяли палатки из ткани. Провизии брали немного, рассчитывая покупать по дороге. А вот оружия прихватили изрядно.

Было решено иметь каждому по запасной лошади – чтобы увеличить темп движения и на случай других обстоятельств.

И вот, когда солнце перевалило за полдень, отряд выехал из городских ворот и помчался по дороге в направлении на северо-запад.

* * *

Десять дней скакали они, давая отдых лошадям лишь на самое жаркое время дня и на короткую летнюю ночь. А навстречу им бежала молва о викингах. И чем ближе к Балтийскому морю, тем слухи становились обширнее, а истории, рассказываемые людьми – страшнее и кровавее. Все говорили не только об умелости викингов в военном деле, но и об их жестокости, хитрости, неуловимости.

– Спокойно, мужики, – говорил Иван во время таких бесед местным жителям. – Мы постараемся что-нибудь сделать, чтобы безобразие прекратить. Князь Андрей нас для этого и послал.

Все качали головами, с сомнением глядя на небольшой отряд, и тяжело вздыхали.

В одной из деревень к дяде Васе подошел совсем молодой парень и попросил взять его в отряд, сказав, что хочет отомстить викингам за всю свою уничтоженную деревню, за всех погубленных родных и соседей. Он случайно остался жив, так как в день нападения ходил далеко в лес. Вернувшись вечером, он застал только обгорелые остатки изб да тела убитых. Парня звали Степа, а лет ему было семнадцать. Он сказал, что готов заниматься хозяйством, ухаживать за лошадьми, воевать, чистить оружие… – что угодно.

– Твои чувства понятны, – сказала стоявшая рядом с дядей Васей княжна. – Но от того, что мы убьем десять или пятьдесят, или сто викингов проблема не решится. Твоя жажда мести может ослепить тебя и сделать из нашего помощника тем, кто будет мешать.

– Да, парень, – согласился подошедший Иван. – Убитых уже не вернешь. А их боль не станет меньше из-за того, что ты убьешь их убийц. Я сражался во многих местах Земли с самыми разными и очень жестокими врагами, на совести которых было множество злодеяний, множество человеческих жизней. Но я всегда любил своих противников. А иначе не победил бы их, а сгинул бы безо всякого толку. Вот хоть печенеги. Слыхал, небось, что они теперь с нами торгуют, а не воюют? Да и много кто еще.

– Как я могу любить тех, кто убил мою мать, моих сестер, моего младшего брата, моего отца? Как я могу не ненавидеть убийц моего деда, ребят из соседних домов, малых детей, других добрых людей? Как не покарать тех, кто совершил столь тяжкие злодеяния?! – удивился Степа.

– Сложный это разговор, парень. А времени нету, – ответил Ваня. – Задача наша – не отомстить, а прекратить набеги викингов. В этом суть. Врубаешься?

– Плохо. Но я постараюсь.

– Возьмем его? – спросил воевода.

– Давай попробуем, – предложил богатырь.

– Ну, Степа, смотри! Дисциплина у нас железная. Воины все бывалые. Никакой самодеятельности! Слушаться меня и старших с полуслова! Понял? – строго сказал дядя Вася.

– Понял. Я дурить не буду, не беспокойтесь. Я ж не осел какой-нибудь. Я и мечом немного могу…

– Да куда тебе мечом против викингов! Будешь на подсобных работах. Без жратвы и с дырявыми штанами тоже воевать неудобно. И лошадей пасти будешь в очередь с другими, – определил воевода. И, повернувшись, ушел.

* * *

Добрались до берегов Финского залива.

Стоя у воды, Иван оглядывал пространство. «Где ж там викинги? Как их искать?» – думал богатырь, почесывая затылок. Рядом стояла Аня. Она не хотела мешать мужу размышлять и поэтому молчала. Чуть поодаль по берегу прогуливались несколько дружинников. Остальные находились в лагере метрах в трехстах от залива.

– Викинги!!! Я вижу их!!! – заорал Степа, который сидел на верхушке стоявшей неподалеку сосны и наблюдал за горизонтом.

– Не ори так – распугаешь их! – строго одернул его Иван. – Где они? Куда плывут? Сколько кораблей?

– Да плохо еще видать, – ответил Степа с дерева. – Но я чую сердцем: они, гады! Что-то шевелится на горизонте…

– Ты сиди и смотри. И говори, что увидишь, – приказал Ваня и окликнул воинов: – Хлопцы! Один – быстро к воеводе! Надо его предупредить, что, возможно, будет скоро драка. Пусть лагерь сворачивают и готовят лошадей – если что, мы вдоль берега поскачем.

– Они на восток плывут, – сообщил Степа минут через пять. – По-моему, три корабля. И приближаются к берегу. Но не сюда.

– Понятно, что не сюда, коли на восток, – проворчал богатырь.

– Может, в лес нам отойти, – предложила княжна. – А то они нас могут заметить…

– Да. Пошли, ребята, в лесок. А ты, Степа, погляди еще, – молвил Иван и послал еще одного воина рассказать дяде Васе о происходящем.

Минуты шли. Уже не очень знойное августовское солнце давно перевалило за полдень. Степан на дереве продолжал наблюдать, а Ваня, Аня и шестеро дружинников стояли в кустах. Теперь уже и они могли различить вдали три движущихся корабля.

– Это викинги! Я вижу их! То есть не вижу, а чую! – нервничал Степа. – Объявляйте тревогу!

– Тихо ты! – сердито оборвал его Ваня. – Не учи ученого! Твое дело – смотреть и рассказывать.

– Они ж уплывут! – не унимался Степан.

– От нас не уплывут. Здесь на восток по лесу хорошая дорога идет вдоль берега. Дядя Вася, небось, уже изготовился. Мы их встретим, коли они и впрямь к берегу направляются.

Прошло еще четверть часа.

«Двигайтесь! Это викинги! Больше не тяни!» – посоветовал Ивану внутренний голос.

– Ребята! Все живо в лагерь! Бегом! Степан, слезай! Шевелись! – скомандовал богатырь. И они побежали через лес к лагерю.

Воевода ждал их. Кони были готовы, все вещи – собраны.

– Это викинги! Мы скрытно пойдем вдоль берега и поглядим, куда они двигаются. На берег будем иногда выбираться и наблюдать за ними, – определил Ваня. – Ведите себя тихо.

Отряд поехал по лесу. Передвигаться было удобно, так как дорога тут шла широкая.

– Как действовать будем? – спросил ехавший рядом с Ваней воевода. – Засаду в лесу устроим? Или что иное?

– Они, наверное, хотят на деревню какую-нибудь напасть, – предположила Аня.

Вернулся дружинник, которого посылали на берег, и сообщил, что это, точно, викинги. Он хорошо разглядел корабли. По приблизительным оценкам, на трех лодьях могло вместиться до трех сотен воинов.

* * *

Скоро доехали до большой деревни – дворов пятьдесят. Здесь про приближающихся викингов еще не слыхали, так как с утра приехали купцы – все жители участвовали в бойкой торговле и слушали новости из далеких мест. До залива было всего метров двести, но его отделяла от деревни полоса густого леса.

– К вам гости заморские, идиоты! – рявкнул Иван, когда их отряд въехал на главную площадь поселка. – Про викингов слыхали?! Минут через десять-пятнадцать они будут здесь! Валите скорее в лес все! Бегом! Добро и скотину оставьте! Тут сейчас битва будет!

– А откуда они узнают, что в этом месте расположена деревня? – противным голосом спросил какой-то дядька, с подозрением глядя на прибывших. Похоже, он предполагал, что дружинники хотят поживиться всем, что есть в селении, пока хозяева будут бегать по лесу.

– Посмотри на дым из труб, оглобля! – рыкнул на него дядя Вася.

В этот момент вернулся паренек, который бегал к заливу, и заорал, вытаращив глаза:

– Викинги! На трех лодьях! Страшные! Уже подплывают!

Все жители помчались в лес, подхватив на руки стариков и детей. Купцы последовали за ними. Только десятка три дюжих мужиков и парней, вооружившись топорами и охотничьими рогатинами, остались – помочь оборонять свою деревню.

– Всё, блин! Начинаем! – заводясь, закричал Ваня. Он почуял в себе прилив земной силы и понял, что скоро викингам будет плохо. – Местные хлопцы, вы оставайтесь в поселке! На случай, ежели сюда кто влезет! Дядя Вася, ты ребят попридержи в лесу – у края. Луки изготовьте. Я буду их бить!

– Я с тобой, – молвил Ганс, вынимая меч.

– И я, – как и обычно, встряла Аня.

Доскакав до берега, слезли с коней. Иван, Аня и Ганс вышли на широкую песчаную полосу у воды. Остальные, невидимые с моря, ожидали в лесу.

А три черных корабля уже подошли совсем близко. Видно было, что воины на них готовы к высадке. Рогатые шлемы скрывали лица. Могучие фигуры викингов, облаченные в доспехи, впечатляли. Деревянные драконьи головы на носах лодий скалились в недобрых усмешках.

Иван крикнул:

– Чего приперлись?!

Ответом ему было молчание. Корабли продолжали двигаться к берегу. И вот уперлись в мелководье. Теперь до них было метров сто.

Прозвучала короткая команда, и викинги начали прыгать в воду. Тут им было по пояс. Они шустро двигались к берегу, обнажив мечи и держа наизготовку боевые топоры. И при этом молчали.

Очень быстро передние воины, прикрываясь щитами, готовые к любым неожиданностям, уже выходили из воды. За их спинами поспевали следующие. Не менее сотни закованных в доспехи викингов.

Иван, даже не доставший меча, который висел у него на поясе, сделал несколько шагов навстречу гостям. И спросил:

– Есть из вас кто здоровый? Со мной кто один на один хочет биться?

Один из викингов, не удосужив его ответом, коротко размахнулся и метнул здоровенный боевой топор в грудь русскому богатырю. Но Ваня, конечно, ловко словил оружие за рукоятку и повторил вопрос:

– Биться со мной кто хочет али как?

Тут викинги остановились, так как их вождь что-то прокричал. Вперед вышел огромный мужик с двуручным мечом, в черных доспехах с головы до ног. Он был по крайней мере на голову выше Ивана, а меч его был длиной метра полтора. Дядька грозно зарычал и надвинулся на русского богатыря.

– Козел! Со мной же сила земли нашей! – сказал ему Ваня. – Лучше сразу сдавайся.

Викинг молниеносно ударил мечом. Иван уклонился, подскочил к врагу и обухом топора двинул того по шлему. Вот и весь поединок. Дядька в черных доспехах увалился на песок.

– Ослы! Вы не воины, а стадо ослов! – грубо и громко молвил русский богатырь, подбирая меч своего противника.

С кораблей свистнули стрелы. Не менее полутора десятков сразу. Ваня, готовый к этому, мгновенно отскочил в сторону, отбив несколько из них мечом. И засмеялся:

– Куда вам! Безмозглые дурни! Вам только с необученными мальцами да с бабами воевать! Кто еще против меня выйдет?

Вышли сразу трое. Видно, решили не рисковать. «Крепкие ребята», – подумал Ваня с сожалением. Ему не было никакой охоты проливать кровь. Но что еще можно было тут сделать, он придумать не мог.

Викинги приблизились – на сей раз осторожно, внимательно наблюдая за каждым движением Ивана. Он ждал их, выставив вперед меч. Краем глаза парень заметил, что другие викинги потихоньку обходят его, стремясь взять в кольцо. Не менее сотни воинов уже стояли на берегу, ожидая команды, чтобы разделаться с непонятным русским мужиком, воинственной девицей с луком и каким-то обшарпанным рыцарем.

«Боже мой! Неужели их всех придется покрошить?!» – с тоской подумал богатырь, чувствуя, что через несколько мгновений враги перейдут к активным действиям.

«Не всех, – успокоил его внутренний голос. – Сигналь дяде Васе».

– Жопа!!! – заорал Иван условный сигнал. Дело было в том, что в спешке выбрали первое пришедшее на ум слово – думать было особо некогда. Это был знак воеводе переходить к атаке.

Четыре десятка стрел ударили с близкого расстояния. Несколько викингов упали. Остальные моментально прикрылись щитами и сгруппировались в две кучки – справа и слева от Ивана. Трое воинов, стоявших перед богатырем, бросились на него, орудуя мечами и изрыгая боевые проклятия. Ваня перерубил их всех одним ударом.

Из леса снова вылетела куча стрел. Не этот раз они не причинили вреда, а лишь звякали о щиты и о верхушки шлемов. С кораблей ответили. Ивану снова пришлось скакать и уворачиваться.

Викинги, пятясь, принялись отступать к своим лодьям.

– Прикройте меня! – крикнул Ваня друзьям. Размахивая мечом, он побежал в воду – к центральному кораблю. Ганс, Аня и человек десять выскочивших из леса дружинников поспешили за ним.

Викинги не сразу поняли замысел русского богатыря. Они спешно грузились на две другие лодьи – сохраняя порядок и спокойствие. А Иван, добравшись до цели, отбросил отнятый у викинга меч, ухватил корабль за киль и рванул вверх. Воины сверху попытались ему помешать, но дружинники и Аня почти в упор принялись стрелять из луков. Ганс, стоявший справа от Вани, мечом отгонял троих врагов, пытавшихся напасть на богатыря сбоку.

Иван напрягся и, крякнув, перевернул корабль набок.

Раздался треск дерева. Послышались стоны и ругань падавших викингов. Многие из них выпали в воду, другие повисли на бортах и на мачте лежавшей теперь на правом борту лодьи.

С обеих сторон посыпались стрелы. Дружинники щитами прикрыли от них себя, Ивана, Аню и Ганса.

– Назад в лес! – скомандовал богатырь. Они спешно отступили под градом стрел. Из лесу дружинники тоже стреляли.

Выбравшись на берег и укрывшись за деревьями, русские наблюдали, как викинги подбирают своих. Чтобы увеличить сумятицу, Ваня взял камень побольше, примерился и зашвырнул его в одну из лодий, пришибив двоих воинов. После того, как полетели другие камни, викинги отказались от предпринятых было попыток с помощью веревок перевернуть обратно заваленный набок корабль. Враги спешно развернулись и, молотя веслами по воде, понеслись в море.

По команде дяди Васи дружинники пошли собирать стрелы по берегу, в лесу и в воде на самом мелководье. Убитых викингов сложили в одном месте. Их оказалось девятнадцать человек.

Иван снова зашел в воду, взялся за корабль и одним махом поставил его прямо. Потом ухватился за толстый канат, обмотанный вокруг носа, и вытянул лодью на берег.

А после этого русский богатырь сел на песок и почувствовал, как уходит из него великая земная сила.

* * *

– Все молодцы! – похвалил Иван друзей, когда отряд собрался. – Действовали слаженно, умело и быстро. Потерь, слава Богу, нет. И раненых нет. Это хорошо. Но вот чего дальше делать? Викинги отсюда уплыли. Но мы же не можем быть везде, куда они сунутся! Да и эти теперь будут осторожнее. А их, небось, и на других кораблях полно плавает…

– А может, на этой ихней лодье вдогонку за ними поплыть? – предложил Степа.

– С конями?! Или часть отряда оставить тут лошадей и деревню сторожить?! Да и привыкли викинги на море сражаться, а мы – нет. Фигово получится, – возразил дядя Вася. Все согласно закивали.

Еще немного пообсуждали прошедшее сражение и общую ситуацию. Потом направились в деревню.

Исход битвы в поселке был уже известен, так как двое местных парней наблюдали за ходом боевых действий из леса и успели сообщить радостное известие односельчанам. Мужики с топорами и рогатинами кланялись дружине и благодарили.

Послали в лес за остальными жителями. Скоро все они вернулись. Посыпались предложения отпраздновать победу как следует. Но дядя Вася остудил народ:

– Какой, ё-моё, праздник?! Они отсюда смылись сегодня, а завтра в другом месте грабить будут! Зерна коням, ужин отряду, ночлег – и мы завтра снова в дорогу! А праздновать будем, когда викинги в этих краях вообще появляться перестанут.

Подошли купцы и предложили купить доспехи убитых врагов. Дядя Вася велел им обождать до завтра и пошел распоряжаться обустройством ночлега.

– Если я хоть что-то понимаю в викингах, то они вернутся, чтобы отбить корабль, – сказал Ганс Ивану.

– Я тоже так думаю. Для них корабль – огромная ценность, – подтвердила Надежда.

– Дядя Вася дозорных поставил на берегу. Но надо бы к ночи тогда получше подготовиться, – задумчиво произнес богатырь.

– Может, засаду им устроим? – предложила Аня.

– Надо с местными посоветоваться. И с дядей Васей, – сказал рыцарь.

– Да. Давайте после ужина поговорим, – согласился Ваня.

– А может, до ужина? – возразила фея.

– Эх… Ну давайте до ужина, – вздохнул богатырь и пошел искать местных лидеров.

* * *

Совещание открыл дядя Вася:

– Есть мнение, что викинги вернутся скоро, чтобы отбить свой кораблик. Может, и в деревню полезут. У них не наша логика, а своя. Возможно, все это произойдет ночью. А может, они и не вернутся. Что будем делать?

– Сжечь ихнюю лодью, – предложил один из старших дружинников, усатый Еремей. – И дело с концом.

– В кустах у берега засесть с луками и их всех поубивать, – подал голос деревенский мужик Фома Берендеевич. Он говорил густым басом и не спеша. Его черные глаза сверкали в свете костра, а борода с проседью топорщилась.

– Из луков да в темноте их особо не поубиваешь, – прокомментировал предложение воевода. – Засаду они будут ждать. А сжечь, конечно, корабль можно, но толку от этого не шибко много получится. Еще идеи есть?

– А в Финском заливе морские чудовища водятся? – вдруг спросила Надежда.

– Чего?! – удивился Фома Берендеевич.

– Не слыхали, – покачал головой другой деревенский лидер, пожилой мужик Фрол Карпович.

– Жалко, – сказала фея.

– Наоборот. Хорошо, – возразил Фома Берендеевич.

– Ближе к делу! – молвил воевода.

– Может, корабль поглубже на сушу затащить? – предложил другой старший дружинник Федя. Он был молод, но уже очень опытен и сметлив. Длинные светло-русые волосы и соломенного цвета усы обрамляли его почти юношеское лицо.

– И камнями большими его обложить, – добавил Еремей.

– Не успеем. Уже ночь скоро, – снова покачал головой Фрол Карпович.

– Жителей, наверное, лучше в лес увести снова, – сказала Аня.

– А может, они и не полезут? – предположил Андрей Медведь, еще один деревенский дядька. – Что ж, нам теперь жить в лесу?! А хозяйство?!

– Треп у нас какой-то все… – недовольно пробурчал Ваня. – Надо что-то реально оригинальное изобрести. Фишку какую-то.

– Чё? – не понял Фома Берендеевич.

– Гениальное что-то, – объяснил ему Андрей Медведь.

– Типа того, – согласился Ваня.

– А просто предложить им переговоры, – молвила вдруг Аня.

– Отлично! – сразу одобрил Ганс.

– А чтобы сговорчивее были, хворостом и бревнами корабль ихний завалить. Типа: если говорить не хотите, то мы его сожжем, – добавил Фрол Карпович. – И факелов заготовить со смолой.

– И дружину с луками в лесу разместить, – добавил дядя Вася.

– Народ все же лучше увести, – сказала Аня.

– Уведем, – успокоил Андрей Медведь. – Вернее, пошлем. А тут десятка три мужиков оставим. Как сегодня.

– Ну, за работу! Быстро и без шума! – поднялся дядя Вася.

* * *

За два часа все было готово: завалили корабль сухими елками, приготовили факелы, обустроили засаду в лесу. Дозорные из числа деревенских наблюдали за заливом.

В полночь примчался мальчишка и торопливо заговорил:

– Плывут! Вдоль берега. Тихо. Вон оттуда – с востока. Скоро здесь будут. А с ними – еще две лодьи. Всего четыре, значит.

– По местам! – скомандовал воевода дружине и деревенским. – И чтоб без команды никаких действий! Разве что случится что-то непредвиденное. Тогда уж кумекайте. Слухать меня, Ивана, Ганса, княжну и старших дружинников.

Иван, Анна, Ганс и Надежда встали за кораблем. Тела убитых викингов и их оружие лежали тут же. Стало совсем тихо. Только ласковый шелест волн о берег да негромкий шорох листвы деревьев.

Минут через пятнадцать послышался тихий плеск. Выглянув, Ваня увидел плывущие вдоль берега лодьи. Они шли только на веслах, осторожно пробираясь мимо торчащих кое-где из воды больших камней. Богатырь шепотом произнес:

– Я вот только не знаю, что говорить.

– Может, я? – предложила Аня.

– Давайте я, - вызвался Ганс. – Я чуток знаком с их психологией. Даже сражался против них лет десять назад в Европе. Тогда викингов было полсотни, а защитников поселка – полтысячи. Правда, это все были в основном крестьяне, рыбаки и прочий мирный люд. Викинги победили. Мне удалось увести оставшихся в живых в леса. Словом, я давно хочу поговорить с викингами.

– Хорошо. Но смотри, стрелять могут и во время разговора, – предупредила фея своего возлюбленного.

– Мы с Анютой рядом постоим, – сказал Иван, доставая меч.

Прошло минут пять. Лодьи приблизились. До них уже было метров сто. Ганс, Аня и Ваня вышли на открытое пространство и приветливо помахали викингам руками. Потом они встали, держа мечи наготове, и Иван крикнул:

– Мы вас ждем! В лесу – воины. Корабль ваш готов к сжиганию. Мы хотим говорить с вашими вождями. После разговора отдадим и корабль, и тела ваших убитых, и их оружие. Но чур не хамить! У нас всё без обмана. Пусть на берег сойдут не более десяти человек.

После короткой паузы с одного из кораблей раздался грубый голос с сильным иностранным акцентом:

– А с кем нам говорить? Вы князья?

– Я богатырь. Понятно? А зовут меня Иван. Со мной рыцарь Ганс и моя жена княжна Анна, сестра знаменитого на всю Русь, Европу и Азию героя князя Андрея. Он нас и послал сюда с вами пообщаться.

– О чем нам говорить? – спросил тот же голос.

– Есть о чем, – ответил русский богатырь.

Прошло минут десять. Викинги совещались, перекрикиваясь между собой с корабля на корабль. Потом одна лодья подошла поближе. С нее в воду попрыгали несколько воинов и направились к берегу. Скоро они уже стояли перед Иваном, Гансом и Анной, держа наготове мечи и боевые топоры и прикрываясь от леса большими щитами. Шлемов они не снимали. Один сделал шаг вперед. Остальные пятеро остались стоять на месте.

– Давайте говорить. Я великий вождь Аулф Вьёндир, – произнес вышедший вперед иноземец.

– Говорить буду сначала я. Я рыцарь родом из Германии. Но сейчас живу на Руси. Я сражался раньше с викингами в Европе и знаю, какие вы великие воины. Но на Руси тоже есть великие воины и богатыри. И они не дадут в обиду свой народ.

– Чего вы хотите? – спросил Аулф.

– Чтобы викинги прекратили нападать на русские земли, – ответил Ганс.

– Может, нам еще пятки вам лизать?! – с издевкой произнес вождь. – Мы воюем там, где хотим. И сейчас можем уничтожить ваш малый отряд. Но мы хотим получить назад наш корабль. Только поэтому я и говорю с вами. Что еще ты хочешь сказать?

– Нехорошо вы себя ведете, – молвил рыцарь.

– Еще что? – нетерпеливо спросил Аулф.

– Есть ли такие условия, чтобы ваш народ навсегда отказался от войн с Русью? – поинтересовался Ганс.

– Я не люблю долго разговаривать, – раздраженно бросил Аулф. – Я воин, а не женщина.

– Ты дурак! – вступил в разговор Ваня. – Я лично завалил двух драконов. И для меня не проблема нарубить на мелкие кусочки сотню-другую викингов. Мне вАс жалко!

– От двух сотен стрел ты не спасешься, прыгая, как заяц. Мы тоже подготовились к битве с тобой. Хоть ты и хороший воин, но нас тебе победить не под силу. А твоих соратников мы уничтожим еще проще, – нагло заявил вождь.

«Ж-ж-ж…» – послышалось в воздухе.

«Что это может быть? – подумал Ваня недоуменно. – Похоже на пчел. Но они ведь ночью спят. И что пчелы на берегу забыли?»

– Короче, так, – молвил русский богатырь. – Советую вам прекратить лезть в наши деревни и города. Иначе вам всем будет плохо. Мы вас всех замочим. Убьем то есть. Говорю это из самых добрых побуждений. А теперь можете забирать свой корабль, своих убитых и проваливать. Полезете в драку – тут все и останетесь.

– Мы заберем наш корабль и тела наших воинов и уйдем. Но мы с тобой еще встретимся, – ответствовал Аулф. Потом он и сопровождавшие его воины вернулись на корабль.

Иван, Ганс, Аня и фея тем временем отошли в лес.

Жужжание в воздухе не ослабевало. В темноте было не понять, кто это жужжит.

Посоветовавшись с дядей Васей, решили деревенских ребят оставить тут сторожить и после того, как враги уплывут. Никто не сомневался, что викинги все же полезут в драку. На четырех лодьях их могло быть человек пятьсот или даже больше.

– Поглядим, – коротко высказался воевода, сжимая меч.

Викинги высадили на берег десятка четыре воинов. Те быстро разбросали сухие елки, привязали к лежавшей на берегу лодье толстые канаты и подложили бревна – так, чтобы катить ее к воде. Затем они взяли тела убитых и оружие и вернулись на корабли, которые уже развернулись носами в сторону залива.

Ударили весла – все дружно, разом. Канаты натянулись. Лодья на берегу дернулась и медленно поехала по бревнам к воде.

Через несколько минут викинги вытянули свой корабль на глубокую воду. Они торжественно заорали, подтянули его к другим кораблям и принялись пересаживать туда воинов.

– Ты, Иван, сам дурак! – донеслось с залива. Видно, Аулф решил, что уже можно и хамить.

– Козлы, – усмехнулся богатырь. – Счас полезут, небось.

– Думают, что нас перехитрили, – сказал Фрол Карпович. – А мы их просто пожалели.

– А чего – с пользой поговорили? – спросил дядя Вася.

– Фиг их знает. Попробовали. Посмотрим, – ответил Ваня.

Лодьи викингов удалялись от берега. Скоро их уже было невозможно различить в ночной темноте, хотя Луна и светила немного. Оставив на берегу дозорных, русские воины и мужики пошли ближе к деревне, размышляя о ситуации.

* * *

– Спать пойдем али как? – спросил дядя Вася у Ивана.

«Скоро будет битва, – предупредил парня внутренний голос. – Викинги высаживаются на берег на западе отсюда».

– Мне интуиция подсказывает, что они слева по берегу попрут. Надо быстро решать, что делать. Можно в лес отвалить. Но тогда они деревню разорят. А можно биться. Но нас мало. И они могут обойти нас со всех сторон. А это будет хреново, – ответил богатырь.

– Тут мужик какой-то Ивана Даниловича спрашивает срочно. Не из местных, – крикнул из темноты кто-то из русских воинов.

– Давай сюда! – скомандовал воевода.

В сопровождении двоих дружинников подошел молодой парень. Он улыбнулся Ивану и Ане и спросил:

– Не узнаёте?

– Меерхон! – воскликнул Ваня.

– Да. Это я. А со мной – пчелы. Слышите, как гудят?

– Ты ими командуешь, что ли? – сразу врубилась Аня.

– Да. Они боевые. Издалека слетелись. Тысяч сто…

– Неплохо, – одобрил дядя Вася.

– А еще кто с тобой? – спросил Ваня.

– Я здесь пока один. Но наши скоро соберутся.

– А старик-лесовик? – поинтересовалась княжна.

– Он руководит нами и уже многому научил.

– Так пчел вышлем викингов кусать? – воодушевился воевода. – А то они скоро прибудут…

– Можно. Только лучше в лесу. И чтобы другого никого из людей не было рядом. Пчелам же не объяснишь…

– Давай. Командуй. А мы здесь подождем, – молвил Иван.

Меерхон ушел. Остальные перегруппировались, чтобы подготовиться к неожиданностям со стороны запада. И стали ждать и слушать.

* * *

Ждать пришлось недолго. Очень скоро стали слышны крики. Судя по всему, это были ругательства и проклятия. Сто тысяч пчел привели войско викингов в небоеспособное состояние.

Минут через десять крики стихли в отдалении.

– Расслабьтесь, хлопцы, – сказал дядя Вася дружине.

Все расселись по корягам и пенькам и принялись отдыхать. Настроение было хорошее.

Меерхон вернулся лишь утром. Он сообщил, что покусанные викинги уплыли подальше в море. Пчел он отпустил по домам.

– Ставь дозорных – и спать пойдем, – сказал Иван дяде Васе.

Деревенские мужики отправились в лес за односельчанами. Дружина быстро обустроилась на отдых. Ганс, фея, Ваня и Аня сидели с Меерхоном около небольшого костерка на опушке и тихо беседовали.

– Я вот научился с пчелами дружить, – говорил бывший дух из Салад-Гамбура. Теперь он выглядел очень мирным и скромным деревенским парнем в простой одежде и в лаптях.

– Так ты в лесу живешь? – спросила княжна.

– Конечно. Мне и огня не надо. Пью из родников. Ем мед, ягоды и корни съедобные. И не мерзну… Старик-лесовик хорошо учит.

– Так он тоже сюда собирается? – поинтересовалась фея.

– Да. А я в этих краях уже месяц живу. Мне птицы про викингов и про вас рассказали. Вот я пчел и собрал.

– Молодец! – похвалил его Ганс.

– А теперь ты куда? – спросила Аня.

– Снова в лес. Сейчас и уйду. У меня такая жизнь… А что касается старика-лесовика и остальных наших, то вы их, думаю, встретите тут…

– Спасибо тебе, – сказал Ваня.

– И вам с Аней спасибо, – улыбнулся Меерхон. – Человеком-то кайфово быть! А какие здесь леса!

Попрощались. Меерхон ушел. А друзья еще посидели часок, вспоминая события последних суток и размышляя. А уж потом улеглись спать.

* * *

– Интересно, – рассуждал Ваня, сидя у костра на следующий день вечером, – куда викингов пчелы кусали? Они же все почти целиком в доспехах… В морды, что ли? Так ведь отмахнуться можно…

– Наверное, сквозь прорези для глаз и для дыхания пролезали, – предположил Ганс, жуя только что зажаренные на палочках кусочки мяса. – А главное – психологический эффект. Ты представь, Ваня: ночь, лес, пчелы кусают – тучей слетевшиеся и почти невидимые в темноте… Одно это уже на нервы как подействовало!

– А помнишь, как ты печенегов пугал? – спросила мужа Аня.

– Было дело… – протянул богатырь задумчиво.

– Вот бы их напугать до смерти! – с энтузиазмом молвила Надежда.

– Экая ты у меня, Наденька, кровожадная, – улыбнулся Ганс.

– Да я не в том смысле, – отмахнулась фея. – Я имею в виду…

– Жопа!!! – раздался над деревней громогласный вопль дяди Васи.

В ту же секунду Аня, Ваня и Ганс уже стояли на ногах, выхватив мечи. Большинство дружинников почти не отстали от них. А еще через несколько секунд из леса полетели стрелы – со всех сторон, тучей, метко.

Отряд молниеносно изготовился к обороне. Кто мог, схоронился за деревенскими постройками. Остальные вертелись, отбивая стрелы мечами и прикрываясь щитами. Все же трое дружинников упали.

Деревенские жители, быстро оценив обстановку, попрятались кто куда. Так как викинги стремились в первую очередь уничтожить воинов, местные мужики успели остаться живыми.

Иван почувствовал, что время потекло медленно-медленно. Он увидел плавно плывущие по воздуху стрелы – не менее сотни летело прямо в него и в непосредственно окружающее его пространство. Парень глянул в сторону и увидал стрелы, движущиеся к Ане, Гансу и Надежде. И тут же прилив земной силы наполнил его.

Богатырь сорвался с места и завертел мечом, стремясь не пропустить ни одной стрелы, летевшей в его друзей и в него самого. Это ему успешно удалось. Но проблема состояла в том, что викинги продолжали стрелять. Тогда Иван, продолжая правой рукой размахивать мечом, левой обхватил жену, рыцаря и фею и поволок их за стоявший шагах в пятнадцати сарай.

И вот они в укрытии. И время снова потекло для Вани обычным образом. Он выругался. Вокруг роем носились стрелы. Место, где стояли ребята, было закрыто от леса со всех сторон, но викинги метали стрелы и навесом, так что приходилось держать ухо востро.

«Напугай их, Ваня», – посоветовал богатырю внутренний голос.

Иван секунду подумал, затем набрал в грудь побольше воздуха, отбежал чуть в сторону и заревел, как дракон. Вся мощь, которую дала ему Земля, обратилась в этот громоподобный рык. Деревья закачались, а более мелкие – согнулись. Несколько сараев развалилось. Люди попадали – кто оглушенный, кто от страха. Стрелы в воздухе разлетелись в щепки.

Богатырь замолчал, снова набрал в грудь воздуха и случайно глянул вверх. И очень удивился. В вечернем темно-синем небе над деревней висел гигантский серо-сизый дракон. Ящер распластал крылья и парил на высоте метров двадцать. Длиннющий хвост извивался. Страшная пасть сверкала метровыми клыками. Глаза горели.

«Не обращай внимания, – услышал Ваня у себя в голове внутренний голос. – Это глюк. Подарок от друзей».

«Ну и хорошо, что подарок», – подумал богатырь и снова заревел.

На этот раз его рев был еще оглушительнее. Еще несколько сараев и все заборы в деревне полетели, словно сметаемые ужасающей силы ураганом. Многие деревья повыдергивало с корнем или обломило. Из людей на ногах остались стоять единицы. И те при этом качались и явно ощущали себя не в своей тарелке.

Когда Ваня снова остановился передохнуть, он увидел выходящего из леса старика-лесовика. Тот крикнул:

– Эй, Ванька! Вяжите викингов, пока те без сознания!

– Отряд!!! Встать!!! – заорал богатырь. – Веревки! Вперед!

– Вяжем викингов, хлопцы! – послышался бас дяди Васи, который услышал Ваню и осознал ситуацию.

Дружинники повскакивали и, хватая веревки и ремни, какие оказались рядом, устремились в лес. Деревенские мужики и парни, тоже смекнув, в чем дело, принялись выскакивать из окон, из дверей, из канав и тому подобных укрытий и помчались за воинами. Все четко понимали, что дело решают секунды. На висящего над деревней и медленно таявшего в воздухе кошмарного дракона никто не обращал никакого внимания.

– Не убивать гадов! – громко командовал воевода, взобравшийся на крышу одного из домов. – Кто убьет викинга, тому оторву голову! Быстро!!! Шустрее, хлопцы! Вы не на параде!

Иван постоял, прислушался и почувствовал, что надо немедленно бежать на другой конец деревни. Что он и сделал. Аня и Ганс поспешили за ним. И не зря.

Часть викингов очухались раньше других. То ли это были более крепкие ребята, то ли сюда драконий рев Ивана доносился послабее. Десятка четыре заморских воинов уже вовсю махали мечами и боевыми топорами, отбросив луки с порванными тетивами и не подпуская к себе нескольких дружинников и полтора десятка деревенских мужиков. Викинги легко могли бы перебить их всех, но еще не успели окончательно придти в себя и еще не решили, кто будет командовать.

Богатырь схватил валявшееся на земле бревно, поднял его над головой и закричал:

– Брось оружие! Лечь всем лицом вниз! Убью!!!

Викинги ошарашено уставились на него. Они стояли среди невысоких – метр-полтора – елочек. Большие деревья были чуть в стороне. Так что летящее бревно могло бы их здорово помять. И к тому же они уже четко поняли: с этим парнем им не справиться. Поэтому кто-то из них взял командование на себя и отдал приказ сдаваться. Иноземцы побросали оружие. Потом стали выходить из елочек и ложиться лицом вниз. Видимо, их начальник понимал по-русски.

* * *

Триста восемьдесят четыре иностранных мужика со связанными за спиной руками плотной кучей стояли на большой поляне с краю деревни. Вокруг расположились дружинники с обнаженными мечами и деревенские ребята с топорами и рогатинами. Ваня, Аня, Ганс и дядя Вася стояли перед толпой. Шлемы с викингов поскидывали, но доспехи на них остались.

– Воевода, скажи речь, – попросил Ваня.

– Козлы иноземные! – обратился дядя Вася к викингам громким голосом. – Кто ж вас сюда звал?!

– А где старик-лесовик? – тихо спросила Аня мужа.

– Свалил, – ответил Иван так же тихо.

– Олухи! Агрессоры куриномозгие! Вы, что, не знаете, как называется наша страна?! Русь Великая! – продолжал воевода, подождав, пока понимавший по-русски викинг перевел его предыдущие слова.

– А что с ними делать будем? – снова спросила Аня у мужа тихо.

– Вот я и думаю, – отвечал богатырь. – Поэтому и попросил дядю Васю речь произнести – чтоб время было подумать…

– Скоро стемнеет совсем, – негромко сказал Ганс. – На ночь их опасно оставлять так. Могут освободиться и все такое…

– Мы люди мирные! Но и по балде дать можем так, что мало не покажется! У нас не только ратная сила, но и вся природа земли нашей за нас, и силы всякие колдовские! Мы великий народ, а вы идиоты! – продолжал дядя Вася свою речь.

– Что-то он, по-моему, зашкаливает слегка, – тихонько проговорила Аня. – Обидятся…

– Идея! – шепотом сказал Ваня.

– Ну? – в один голос спросили Аня и Ганс тоже шепотом.

– Отпустить их на фиг. Великодушно. Идите, мол, в… ну… понятно в общем… – объяснил Иван свою мысль, вовремя вспомнив, что его жена не любит грубых выражений.

– Вернутся, – покачал головой Ганс. – Это у них типа реванш взять. Оружие не вернем – оскорбление, месть. А если вернем, то вообще проблем не оберешься. Они очень шустрые и со своими собственными представлениями о чести и о человечности…

– Дерьмовая идея! – хихикнула княжна. – Лучше пошевели мозгами.

– Да ну тебя! – уже громче произнес богатырь.

– Хреново вам теперь будет! – гремел голос дяди Васи. – В нашей власти вас всех мучительно умертвить! Голой задницей усаживать на муравейник и привязывать так! А?! Или медленно-медленно перепиливать пилой – по кусочку, по кусочку…

– Что-то он совсем в раж вошел, – обеспокоенно сказал рыцарь.

– Ничего. Пусть, – отмахнулся Иван. – Давайте лучше думать…

– Я не могу думать. Я беременна, – молвила Аня.

– Нифига себе! – поразился Ваня. – А почему думать не можешь?

– Ну… Не до того, – объяснила княжна. – Думай ты.

– О чем? – немного обалдевшим тоном спросил славный русский богатырь.

– В дерьме коровьем вас вываляем! Мордами в отхожие ямы кунать будем! Вы ж сволочи! Вы душегубы и убийцы! – вел речь воевода, все больше распаляясь.

– А скоро рожать тебе? – поинтересовался Ваня.

– Не скоро еще. Весной.

– Понятно… – задумчиво протянул парень. И тут мысли его вернулись к стоявшим перед ним викингам. Богатырь вдруг почувствовал, что может говорить убедительно и доходчиво. Он шепнул дяде Васе: – Закругляй потихоньку. Теперь я скажу.

– Кто с нами будет воевать, тому могилы не миновать! Запомните, сосунки, сопляки, матерь вашу… э… Ну в общем все! – завершил ораторствовать воевода.

– А теперь скажу я, – возвысил голос богатырь. – Ничего из того, что вы сделали бы с нашими воинами, если бы мы вот так к вам заявились, а вы бы нас поймали, мы делать не будем. Воевода погрозился – он мужик суровый. Вы должны понимать, что мы все здесь люди серьезные и суровые.

Парень замолчал и сделал знак переводившему викингу. Тот заговорил по-своему.

– Нам не нужны ваши жизни, а тем более ваши мучения. У нас есть сила духа, – продолжал Ваня, подождав, пока переводчик закончит переводить. – Нам нужно, чтобы ваши военные набеги на русские земли прекратились. Раз и навсегда! Хотите торговать – дело другое. Но что сейчас с вами делать?

Иван помолчал. Потом продолжил, делая паузы для перевода:

– Отпустить вас – снова полезете. Это мы уже проходили. Я вас один раз пожалел, хотя мог порубить уже тогда… Поубивать вас – смысла нет. Другие приплывут. И детишек и баб ваших жалко… Да и вас тоже… В цепи заковать и в рабство взять – дело это недоброе. Кто ж хочет рабом быть? Мне вот самому довелось у печенегов в юности в рабстве побывать. Я знаю, каково это… Клятву с вас взять, что не вернетесь сюда с мечом – обманете… Ну вот я и решил. Сделаем просто. Заколдуем вас всех наглухо. У нас есть колдун. Вы будете по очереди подходить к нему. Его сила такая мощная, что никто вас не расколдует потом. Он, можно сказать, один из самых крутых колдунов на Руси Великой. Хотя и выглядит дураком. Но это у нас, у русских, часто бывает. Такой национальный прикол. Словом, он вас будет заколдовывать так, чтобы вы не могли больше уже воевать здесь, на нашей земле, чтобы вы не могли больше убивать и грабить людей русских, да и вообще безоружных, старых, малых, баб… Это колдовство ужасно древнее и вам пойдет на пользу. Называется оно «милосердие». Это слово, думаю, в вашем языке отсутствует, так что выучите его по-русски. Всё. Кто будет сопротивляться, или же если вздумаете всей толпой буянить, то я буду убивать уже безо всякой жалости. Степан!

Подошел Степа. Он был бледен. Глаза его горели. Он врубился.

– Начинаем! – скомандовал Ваня.

Запылали костры – деревенские бабы и ребятишки натаскали хворосту и дров. Огненные языки заплясали вокруг собравшихся, освещая летнюю ночь.

Викинги вполголоса переговаривались. Похоже, их не привлекала перспектива стать милосердными.

Дядя Вася с тревогой поглядывал то на иноземцев, то на своих дружинников, то на Ивана. Он понимал, что существенная часть пленных уже или перетерли, или развязали веревки. А три десятка дружинников плюс необученные деревенские мужики – это было слишком мало против почти четырех сотен могучих воинов, тем более еще и в доспехах. Конечно, Иван был крепкой опорой. Но рядом лес, вокруг темно…

– Ты хорошо придумал, Ваня. Но не очень. Милосердие – это то, что человек может выбрать только сам. И никак иначе, – услышал богатырь голос старика-лесовика.

– А чё делать? Они счас рванут, – сказал ему парень.

– Они сейчас уснут, – возразил старик-лесовик и улыбнулся. Он махнул рукой в сторону толпы пленных. И тут же они, зевая и закрывая глаза, принялись укладываться прямо там, где стояли – на землю и друг на друга. Дружинники и местные с изумлением таращились на это. А старик-лесовик подмигнул Ване и растаял в воздухе.

* * *

Всю короткую летнюю ночь кипела работа. Спящих викингов вытряхивали из доспехов и обуви и увязывал как следует: руки к положенной поперек плеч жердине, ноги – между собой. Всех пленных уложили лицами кверху на некотором расстоянии друг от друга – чтобы иметь возможность их всех видеть и контролировать.

Когда увязывание викингов было окончено, дядя Вася дал команду отдыхать. Дружинники улеглись прямо здесь же – чуть в стороне от крепко спящих врагов. Местные разошлись по домам. Фея, Ганс, Ваня и Аня остались караулить. Они прогуливались между рядами лежащих на земле иноземцев и переговаривались.

– Интересно, почему на русских мое рычание меньше подействовало? Викинги почти все вырубились, а наши, чуть я смолк, уже все на ноги повскакивали… – размышлял вслух Ваня.

– Ну, ты же и хотел только викингов напугать, – сказала фея. – Значит, как-то рычание больше этому соответствовало…

– А я так совсем не испугалась, – заявила Аня. – А на землю легла, чтобы не торчать на виду.

– Так мы ведь Ивана видели, – сказал Ганс. – Мы ж видели, что это он ревет. А дракона сверху я даже не заметил.

– Нда…Не вышло с милосердием… – вздохнул богатырь.

– И не выйдет, – высказал свое мнение рыцарь. – Надо что-то другое изобрести. Какую-то фишку, как вы, русские, говорите.

– Я могу сделать так, что всем викингам, которые тут спят, приснится один и тот же сон, – предложила фея.

– Во! Отлично! – обрадовался Иван. – Пусть им приснится, что они – маленькие дети в поселке, на который напали викинги. Пусть они ощутят это, проживут, выстрадают… Пусть на их глазах убивают и мучают их матерей, отцов, братьев, сестер, соседей… И пусть нападающие будут иметь облик их самих – тех, кто лежит здесь.

– Ого! – одобрил рыцарь.

– Классная идея, милый! Наконец-то ты зашевелил мозгами, – похвалила мужа княжна.

– Так решено? – спросила Надежда.

– Давай, – ответил Ваня.

Фея отошла от них чуть в сторону, подняла руки и запела что-то непонятное. Пела она мелодично, легко, с мягкими переливами… Надежда слегка взмахивала руками в такт пению, как бы посылая спящим что-то, как бы обволакивая их волшебной тканью сна…

Аня, Ваня и Ганс сели у костра, а потом, чувствуя, что можно расслабиться, крепко уснули.

* * *

Когда солнце поднялось уже высоко, все начали просыпаться – и дружинники, и викинги. Фея давно закончила свое волшебство и тихо сидела, глядя в густую зелень стоящих рядом деревьев. Иван проснулся и спросил ее:

– Ну как? Получилось?

– Думаю, да.

– Отлично. А Ганс и Анюта еще дрыхнут.

– Пусть поспят. А ты Аню побереги теперь. Как-никак… – сказала Надежда.

– Понимаю… Да она ж везде лезет!

– Ну все таки…

– Постараюсь. А ты почувствовала, как викинги во сне восприняли то, что ты им навеяла?

– Проснутся – увидим, – вздохнула фея.

Раздались шум и хохот, какие-то возгласы. Скоро подошла группа местных парней, а с ними четверо дружинников – те, кого дядя Вася накануне днем выставлял в дозоры и кого уже считали погибшими. Оказалось, что они уснули все разом и ничего вообще не слыхали. Местные пошли разыскивать их тела и нашли крепко спящими. Дружинников разбудили и привели в деревню, изголяясь и потешаясь над ними, как только могли.

Дядя Вася поглядел на них, подумал и молвил:

– Это, видно, было колдовство. Викинги, паскуды, напустили, наверное… Так что я вас не виню.

– Конечно, колдовство, – подтвердил один из проспавших дружинников.

– А где их корабли, интересно? – спросил подошедший Фрол Карпович. – А то ведь и подмогу могут прислать…

– Погодь. И не дрейфь, – успокоил его воевода. – Я новые дозоры давно уже выставил. Всему свое время.

– А ну как снова заснут? – продолжал настаивать Фрол Карпович.

– У нас все идет по плану. Даже если и заснут, то это будет на общую пользу. Это наш русский стиль ведения боевых действий. И вообще не мешай, – ответил дядя Вася.

Прошло около часа. Все окончательно проснулись.

Прибежал местный парень и сообщил, что недалеко от берега плывут пять кораблей. Ваня облачился в доспехи одного из викингов и пошел к заливу. За ним двое дружинников повели Аулфа, которому развязали ноги. Дядя Вася с десятком воинов схоронились в лесу около берега, наблюдая за происходящим.

– Ты, Аулф, можешь смотаться к своим и все им рассказать. А потом мы тебя тут ждем для переговоров, – сказал Иван. – Только без фокусов. Если уплывете, то пленных мы уведем или заколдуем на хрен. Так заколдуем, что никто не расколдует. В лягушек, например…

– Я обещаю вернуться через час или раньше, – ответил Аулф, потирая руки, которые ему отвязали от жердины. Затем он пошел по воде к одной из лодий, размахивая руками и что-то крича. Зайдя поглубже, он поплыл. И скоро вождь викингов уже поднимался по веревке на борт корабля.

* * *

– Понимаешь, Степа, викинги – тоже люди, – говорил Ваня, сидя у ствола сосны, внимательно слушавшему его пареньку. Они расположились в лесу недалеко от берега и ждали возвращения Аулфа. Рядом наблюдали за кораблями двое дружинников. Чуть в стороне слышался бас воеводы, поучавшего своих воинов.

– А чего ж они ведут себя, как звери? – спросил Степа.

– Так часто бывает, – вздохнул Иван. – Иной раз и хуже зверей люди ведут себя. Это и викинги бывают, и печенеги, и наши русские…

– Я смог их простить, – глухо проговорил паренек. – Но я не хочу их видеть. Меня тошнит. Я более не хочу им мстить, но и относиться как к людям не могу.

– А надо, Степа, – мудро заметил богатырь, наблюдая за ползущими в траве муравьями.

– Тебе легко говорить…

– Мы когда в Гоби ходили дракона тамошнего бить с Анютой и с Андрюхой, братом жены моей, то по дороге к шайтану Али в гости заходили, а потом – к его тетке шайтанше Зульфие. У этой Зульфии тот дракон троих сыновей убил. И она горела жаждой мщения. А потом мы дракона обломали и почти прикончили. Но под конец мы его пожалели. А потом он нам помог. Здорово помог. Мы кучу людей освободили. А без его помощи могли бы и не справиться. Там дело заколдованное было… А шайтанша дракона тогда простила.

– Ну и что?! Я ведь не шайтан. А кто это такие, кстати?

– Здоровые такие колдовские… э… существа. Типа людей, но обычно гораздо крупнее. Например, дядя Али – метров шесть.

– А как вы дракона победили?

– Долго рассказывать. Сейчас не время. А если вкратце, то дело было так. Йог к нам один присоединился. Он дракона расколдовал и огонь евоный потушил наглухо. Йоги – это в Тибете и в Индии люди такие… очень… э… сосредоточенные… э… долго тренировавшиеся… Ну вот. Потушил он огонь дракону. А дракон в это время как раз к нам спустился – летучий он был. Ну, я его и попридержал малость, а Андрюха ему мечом крыло и оттяпал. Меч у него тогда был волшебный. Ну, туда, сюда… Я Андрея на спину к дракону забрасывал дважды, а он там мечом орудовал – шеи рубил ему с головами на концах. Две отрубил, а третью оставил. А Аня там тоже бегала и помогала. Вот так и победили дракона… Страшное дело было…

– Круто! – восхитился Степа.

– Конечно, круто, – согласился Ваня. – Но суть в том, что мы на него зла не имели. Это еще старик из пещер, отец Федор, нам посоветовал. А ежели бы не так, то сожрал бы нас он. Дракон то есть, а не отец Федор. Огроменный был. Сто метров в длину!

– Ух ты!

– А ты что думал?! Трудно было, конечно…

– Аулф возвращается! – крикнул один из дружинников.

Иван вышел из леса и остановился у воды. Вождь викингов скоро подплыл к мелководью и, встав ногами на дно, дошел до берега. Он приблизился к русскому богатырю, встал перед ним и сказал:

– Если вы отпустите наших воинов, мы готовы дать священную клятву пять лет не приплывать с войной в русские земли.

– Уже кое-что, – одобрил Ваня. – А потом?

– Мы не планируем так далеко.

– Хреново, что не планируете.

– Большего мы пообещать не можем. Мы народ воинов, и война – наш образ жизни, – гордо произнес викинг.

– Хреново, – повторил Ваня.

– А доспехи и оружие отдадите? – спросил Аулф.

– Еще чего!

– Тогда будем мстить, – честно предупредил вождь.

– Слушай! Ты мне лапшу на уши не вешай! Я еще не решил, отпускать ли ваших.

– Отпустишь. Ты же милосердный, – ухмыльнулся викинг.

«Вот сука!» – подумал Ваня с досадой. Он погрузился в размышления. Было совершенно непонятно, что делать. Аулф молча стоял перед ним со спокойным и уверенным видом. Русскому богатырю сделалось обидно. И от этого он как-то отвлекся, посмотрел в сторону и упустил из виду находившегося в двух шагах врага.

Аулф, дожидавшийся такого момента, молниеносным движением выхватил из-за пазухи кинжал и ударил Ивана, норовя попасть в горло.

«Чуть было не прозевал!» – с досадой подумал Ваня, перехватывая руку викинга и ударяя его ногой в живот. Аулф упал и остался лежать неподвижно. Богатырь присмотрелся и понял, что тот мертв. Парень огорченно вздохнул.

В этот момент со всех пяти кораблей полетели стрелы. Не менее сотни и все в него. Расстояние было приличное, но стрелы летели кучно и точно.

Внезапно налетевший сбоку вихрь сдул их в сторону. Стрелы попадали в воду. Иван даже не успел отреагировать.

Викинги еще раз дружно выстрелили. Теперь уж русский богатырь не зевал. Он зигзагами помчался к ближайшему дереву, до которого было метров пятнадцать. Но стрелы точно так же сдуло ветром.

– Лопух ты, Ваня, – молвил старик-лесовик, когда парень, спрятавшись за толстой сосной, остановился и задумался.

– Да что с ними сделаешь?! – с досадой ответил Иван.

– Только пугать, милый. До ужаса. Остальное – чушь.

– А милосердие? А любовь? А человеческое в них пробудить?

– СлабО.

– А вот и не слабО!

– Ну попробуй, коли так. Но пугать все же советую. И не только словами. Форм много придумать можно…

– Э-э-э…

– Ну, прощай. Я отсюда отчаливаю. Дел и в других местах Руси полно. Пожары лесные. Монстры подземные. Контроль за охотой и рубкой леса. Печенеги. Разбойники. Князья да бояре. Нечистая сила… – перечислял старик-лесовик.

– А ребята из Салад-Гамбура?

– Забудь про них. Им другое поручено. Тут в лесах порядок будут поддерживать: за зверями, птицами и деревьями следить. Они отвоевали свое. Не втягивай их.

– Спасибо тебе, – поблагодарил Ваня.

– На здоровье. Будь осторожнее. Не верь викингам.

– Понял. Прощай.

Старик-лесовик кивнул и ушел в лес.

* * *

Корабли викингов уплыли далеко в море. Дядя Вася выставил везде дозоры, так как мало кто сомневался, что враги вернутся – рано или поздно. Русские воины весьма устали. Пятеро раненых стрелами поправлялись, но все были небоеспособны. Местные тоже стояли в дозоре. Но лес был велик, деревня занимала обширное пространство, и поэтому полностью контролировать все возможные подходы столь малыми силами представлялось нереальным. Все же старались.

Пленных держали в том же положении. Их поили водой, но не кормили. Несколько дружинников постоянно наблюдали за ними и периодически проверяли надежность веревок и узлов.

На ночь русские воины расположились кучно, положив щиты и оружие рядом. Но все понимали, что в случае нападения обороняться будет очень сложно. Надеялись на Ивана.

Степан стоял в дозоре близ неширокой лесной дорожки. Вернее, он сидел на толстой ветке метрах в трех над землей, прислушиваясь к шорохам ночного леса и вглядываясь в слегка колышущиеся тени, в темноту между деревьями, в неясные проблески меж ветвей. Луна то светила ярко, то пряталась за тучи. Легкий ветерок шевелил верхушки сосен, елей и берез. Летали ночные бабочки. Приставали комары.

Вдруг парень почувствовал сильное желание слезть с дерева и посмотреть, что делается в густом еловом бору, находившемся шагах в ста правее. Степан подумал, вспомнил строгий наказ воеводы никуда не перемещаться и бдительно охранять вверенный ему участок, потом еще раз прислушался к собственным чувствам. И принял решение. Он бесшумно слез с дерева и осторожно двинулся к ельнику, вытащив на всякий случай из ножен меч.

Не прошел Степа и половины дороги, как наткнулся на викингов. Большой отряд продвигался между деревьями в сторону селения. Молчаливые мощные фигуры скользили в темноте, неслышно переступая по мху и держа оружие наготове.

Степан забыл, что должен громко прокричать условный сигнал. Он забыл обо всем. Только картина разгромленной и разграбленной родной деревни да образы погибших родных пролетели в его голове. Он не чувствовал ни злобы, ни страха. Лишь холодная ярость и непонятно откуда взявшаяся сила наполнили его.

Молча Степан метнулся вперед.

Он не думал. Он только рубил. Щита у парня не было. Степан молнией летал между деревьями, уклоняясь от ударов, прячась за стволы и атакуя – жестко, решительно и всегда эффективно. Викинги падали один за другим.

Парень не радовался и не торжествовал, не размышлял о том, откуда взялось вдруг в нем умение сражаться, откуда наполнила его великая сила. Одним ударом он перерубал врага, разнося вдребезги и щит, если тот им прикрывался. Ни темнота, ни ветки, ни кочки, ни валяющиеся на земле полусгнившие стволы деревьев не мешали Степану. И за все это время он не издал ни звука.

Викинги тихо перекликались, пытаясь скоординировать свои действия и убить ловкого парня. Лязг оружия и предсмертные стоны нарушили покой ночного леса. Но тревогу в деревне пока не объявили. Видимо, туда звуки не долетали, относимые ветром и заглушаемые шелестом листвы берез и осин.

Степан увидел, что один викинг командует другими. Парень понял, что это начальник, и попытался атаковать его. Но десяток дюжих воинов преградили Степе путь. Тогда тот ушел в сторону, решив пока сражаться с остальными.

Минут пять продолжалась эта бойня. Викинги тщетно пытались организовать сопротивление. Они гибли один за другим. И вот уже только несколько воинов, окружавших своего вождя, остались в живых. Они с холодной решимостью бросились на русского парня. Степан сразил их всех шестерых.

Последний викинг был не такой крупный, как остальные. Но смелости ему явно было не занимать. Держа в каждой руке по мечу, он не стал ждать, а ринулся на Степана, крутя мечами и что-то говоря сквозь зубы.

«Жалко дурня», – подумал русский паренек. И, решив не убивать, он прыгнул в сторону и рубанул мечом по обоим клинкам в руках врага. Мечи иноземца обломились.

Викинг взвыл и снова бросился на Степана, размахивая обломками на рукоятках. Он явно потерял контроль над собой и плохо соображал, что делает.

Степан уклонился и в два прыжка оказался за спиной у противника. Удар ногой сзади в коленный сгиб, удар рукояткой меча по шлему сверху – и викинг уже потерял равновесие. Степан отбросил свой меч и моментально заломил врагу руки за спину, одновременно отняв у того остатки оружия.

– А-а-а, – хрипел викинг, пытаясь вывернуться.

– Тихо ты! – в первый раз за все время битвы подал голос Степан. И, вспомнив приказ воеводы, заорал: – Викинги! Викинги!

Связав ремнем пленнику руки и ноги, Степа огляделся и поднял свой меч. Он услышал, как в деревне объявили тревогу. Он оглядел видневшиеся в свете Луны тела убитых врагов вокруг себя. И почувствовал, что великая сила уходит из него. И понял, что совершил подвиг. Но не ощущал ни радости, ни гордости. А лишь печаль.

* * *

Степан сидел на корне старой ели и мрачно смотрел на лежащего перед ним пленного. Тот молчал.

– Ну и какого лешего вы к нам приперлись?! – устало проговорил Степа. Он поднялся, сделал шаг и, наклонившись, сдернул с поверженного врага шлем, закрывавший голову и все лицо. Луна осветила девичье лицо удивительной красоты. Толстая коса легла на сырой мох. Глаза горели ненавистью. Губы были крепко сжаты.

– Я ненавижу вас всех! Вы убили моего отца, великого вождя Аулфа Вьёндира, – немного погодя произнесла девушка по-русски.

– Так а на хрена вы к нам приплыли?! – повторил свой вопрос Степан, опомнившись от первого изумления. – Да и батя твой уж потом на Ивана полез, по-подлому хотел ножом убить…

– Мой отец был великий воин!

– Ну и кому от этого легче?! Викинги убили всех моих родных и близких, всех моих односельчан, сожгли мой дом… Может, это вы и были?

– Да! Это были мы! Я сам рубила всех жителей!

– Да ладно тебе! Хочешь меня разозлить, чтобы помереть быстрее… А я на вас зла больше не держу. Да, может, это и другие какие викинги были… Мертвых не вернешь. А тебя мы обижать не будем, не бойся.

– Я ничего не боюсь, смерд!

– Что-то наши не идут. Небось, к обороне изготовились… А откуда ты по-русски говорить умеешь? Училась?

– Я дочь великого вождя! Я знаю много языков, умею сражаться на суше и на море, вести корабль ночью и в бурю…

– А звать-то тебя как?

– Ты смерд. Я сразу вижу. С твоим господином я, может, и буду разговаривать, если он будет учтив и вежлив.

– Бука ты заморская. Кривляешься. А зря. Мы вас сюда не звали. Вот если бы мы к вам вот так большой силой приплыли – что тогда? Представь.

– Мы бы сражались до последнего вздоха. Мы – воины.

– Это я верю. Но радость-то какая в такой истории?

– Жизнь – это война, смерд! Тебе не понять! Ты рожден пасти своих свиней и ковырять свою картошку. Ты слишком скудоумен.

– Что-то наши не идут… Придется нам самим туда идти. Да как бы не подстрелили…

– Я не пойду!

– Что ж, тебя волочить?! Так ведь морду тебе оцарапаю о ветки…

– Не пойду!

– Ну, ты стерва прямо! Упрямая. Балованная…

– Ты оскорбляешь меня, пользуясь тем, что мои руки связаны. Но я могу укусить тебя! – с этими словами девица изогнулась и попыталась схватить Степу зубами за руку. Но он отскочил, потом перевернул пленницу лицом вниз и придавил к земле коленом.

– Короче. Или идешь сама, или волочу тебя за ноги лицом вниз. Ну?

– Освободи мне ноги, смерд!

– Будешь лягаться – ноги снова свяжу и сделаю, как сказал, – предупредил парень, развязывая девушке ноги и накидывая ей на шею веревочную петлю.

Они потихоньку пошли вперед. Около опушки, не выходя из леса, Степан громко крикнул:

– Дядя Вася! Мужики! Не стреляйте! Это я пленницу привел! А остальных викингов я поубивал в лесу. Но может, с других сторон еще где крадутся… Это я, Степа!

– Не стрелять! – громко скомандовал воевода. – Иди сюда, Степан! А мы уж тебя оплакивать думали. Шустро давай!

Степа, ведя девушку на веревке, быстро вышел на опушку и направился к своим. Дочь Аулфа шла, гордо подняв голову и с ненавистью глядя на русских воинов.

– А где другие викинги? – спросил дядя Вася.

– Порубал их всех, кто там был. Вы не слыхали?

– Не слыхали. Ветер. А сколько их было?

– Я не считал. Не до того было… Но кажись, никто не убег.

– Ты не ранен?

– Кажись, нет.

– Ну ладно. Садись к костру. Отдохни. И девку эту туда веди.

– Это дочь Аулфа. Она по-русски говорит.

– Ночью в лес не пойдем, – сказал воевода. – А днем разберемся. А ты, дЕвица, садись тоже у костра. А то комары…

– Ты не умеешь говорить с благородной дамой! – произнесла пленница. – Я дочь великого вождя!

– Да мне не больно и надо, – ответил дядя Вася. И, приказав получше стеречь девушку, отвернулся и пошел спать.

* * *

Степану не спалось. Он сидел, прислонившись спиной к бревну, и поглядывал на пленницу, которая сидела с каменным лицом. Дочь вождя викингов глядела в огонь и о чем-то думала. Ноги ей все же решили связать, памятуя об изрядной сноровке викингов по части подраться – даже без оружия и со связанными за спиной руками. Девушка еле заметно шевелила кистями, пытаясь ослабить узлы. Степа видел это, но ничего не говорил, так как знал, что увязана девица крепко и надежно.

Рядом сидели двое дружинников и Ваня, который со времени появления Степы из леса ничего не сказал, а только внимательно поглядывал на паренька, неожиданно проявившего такую прыть. Иван понимал, что это неспроста, и размышлял о том, какие наставления следует дать начинающему богатырю. Аня, фея и рыцарь мирно посапывали неподалеку. Они, конечно, тоже врубились в ситуацию, но пока никак этого не проявляли.

Степану было фигово. Его мутило, душа разрывалась на части, руки и ноги тряслись, а в голове была полная каша. Раньше ему не доводилось никого убивать и ни с кем сражаться. Он был здоровый парень, но никогда не занимался особой физической, а тем более боевой подготовкой. Он смотрел в огонь и старался не показать виду, что его колбасит.

Ваня еще посидел, а потом решил спать. Он отошел на несколько шагов, предварительно мигнув незаметно двум сидевшим у костра дружинникам. Те поняли и как бы естественно решили пройтись – приглядеть за обстановкой среди пленных.

– Мы, Степа, за викингами поглядим, а ты не спи тогда уж, а карауль эту кралю, – сказал один из них, бородатый и улыбчивый Ванька Карапуз. Так его прозвали с детства, и почему-то сие прозвище сохранилось за ним до тридцати двух годов.

Дружинники ушли. Иван уснул. Засыпая, он слышал, как Степан горестно вздыхает.

* * *

Прошло с полчаса. Дружинники все бродили, приглядывая за пленными. Степу совсем развезло. Перед его глазами стояли разрубаемые им викинги, в ушах звучали их предсмертные стоны, на своих руках он ощущал их теплую кровь… Парень видел жен, детей, друзей, родителей убитых им воинов. Он смотрел в их глаза и чувствовал их ненависть и их горе…

Степа забыл про сидевшую в двух шагах девушку. В горле стоял комок. На глаза наворачивались слезы. Парень крепился изо всех сил, но наконец не выдержал и заплакал. Соленые капли покатились по его щекам, а он даже не вытирал их…

– Плачешь, смерд! Ты правильно боишься! Месть народа викингов настигнет тебя! И за меня тебе отомстят, и за моих воинов! – злорадно произнесла дочь Аулфа.

– Дура ты! – отвечал Степан. – Чего мне ваша месть?! Дом мой вы сожгли, всех близких убили… Уже отомстили заранее. Что мне жизнь?! Ну помучаете перед смертью… Если найдете. Я вот думаю, сколько я людей убил. У них ведь у всех тоже родные: жены, дети, родители… Эх! Горе горькое! Ну на хрена вы сюда приперлись?!

– И ты всегда так плачешь, когда убиваешь?! – с издевкой спросила пленница.

– Я сегодня в первый раз в жизни сражался. Я вообще в деревне жил и ничему такому не учился. А тут нужда заставила. Сила откуда-то взялась. А я, видать, неподходящий для таких дел, слабый я…

– Врешь, – не очень уверенно произнесла девушка после паузы.

– Чего мне врать?! Да спроси кого угодно – я к отряду совсем недавно прибился. Упросил взять меня. Ну и взяли – коней обихаживать да по хозяйству… А в дозор послал меня воевода потому, что у нас воинов мало и все устали.

Дочь Аулфа молчала. Она глядела в огонь. Выражение ее лица смягчилось. Непроизвольным движением она подняла руку и поправила волосы, сбившиеся на лицо из растрепанной косы. Но ни Степан не подумал, что пленница освободилась от сверхнадежных узлов, ни девушка не подумала, что выдала себя.

– Тебя теперь все будут уважать, – произнесла наконец она. – Ты один убил шестьдесят двух могучих воинов. И при этом даже не ранен. Ты спас ваш лагерь от ночной атаки. Ты взял в плен дочь вождя викингов. Ты великий воин и герой. Хотя я, конечно, тебя ненавижу…

– Понимаешь, я чувствую, что эта сила – не моя. Она была мне дана, чтобы совершить деяние. Но ее больше нет. И мне плохо, очень плохо. Я хочу убежать на край света и никого не видеть… Тебе, конечно, тоже хреново. Я понимаю. Отца убили, вас всех – кого перебили, кого в плен взяли. Но Иван ведь не хотел так. Он же сразу батю твоего просил, чтобы вы уплыли мирно… Да и потом, когда Аулф с корабля вернулся один и на Ивана напал, Иван ведь защищался. Ну не рассчитал. Он мне сам потом рассказывал, что силу удара не рассчитал, так как не ждал нападения. Он ведь, Иван, с драконами дрался. И жена его, Анна. И князь Андрей. А потом они еще пленных наших русских у печенегов освободили… Вот это богатырь! Он где только не был! А я никчемная ненужность… Я ведь и с тобой сейчас бы не справился. Ты ж обучена всякому, а я – неуч и неумеха…

– Если бы ты не убил всех моих воинов, то, возможно, сейчас все вы были бы уже мертвы.

– Я понимаю. А главное – надо прекратить эти ваши набеги. Наплывы то есть. Сколько людей гибнет и мучается зря!

– Война, – совсем неуверенно сказала девушка.

– А зачем такая война?!!!

– Ну… Для того, чтобы захватить добычу, чтобы испытать свою силу, чтобы заслужить великую славу… – перечисляла дочь Аулфа без энтузиазма.

– Чушь это все! – вскочил Степа на ноги. – Чушь! Полная чушь! Ты слышишь?!!!

– Да ты сядь. Я слышу. Но я привыкла верить в то, во что верит мой народ. Я не знаю, как можно жить иначе.

Степан сел и уставился в огонь.

– Иван великую силу имеет. Но не чванится, как ты, – произнес парень через некоторое время. – И на княжне женат, хоть сам родом из крестьян. И силу свою на добрые дела употребляет. И жена его. Или вот Ганс. Это рыцарь. Немец он. А женат вообще на фее подземной. Она тоже тут. Они вдвоем по подземельям бродят и с монстрами там разбираются. Это я понимаю! А вы все крутые, сильные, боевым навыкам обученные, а дерьмом занимаетесь. Негоже это! Брось ты это дело! Как звать-то тебя, кстати?

– Ингольда. А тебя – Степан?

– Да.

– Мне жаль, Степан, что мы с тобой враги, – произнесла девушка, кладя ему руку на плечо.

В этот момент пропела тетива и раздался характерный тихий свист. Ингольда резко выбросила вперед руку и схватила стрелу у самого горла Степана. Она вскочила на ноги и крикнула в темноту:

– Не стреляй, Даргу! Иди сюда! Я приказываю!

Подбежали четверо русских воинов. Из темных кустов вышел викинг с луком. Он приблизился и поклонился своей госпоже. Дружинники стояли и не знали, что предпринять. Степан тоже встал, глядя на Ингольду и стрелка.

– Это был прекрасный выстрел, Даргу. Но я изменила свои планы. Я говорю с тобой по-русски, чтобы все могли нас понимать.

Воин еще раз поклонился. Девушка вернула ему стрелу. А потом обратилась к дружинникам:

– Позовите сюда воеводу! И богатыря Ивана! Я хочу говорить с ними!

– Эх ты, Степа! Разява! Она у тебя под носом все узлы развязала на руках и на ногах! Тетеря! Сторож хренов! Тебе не пленных стеречь, а только кашу варить да портки стирать! – набросился на Степана один из дружинников с насмешками. – Ты козел! Тебя в войско взяли дело делать, а ты на девку засмотрелся и все забыл…

– Заткнись! – гневно крикнула Ингольда. – Степан два часа назад один сражался с шестьюдесятью двумя моими воинами! И победил их всех! А вы этого даже не слыхали! Сам козел и дурак!

– Что тут за шум? – спросил, подходя, воевода.

– Да вот – освободилась… Э… И викинг вот еще один… Мы их пока не заломали… – отвечал тот же дружинник, что ругал Степана.

– Вижу, вижу, хлопцы, – задумчиво произнес дядя Вася. – Это хорошо, что не заломали. У нас же не скоты какие-нибудь в дружине…

Подошел, зевая и потягиваясь, Иван. Он весело посмотрел на присутствующих и молвил:

– Дядя Вася! Ты бы послал дружинников этих спать. Я уже проснулся, и можно ничего не бояться.

– Пошли отсюда спать! – рявкнул воевода. Ратники поспешно удалились.

– Степа, разбуди, пожалуйста, Ганса, Аню и Надю, – попросил Ваня. – Только аккуратно. Чтоб не дергались.

Степан отошел. Воевода помолчал, а затем предложил:

– А давайте сядем.

– Даргу! Возвращайся к нашим кораблям и передай мой приказ: на рассвете плыть сюда. Но на берег не высаживаться, а ждать моих приказаний. Иди! – произнесла дочь Аулфа тоном, не допускающим возражений. Викинг поклонился и вопросительно глянул на дядю Васю.

– Хлопцы! Викинга не трогать! Пущай идет! Пропустить! Всех предупредите. Федька Рыжий и Вася Черныш! Проводите его до линии дозоров, – загремел бас воеводы. Скоро подошли двое дружинников. Викинг еще раз поклонился своей госпоже и молча ушел в сопровождении русских воинов.

Подошли Аня, Надя и Ганс. Сели у костра. Помолчали.

– Я говорила с воином Степаном, – начала Ингольда, – и поняла, что вы, русские, великий народ. Я не хочу воевать с вами. Отпустите моих воинов, которые у вас в плену, и мы уплывем отсюда. Вы победили. Но мне не стыдно признать это. Мы тоже великий народ. У нас свои законы и свои представления о том, как должно жить человеку. Но мы уважаем достойных противников. Пока я жива, никто из послушных мне воинов не придет на Русь с войной.

– А тебя послушают? – спросил Степа.

– Пока слушают, – ответила девушка.

– Ты… это… э… – промямлил Иван.

– Ничего не надо говорить, – перебила его Ингольда. – Мой отец погиб в бою, как и мечтал. И убил его не простой воин, а великий богатырь. Мне жиль, конечно. Я любила своего отца. Но Степан прав: мы сами приплыли сюда, сами начали войну…

– А ты ведь не всеми викингами командуешь? Есть ведь еще и другие вожди… – сказала Аня.

– За них я ничего обещать не могу.

– Нам надо и со всеми другими разобраться, – молвил Степа. – Я вот что думаю: хорошо бы здесь где-то город большой забацать. На берегу залива или на Ладоге… А то на Неве… И дружину там держать сильную. И боевые лодьи. Вот так. И держали бы все под контролем. Полный порядок был бы тут везде.

– Ты стратегически рассуждаешь, – одобрил Ваня. – Прямо как Андрюха. То есть как князь Андрей, анин брательник.

– Добрая идея, – подтвердил дядя Вася. – Да только сил много надо. И денег.

– Ну, это смотря как взяться… – возразил Степан.

– Вот и подумай. Сам там и будешь тогда княжить, коли надумаешь хорошо, – сказала Аня.

– Деньги – это не такая уж проблема, – подала голос Надежда.

– Проблема воинов собрать и обучить, бояр да купцов в кулаке держать, за всеми делами присмотр вести… – покачал головой воевода. – Вот Андрюша, князь наш, уж и умен, и храбр, и знаменит, а все же без княгини своей, Светланы, не справился бы, думаю. Умная жена тебе, Степа, нужна для такого дела!

– За охрану все бы городу подать платили, – продолжал развивать идею Степа. – Вот и деньги. И земли здесь богатые: леса, рыба, торговлю можно вести…

– Так вы моих воинов отпустите? – спросила Ингольда.

– Отпустим, милая. Не волнуйся. Лишь бы они буянить снова не начали, – ответил дядя Вася, глянув на Ивана. Тот кивнул.

– Я знаю, что викинги абсолютно послушны тому, кого признают своим вождем, – сказал Ганс.

– Я обещаю, что мы уйдем мирно, – произнесла Ингольда. – Но сначала я должна поговорить с ними.

– До утра давайте подождем, – предложил воевода. – А то все спят…

– Хорошо, – согласилась дочь Аулфа. – У меня есть еще просьба. Позвольте нам наших убитых по нашему обряду сжечь на погребальном костре.

– Ладно. Забирайте их, конечно, – ответил дядя Вася.

– А оружие и доспехи мы можем забрать?

– Надо подумать. Время есть, – отозвался Ваня. И, поднявшись, молвил: – Я бы еще поспал. Вроде, вопросы все основные решили…

– Да. Я думаю, мы все пойдем снова спать, – согласился воевода. – А ты, Степан, останешься с предводительницей викингов – будешь ее охранять и… э… развлекать, если ей это будет угодно. Расскажи вот о нашей стране, о нашей психологии…

И все ушли спать. У костра остались сидеть лишь Ингольда и Степан.

* * *

– А что, ты и вправду думаешь здесь город строить? – спросила девушка.

– Хотелось бы попробовать. Но одному это не осилить. Помощь нужна. И друзья, единомышленники, соратники. Да и кто меня слушать будет?! Хотя, если себя поставить и на доброе дело людей собрать…

– Я уверена, что у тебя получится.

– А вот я подумал. Вот если бы ты со своими воинами сюда на постоянное место жительства перебралась… И семьи их перевезти… Вот и дружина готовая. Нестандартная идея, конечно. Но, по-моему, вполне реальная. Как ты думаешь? – Степан положил сидящей рядом девушке руку на плечо. Она не ответила, а только смотрела в огонь.

– И вообще, знаешь, я тебя люблю! – выдал Степа, ободренный ее реакцией. – Вот стану князем и женюсь на тебе! Пойдешь за меня замуж?

– Ну вы, русские, и чудной народ! – рассмеялась Ингольда. – То ты ничего не умеешь, то ты великий воин и герой. То ты говоришь, что ни на что не годен, то князем собираешься быть, город строить. То дурой меня называешь, то замуж зовешь…

– Ты извини, что я так тебя называл. Это я, конечно, зря…

– Ладно. Проехали. Хорошо хоть, что лицом по земле не проволок! Ты, и женой когда твоей стану, так со мной будешь обращаться?

– Так ты согласна?! – обрадовался Степа и, обняв девушку, крепко поцеловал ее.

– Я еще должна подумать.

– А чего тут думать-то?! – удивился парень.

– Не знаю… Ну все-таки… Но вообще-то я тоже люблю тебя…

– Значит, согласна?

– Ну… Да.

– Вот и отлично!

* * *

Настал следующий день.

Ингольда произнесла короткую речь, обращаясь к связанным и продолжавшим лежать на земле викингам. Затем она отправилась на берег залива. Корабли были уже там. По команде Ингольды они подошли поближе к суше.

Начали развязывать и выводить пленных. Их освобождали группами по тридцать человек и сопровождали на берег. Там викинги лезли в воду и брели к своим кораблям. Оружие и доспехи дядя Вася распорядился пока не отдавать, сказав, что сие предмет особых переговоров.

Ингольда все это время оставалась на берегу. Со Степой они договорились ничего никому пока не говорить о своих отношениях, планах и идеях.

И вот все викинги вернулись на свои лодьи. Последней, помахав рукой Степану и остальным, отправилась Ингольда.

Корабли развернулись и отошли от берега. Они поплыла на восток – там, за далеким мысом, по уговору, викинги должны были временно забазироваться.

* * *

Вечером два корабля вернулись за телами убитых, которые русские уже вынесли на берег.

Ингольда, стоя в стороне с Иваном, Степой и Аней, сказала:

– В бой никто больше не рвется. Все какие-то обалдевшие. Это все ваша русская магия.

– А тебя слушаются? – спросил Степа.

– Конечно!

– У вас припасов достаточно? – поинтересовался Иван.

– Пока да.

Помолчали. Викинги закончили погрузку. Степа подошел вслед за Ингольдой к стоявшим у воды воинам – их было десятка два – и спросил невесту:

– А что будет, если я попрошусь присутствовать у погребального костра?

– Я, конечно, могу решить сама, но лучше спросить воинов. Но это очень опасно. Среди убитых много друзей тех, кто остался жив. Они могут отомстить. Я не уверена, что смогу защитить тебя. Лучше не приходи. Мы приплывем завтра для переговоров.

– Я все же приду. Тут до вашего лагеря по берегу всего часа два ходу будет. Прогуляюсь. А если все будут возражать против моего присутствия, вернусь. Ничего страшного.

– Хорошо, – ответила девушка и в сопровождении своих воинов пошла на корабль.

* * *

– Ты, Степа, много на себя берешь, – неодобрительно ворчал дядя Вася, когда парень сообщил ему о решении идти в лагерь викингов. – Тебя они прирежут, как барана. Ты, чего, решил, что крутым стал и море тебе по колено?

– Я уверен, что должен туда идти. А прирежут или нет – не знаю. Постараюсь, чтобы не прирезали. Надо их хоть как-то понять попробовать…. Да и на мне все же гибель всех этих… Скажу хоть что-то…

– Я, пожалуй, тоже прогуляюсь со Степаном, – молвил Ваня. – Только кольчугу надо все же одеть. Он, наверное, прав… Надо налаживать контакты. А то как же?! Авось, не погибнем…

– И я с вами, – как всегда, встряла Аня.

– Ты беременная, тебе воевать и волноваться нельзя, – возразил ей муж.

– Я, если вы уйдете без меня, волноваться гораздо больше буду. А с тобой рядом я никогда не волнуюсь, даже если битва кипит. Спокойно так, спокойно… Сама не знаю почему. Да и драки, я думаю, там не случится особой.

– Ну пошли, – согласился Иван. – А может, тогда и Ганса с Надей позовем? Ганс как-никак рыцарь – солидно будет. И сказать может что-нибудь культурное.

– Конечно, – обрадовалась княжна. – Впятером веселее.

– Молодые вы… – снова неодобрительно проворчал воевода. – Ну а мы тогда здесь отдохнем. Дозоры ставить не станем – хлопцы устали все от постоянного напряжения. А оружие и брони викинговские я велел в подвал снести в избу Фомы Берендеевича. Там у него подвал – о-го-го какой! И всем отрядом на его дворе и в доме забазируемся. В случае чего – отобьемся. У викингов-то оружия мало осталось.

– Ну, пошли за Надей и Гансом – и в путь. А то и не успеем. Ты, дядя Вася, за нас не волнуйся, – сказал Ваня.

– Удачи вам. И поосторожнее, – напутствовал их воевода.

* * *

До стоянки викингов добрались без приключений. Шли по берегу залива и беззаботно трепались. Ваня рассказывал анекдоты, которых набрался от князя Андрея. Степан ржал в полный голос. Ганс тоже покатывался со смеху, но не так интенсивно. Аня и Надя шли чуть позади и вели беседу, главной темой которой было предполагаемое будущее отношений Степы и Ингольды.

У лагеря их остановил дозор из троих викингов. Один из них был Даргу. Он вежливо произнес:

– Наши воины выразили согласие на ваше присутствие. Но мы опасаемся, что могут возникнуть ссоры. Не все испытывают дружеские чувства к русским. Далеко не все. Госпожа Вьёндир приказала мне еще раз предупредить вас об этом.

– Да все будет нормально, – успокоил его Иван. – Мы люди мирные. Какие могут быть ссоры?!

Сзади послышался легкий шум. Все насторожились. Викинги взялись за оружие, но пока его не доставали.

Из сумерек вечернего леса вышли несколько человек. Они приблизились – один щуплый и низкорослый, а за ним пятеро дюжих мужиков.

– Чоу! Ребята! – обрадовано воскликнул Ваня. – Какими судьбами?!

– Здравствуйте! – поклонился всем китаец. – Нас Баба Яга послала вам помочь и предупредить. По заливу плывут еще викинги в большом количестве. Но время еще есть. Мы прискакали в деревню, а там воевода нас сюда направил. Можно мы с вами?

– Это наши добрые ребята, – обратился Иван к Даргу. – Они мирные и незлобливые. Видишь: даже без доспехов и без оружия почти. Ну так – две палки на цепочке – это же не мечи какие-то…

– А мы и с подарками от Бабы Яги, – сказал Чоу, потряхивая небольшим мешком.

– Я получил указание, что воин Степан может придти с любым числом сопровождающих, – ответил Даргу. – Даже если это не воины, а просто мужики.

– Да, да… Мы просто мужики. Это классно звучит по-русски! – закивал Чоу, улыбаясь.

Они пошли в лагерь. Ингольда встретила гостей и указала на место около погребального костра.

Все уже было готово. Но огонь пока не зажигали. Только факелы в руках воинов да несколько костров поодаль освещали пространство лагеря.

Все викинги собрались. Пришли даже дозорные из леса и с кораблей, стоявших в маленькой бухте у самого берега.

Ингольда начала говорить. Ее голос звучал в темноте как-то необычно. В нем слышались и скорбь, и гордость, и властность, и воодушевление… Викинги слушали речь своей предводительницы в полной тишине.

После Ингольды несколько старших воинов произнесли короткие речи. Последний из них – огромный мужик с лицом, заросшим густой бородищей и косматыми бровями – воинственно потрясал боевым топором и что-то орал. Он явно был настроен очень агрессивно. Викинги стояли без шлемов, и даже при столь неярком освещении было видно, как ожесточились их лица. Раздались крики. Воины заводились и зверели прямо на глазах.

Чоу повернулся к стоявшему рядом Даргу и сказал:

– Я даже не русский. Я китаец. Я прибыл из очень далекой страны. И я прибыл с посланием к викингам. Переведи, пожалуйста, мою речь. Скажи, что я не русский воин, а просто мужик из Китая.

Даргу что-то крикнул, обращаясь к Ингольде и показывая на Чоу. Та величественно кивнула. Но воинственный оратор что-то грубо прорычал, а потом громогласно расхохотался. Очевидно, он пошутил. Викинги стали смеяться, показывая на тщедушного китайца и заводясь все больше и больше.

Воин с заросшим лицом издал свирепое рычание и направился к группе гостей. Он остановился перед Чоу. Китаец вежливо поклонился и дружелюбно улыбнулся. Ингольда что-то гневно закричала – похоже, она пыталась предотвратить готовящуюся драку.

Викинг коротко замахнулся могучим кулаком и ударил Чоу по голове сверху – видимо, рассчитывая убить его одним ударом. Китаец неуловимым для глаза движением ушел от удара и одновременно взмахнул ногой. Мертвый викинг повалился наземь, а Чоу поклонился павшему и молвил:

– Так у нас в Китае принято сражаться.

– Это один из моих учителей, великий воин Чоу. Он столь искусен, что ему даже не требуется оружие, – в наступившей полной тишине произнес Иван. – Но Учитель Чоу очень вежлив и никогда не убивает без нужды.

Даргу перевел слова китайца и русского богатыря. Викинги явно были впечатлены.

– Говори, Учитель Чоу, – молвил Даргу, обращаясь к китайцу. – Теперь все будут тебя внимательно слушать.

Делая паузы для перевода, Чоу произнес короткую речь:

– Викинги – хорошие бойцы. Но сражение ради сражения или ради личной выгоды, или ради личных убеждений не имеет смысла. Поэтому есть ограничение умения сражаться. Мне сообщили, что один русский воин убил шестьдесят ваших. Жалко, что столько людей погибло. Я один могу убить вас всех. За две минуты или чуть больше. Но в этом нет никакого смысла. Гораздо лучше дружить. Это меня и просил передать вам князь Андрей, великий герой Руси. Я его тоже учил. Он могучий правитель, и все другие князья его уважают. Я женат на русской ведьме, живу в лесу и учу русских мужиков искусству боя. Мои ученики, прибывшие со мной, были раньше, как и вы, разбойниками. Но теперь они научились уму-разуму – и русскому, и китайскому. А я научился говорить по-русски. И вам желаю поумнеть. У меня всё.

– Я также сожалею о стольких погибших, – сказал Степан, когда Чоу закончил говорить. – Мертвых не вернешь. Не так давно викинги уничтожили всю мою деревню, убили всех моих родных и близких. Но я предлагаю стать друзьями, пусть на это, может, и потребуется время.

Даргу закончил перевод. Викинги молчали. Потом Ингольда дала команду, и убитого китайцем воина положили на погребальный костер. Факелами подожгли дрова. И скоро высокие языки пламени поднялись в ночное небо, сжигая тела погибших, сжигая прошлое, озаряя ночь.

* * *

Костер догорел только к утру. Викинги большей частью перебрались на свои корабли – поесть, поспать и подумать. Ингольда сказала Степану и его друзьям:

– Я предлагаю встретиться завтра. Я могу приплыть к вам на одном из кораблей. А пока мы с моими воинами обсудим все.

Попрощались.

Через два часа, входя в деревню, Иван произнес мудрым тоном:

– Да… Мы немного продвинулись, но до успеха еще далеко. Давайте вздремнем маленько, а днем поговорим.

– Я думаю, что времени нет, – возразил Чоу. – Моя уважаемая теща предупредила о десяти кораблях. Они остановились в Швеции попья… папья… попьё… ох!… водку пьют они там. Но скоро приплывут сюда и начнут грабить. Кроме этого поселка есть много других. Мы не знаем планов викингов.

– А чего Баба Яга советовала? – спросил Ганс.

– Ничего. Но прислала подарки – конфеты для бодрости. Мешок, – ответил китаец. – Думаю, что это волшебные русские конфеты.

– Конфеты – это хорошо, – одобрил Ваня.

– Надо срочно что-то придумать! – воскликнула его жена.

– Давайте конфеты есть. Может, они нам мозги зашевелят, – предложила Надежда.

Чоу раздал друзьям по конфете. Потом еще по одной. Когда все дожевали, Аня молвила:

– Надо Степу на Ингольде женить поскорее.

– Да они сами, наверное, разберутся, – сказала, улыбаясь, фея.

– Да пока они разбираться будут… Надо скорее! – поддержал анину мысль Иван. И спросил: – Степан! В какой вы там стадии?

– Э-э-э… В промежуточной. Я думал… – начал отвечать Степа.

– Короче! Время дорого! Вы женитесь или нет? – перебил его Ваня.

– Ну… Мы собираемся.

– И долго ты будешь собираться?! Будешь ждать, пока она отсюда уплывет на фиг?! Или пока город через пять лет построишь?! Проворонишь так все на свете! – набросился на Степу Иван.

– Кто на ком женится? – удивился Чоу.

– Степа на предводительнице викингов! Если не лопух и не затянет это дело! – ответил Ваня.

– А вдруг я ей жизнь испорчу?! Вдруг она потом пожалеет?! Вдруг город я и не смогу построить?! А может, его и не надо строить… Что же, она за крестьянина неумелого замуж пойдет?! А викинги ейные?! Куда их?! Или мне с ними плыть?! – завелся Степа.

– Не дави на парня, Ваня, – молвила княжна, кладя мужу руку на плечо. – У них не так просто, как у нас было.

– Я думал, что если город затевать строить, то воинов Ингольды на службу позвать. Переселить их сюда. Постепенно воспитать…

– Ну ты дал! – хмыкнул Иван. – Горячая голова! Для начала они тебя слушать не будут. Кто ты им?! А княжить-то ты сможешь?

– Не уверен…

– Во! А девка уплывет!

– А коли уплывет, то и хрен с нею! Значит, не любит!

– А вот она возьмет себе в голову, что из любви к тебе она должна своих воинов убрать отсюда подальше… – сказала Аня.

– Пойду обратно в ихний лагерь прямо сейчас! – решил Степан. Он повернулся и хотел идти.

– А ты уверен, что это именно то, что надо делать? – окликнул его Ганс.

– Уверен, – бросил Степа через плечо и зашагал по берегу обратно к лагерю викингов.

* * *

Степа шел по тропе, бегущей самым краем леса. Несмотря на проведенную без сна ночь, он был бодр и полон сил. Никаких идей, как и что делать, у него не имелось. Но и сомнений в том, что надо идти, тоже не было.

Солнце близилось к полудню, когда он добрался до лагеря викингов. Там почти все спали. Степана остановили дозорные. Он сказал:

– Сообщите госпоже Ингольде, что я пришел. Мне надо срочно с ней поговорить.

Викинги не понимали по-русски. Но Степа настойчиво повторял имя своей возлюбленной и жестами показывал, чтобы ее позвали. Воины отказывались.

Могучая волна земной силы вдруг наполнила Степана. Не долго думая он схватил в охапку одного иноземца и зашвырнул его в кусты. Затем схватил второго и проделал то же самое. Воины заорали, а русский парень решительно направился к кораблям.

Трое викингов, сидевших на земле, вскочили и, выхватив мечи, бросились к Степе. Он повернулся к ним и рявкнул:

– Стоять!!!

Воины отпрянули и остановились в нерешительности. А Степа подошел к кораблю, на который, как он видел, заходила Ингольда, и ухватился за протянутый к берегу канат – тот был обмотан концом вокруг стоявшего неподалеку дерева. Парень встал покрепче и дернул за канат. Корабль тряхнуло.

– Ингольда! Проснись! – крикнул Степа.

Викинги на лодье повскакивали и забегали. Один даже метнул в русского парня копье. Степа поймал его, отскочив в сторону, и погрозил кидавшему кулаком.

На палубе появилась прекрасная дочь Аулфа Вьёндира. Она спросила:

– Что случилось, Степан?!

– Разговор срочный! Скажи своим, чтоб не лезли, а то опять гору трупов понаделаю!

Ингольда громко отдала приказ. Все успокоились. Некоторые воины даже заулыбались.

Степан отошел чуть в сторону и уперся руками в ствол большой сосны. Затем крякнул, поднажал – и дерево с треском и хрустом упало на песок. Парень достал меч и в несколько ударов обрубил верхушку и крупные ветви. Потом поднял ствол и, подтащив к воде, уложил его так, чтобы Ингольда могла по нему сойти на берег, не влезая в воду. Вокруг раздались одобрительные возгласы.

Ингольда спрыгнула на лежавший ствол сосны и, ловко пробежав по нему, очутилась на берегу. Она улыбнулась и предложила:

– Пошли вон на тот мыс. Там можно поговорить без помех.

Они сделали несколько шагов по направлению к мысу, когда раздался какой-то нечеткий звук. Степан молниеносно крутанулся и поймал летевший ему в спину нож. Парень почти без размаха метнул клинок обратно и, не глядя на эффект, отвернулся. Кидавший нож викинг упал, пораженный в горло.

Степан и Ингольда пошли дальше. Больше им никто не мешал. На конце мыса они присели на крупные камни.

– Я слушаю тебя, любимый, – сказала девушка.

– Сюда плывут еще викинги. Положение непредсказуемое. И твои, видишь, все на взводе. Хоть ты, небось, и дала им указания не лезть к русским.

– Да. Викинги – свободные воины. Иногда они не очень слушаются. Тем более что речь идет не о послушании в бою, а о жизни людей, которых они в общем-то презирают… И даже перспектива получить обратно доспехи и оружие их не делает мирными. Такой нрав, – Ингольда вздохнула.

– Как ты думаешь, реально то, что они пойдут служить под мое начало? Реально то, о чем мы с тобой говорили?

– Нереально, милый. Я уже осторожно прозондировала почву. Никто не пойдет. Хотя многие уже не хотят воевать с русскими. А про китайцев я уж и не говорю…

– Я тоже думаю, что про город – это мои фантазии. Просто очень хочется, чтобы все было классно: я – князь, ты – княгиня… Богатство, сила, почет, благополучие…

– Я пойду за тобой, какова бы ни была твоя судьба, – тихо, но твердо произнесла Ингольда.

– Ты готова расстаться со своим народом?

– Да. Моя мать умерла давно. Братьев и сестер у меня нет. А предводителя мои воины себе выберут. Так что я готова.

– Так давай сейчас и двинемся к нашим! Чего тянуть?! Только лучше б на корабле доплыть. Но ты им скажи, чтобы не вздумали перечить!

Они поднялись и пошли обратно. Взошли вдвоем на корабль Ингольды. Предводительница викингов приказала протрубить общий сбор. Проревели рога. Приученные к боевым тревогам воины быстро поднялись и собрались. Они стояли на палубах лодий и на берегу, готовые слушать.

Ингольда громко произнесла несколько фраз. Все заорали. Викингам явно не понравилась идея выдать дочь Аулфа замуж за русского мужика, пусть и могучего воина. Они потрясали оружием и вопили, все больше входя в раж. Девушка сказала Степе:

– Все возмущены. Не хотят меня отпускать. Я боюсь, что мирно дело не уладить. Но мне было бы грустно, если бы из-за меня ты поубивал моих соплеменников.

– Переведи, Даргу, – попросил Степан стоявшего неподалеку знакомого воина. – Ингольда – это выкуп за ваши жизни. И она идет на это по своей воле. Оружие и доспехи вам отдадут – и проваливайте! И так цацкаемся с вами! А будете выпендриваться – всех перебьем.

Когда Даргу перевел, все просто вышли из себя. Везде викинги уже держали наготове луки. Крик стоял такой, что казалось, будто ревет могучий ураган да еще с эмоциональным накалом. Ситуация вот-вот должна была выйти из-под контроля. Ингольда встала так, чтобы прикрыть собой Степана с той стороны, где находилось наибольшее число воинов.

– Хэллоу!!! – раздался могучий бас, перекрывший рев толпы. – Что за базар?! Война? Чудо-Юдо прилетело?

Все замолчали, с удивлением воззрившись на стоявшего около леса огромного – метра три ростом – мужика в доспехах и с мечом на поясе. Дяденька был весьма широкоплеч и столь могуч видом, что дух захватывало.

Викинги опомнились лишь через несколько секунд. И ответили градом стрел. Но все стрелы не долетали до цели, а падали на расстоянии в несколько шагов от мужика. Он усмехнулся и пробасил:

– Я ж заколдованный. Черномор мое имечко. Не слыхали? Да я, кажется, долго спал…

– Это викинги! – крикнул Степан. – Они почти никто по-русски не понимают. А я русский.

– А что тут за базар? – повторил свой вопрос Черномор, медленно шагая по направлению к кораблю. Он остановился у самой воды и выжидающе посмотрел на Степу, не обращая внимания на изрядно расступившихся викингов.

– Они приплыли грабить здесь. А мы с отрядом русских воинов их урезониваем. Но они все равно злятся. А сейчас я пришел, чтобы взять замуж вот ее, – парень показал на свою невесту. – А они возмущаются, так как русских презирают.

– Не порядок, – внушительно произнес Черномор. – А ты, дЕвица, по доброй воле за паренька этого замуж идешь?

– Я его люблю, – ответила Ингольда.

– Ну и хорошо. Я спал, видно, долго… Да… Так гони в шею с корабля всех! И плыви со своим суженым. А я вам сейчас пособлю, – с этими словами Черномор оборвал причальный канат и, взяв лодью за нос, стал выводить ее в залив, шагая по воде.

Началась суматоха. Воины на корабле попытались помешать Черномору. Но Степан, прыгая, как лев, и уклоняясь от ударов мечами и топорами, пошвырял в воду человек пятнадцать. Потом он сам выхватил меч и заорал:

– Валите отсюда, а то всех перебью!

Свистели стрелы, но Черномор сдувал их могучим дыханием. Он только усмехался. Вода уже дошла ему до груди.

– Валите отсюда! Оружие потом отдам и шмотки ваши! – повторил Степа грозно.

Оставшиеся на корабле воины побросали оружие и попрыгали в воду.

Черномор вывел лодью из бухты и спросил:

– Вам куда плыть?

– Километрах в десяти на берегу наш лагерь, – ответил Степан. Он чувствовал, как земная сила уходит из него. Голова начинала кружиться, а ноги – дрожать. – Может, ты с нами туда дойдешь? Или доплывешь?

– Пожалуй. Сидите тогда, а я вас потяну. А то вдвоем управлять такой лодкой трудно… Я и под водой могу ходить – вы не удивляйтесь. Расслабьтесь. Я ж понимаю…

* * *

Степан сидел, прислонившись спиной к борту на самой корме. Ингольда расположилась рядом. Они молчали. Черномор неторопливо, но уверенно шагал вдоль берега на небольшой глубине и тащил за собой корабль – безо всякого видимого усилия. Его голова и плечи находились над водой. Он тоже молчал.

Через час Степан, который периодически поглядывал на берег, крикнул:

– Черномор! Тут как раз лагерь и есть на берегу. Видишь: дым из труб идет. Это деревня. Там и отряд наш.

– А ваши там меня не напужаются? – донесся бас морского богатыря.

– Ну, мы объясним, – ответил парень.

Черномор повернул к суше. Ингольда и Степа прошли на нос и стали махать руками, издалека давая знать друзьям, что все в порядке. Скоро они заметили, как из леса появились Ваня с Аней и встали на песке, ожидая.

Когда лодья зашкрябала днищем о дно, Черномор остановился и произнес:

– Я с миром. Звать меня Черномором. Я долго спал и от шума проснулся. Здравствуйте.

Ваня и Аня вежливо поздоровались. Ингольда и Степан спрыгнули в воду и поспешили на берег. Там уже появились подошедшие Ганс, Надежда и Чоу. Они тоже поздоровались с Черномором. Потом Ингольда сказала:

– Викинги не хотят идти на службу к русским. Но, я думаю, они теперь уплывут насовсем. Я сообщила моим воинам, что решила выйти замуж за Степана. Но все пришил в ярость. Черномор защитил нас и помог уплыть. Викинги в него стреляли, но он заколдованный – стрелы падают, не долетая. А я больше не имею власти над воинами…

– А я спать так хочу, ребята… – не в тему молвил Степа.

– Двое дружинников! – рявкнул Иван. Из-за прибрежных деревьев сразу же вышли двое русских ратников. – Проводите, мужики, воина Степана, который крепко устал, и его невесту. Обеспечьте им условия для отдыха. И чтоб без идиотских шуток! Пока вы тут баинькали, парень викингам мозги вправлял и дело делал. И вообще он вам теперь не мальчик на побегушках, а… э… словом, почет и уважение чтоб! Я лично проверю потом.

– Можно я здесь останусь? – спросила Ингольда. – Я не так устала. Возможно, мое участие…

– Конечно, – ласково сказала Надежда, беря ее за руку.

Степа в сопровождении дружинников ушел нетвердой походкой.

– Я с миром, – повторил Черномор густым басом.

– У нас проблемы с викингами, – сразу перешел к делу Ваня. – Это народ с севера Европы. Они сюда приплывают и грабят наши земли, сжигают деревни, убивают людей русских… Мы прибыли с отрядом, чтобы все это радикально прекратить. Меня зовут Иван. А это моя жена Анна. А вот китаец Чоу, рыцарь из Германии Ганс и подземная фея Надежда. Мы викингов этих, что ты уже видел, несколько раз шугали, даже в плен брали… Степа зарубил в лесу шестьдесят человек ихних… А все не успокаиваются! А еще новые плывут – десять больших кораблей. Проблема в том, что места здесь обширные – за ними и не уследишь. Ну вот.

– Понятно. Спал я долго. Не пойму, что это так сморило… – медленно проговорил Черномор. – А раньше-то я такого безобразия не допускал. Мы с ребятишками моими везде тут похаживали, и все было тип-топ. Ни викингов, ни другой никакой хрени…

– А что за ребятишки? – спросил Ганс.

– Ну, отряд мой. Тридцать парней. Мы ж еще с древнейших времен здесь все охраняли: и на море, и по берегам. Если что, то могли и бурю устроить. Но обычно так делали: выйдем, постоим – и всем все сразу ясно. Оружие нас никакое не берет. Холода и зноя не боимся. Можем и под водой дышать. Силы много… Оружие носим, но оно редко в ход идет. Больше для виду…

– А где эти твои воины? – поинтересовалась фея.

– Не знаю. Может, тоже спят. Надо поискать их.

– А один ты можешь викингов остановить? – спросил Иван.

– Могу. Только я вялый какой-то… Спать охота… Этот ваш парень шуму наделал – так я и проснулся. Но не доспал еще… – Черномор зевнул, затем вытащил лодью на берег и сказал: – Я пока вздремну. Если чего – будите, не стесняйтесь…

Морской богатырь лег на песок и мгновенно уснул, лежа на боку и положив под голову огромную ладонь.

– Заколдовали его, – уверенно произнес Ганс. Иван кивнул.

– Я не смогу его расколдовать, – расстроено вздохнула фея. – Это мне не по силам.

– А его команду тоже, небось, заколдовали. Это все викинги! Ингольда, у вас есть колдуны? – спросила Аня.

– Есть. Но в поход мы их не брали. Я мало с ними общалась. Слышала, что они помогают нашим воинам на расстоянии. Отец с ними совещался перед походом. Но я не знаю, о чем он говорил с колдунами. Знаю, что все их опасаются.

– У нас в Китае говорят, что слабое превосходит сильное, – подал голос Чоу.

– В каком смысле? Что кого превосходит? – не понял Иван.

– Какая разница?! Так, кажется, по-русски. Хороший у вас язык. Как и в китайском: сказал – и не сказал, и сказал много, и сказал мало…

– Врубон, – молвил Ваня.

– Пойдем, Ингольда, к Степе, – предложила фея. – О нем надо позаботиться. Я его полечу немного, а ты рядом посидишь. Поговорим…

Бывшая предводительница викингов кивнула и сказала:

– Я вас очень прошу решить дело как можно более мирно. Я люблю свой народ. Хотя теперь, наверное, это уже и не мой народ. Если я смогу помочь в чем-то – вы скажите.

– Уже помогла. Не волнуйся. Мы же, видишь, стараемся. Думаю, надо им все ихнее барахло отдать и отпустить. Теперь уж не полезут, – ответил Иван. Чоу согласно кивнул.

– Только сказать им надо еще кой-чего, – добавил Ганс.

– Вы уж помягче, пожалуйста, – попросила Ингольда. – А то викинги – очень гордые и вспыльчивые. Если им говорить, что они козлы и дураки…

– Иди к Степе. Мы ж тоже не совсем уж… – успокоил ее Иван.

Надежда и Ингольда ушли. Остальные посовещались и решили, что Черномора лучше перетащить в лес – на случай, если викинги приплывут. Хотели кликать людей, но Ваня, почувствовав прилив энергии, приподнял морского богатыря за плечи и отволок подальше от берега. Там он уложил Черномора на мягкий мох в том же положении, что тот сам улегся на песке. Четверых дружинников посадили его охранять со строгим приказом не спать, а трепаться, петь и все такое.

* * *

Вечером в деревню пришел Даргу в сопровождении пяти других викингов. Они вели себя вежливо. Иван и дядя Вася поговорили с ними и условились, чтобы завтра те все приплыли за оружием и доспехами, а потом плыли бы к себе домой.

– Мы уплывем, – сказал Даргу. – Викинги не хотят воевать с вами. Но мы лучше погибнем в бою, чем будем выносить ваши оскорбления.

– Понятно, – ответил Ваня.

– Порядок будет такой, – молвил воевода. – На берег высаживайтесь группами по двадцать человек. Все ваше будет на песке лежать – разложим по отдельности. Каждый находит свои боевые принадлежности, затем все идут на лодьи. Потом следующие.

– Давайте по пятьдесят человек. А то долго будет, – предложил Даргу.

– Да наплевать, дядя Вася, – сказал Иван. – Пусть хоть все разом вылазят. Чё, мы с ними не справимся, что ли, в случае чего?!

– Ну ладно, – согласился воевода. – Только без шуток.

– Хорошо бы речь прощальную предусмотреть, – высказался Ваня. – Вот хоть после того, как вы все обратно на корабли заберетесь.

– Договорились, – ответил Даргу.

– Ну и ладушки, – завершил разговор дядя Вася. Все вежливо попрощались. Викинги ушли.

* * *

– Всё, блин, очень серьезно, – говорил Ваня поздним вечером у костра, когда лидеры отряда собрались на совет. – Я нутром чую, что те десять кораблей уже на подходе. Надо с этими разбираться и скорее что-то делать. Ведь хрен его знает, куда они поплывут – новые которые.

– А старые поплывут другие страны грабить, – молвил воевода, вертя рукой длинный седой ус. – Может, зря мы им оружие отдаем?

– Ум – хорошо, а когда ума нет – совсем хорошо, – сказал Чоу, улыбаясь. – Надо интуитивно думать, Дао чувствовать… Часто то, что выглядит глупым, получается умным.

– Тебя, уважаемый Чоу, фиг поймешь с твоей китайской философией! – ответил дядя Вася. – Что ж нам дурнями быть?!

– Вначале надо ум в себе развить, а потом его убить, – объяснил маленький китаец. – Тогда хорошо будет. Кайф, по-вашему.

– По-нашему, по-русски, надо врагов мочить до смерти, – буркнул воевода. – Чем их меньше останется, тем и лучше.

– Это лишь один вариант. И не самый дальновидный, – возразил Иван. – А про милосердие и говорить нечего тогда.

– Ты так, Ваня, треплешься, пока жену твою беременную стрелой али чем другим не ранили! – начал заводиться дядя Вася.

– Давайте не будем ссориться, – предложил Ганс. – Надо пробудить спящих морских богатырей. В этом – решение всех проблем. А викингов нам, конечно, не перевоспитать одним махом. Но показать им пример силы и доброты мы можем. Что и надо сделать.

– Может, ты и прав… – задумчиво молвил воевода. – Мы, мол, русские – такие мощные, что нам все по барабану… Сила, мол, у нас такая… Нормально. Да.

– Я думаю, это ихние колдуны сон на морских богатырей напустили. И наши дружинники – помните? – в дозорах уснули, когда викинги в первый раз напали. Надо это ихнее колдовство заблокировать, – высказался Степан. Он вполне пришел в себя и говорил спокойно и уверенно – так, словно давно тоже руководит отрядом.

– Вопрос в том, как его заблокировать, – усмехнулась Аня.

– Ну, это не по моей части, – воевода встал. – Пойду посплю, а с утра пораньше мои ребята вместе с деревенскими вынесут все ихнее имущество на берег и разложат там. А вы кумекайте, как с колдовством справится.

– Нет на дядю Васю Андрюши, – молвила княжна, когда старый воин ушел. – Ваня все же не очень авторитетно командует. И дядя Вася его все же не очень признает. А жаль.

– Ничего. Андрюха ему четко сказал, чтоб меня слушался. В крайнем случае напомню. Но я думаю, это не проблема. Проблема в колдовстве, – ответил Иван.

– А может, и не в колдовстве, – возразил Чоу. – Вот я с ведьмой живу, но мне не страшно, так как я следую Дао. Пути то есть. У нас любовь и согласие. Колдовство опасно только тогда, когда человек отходит от воли Неба.

– Да кто из людей живет в полном согласии с волей Божьей?! – усмехнулся Ганс. – Единицы!

– Мудрено говорите, – покачал головой Степан.

– Наоборот, слишком просто, – улыбнулась фея.

– Я хочу завтра сказать моему народу прощальные слова, – молвила Ингольда.

– Без проблем. Только чтоб они в тебя стрелять не начали, – предупредил Ганс. – И вообще, ты у нас тут не стесняйся.

– Да, – подтвердила Аня. – Мы люди простые. Я вот за Ваню когда замуж собралась, тоже немного подергались сначала. Мой брат заволновался, даже меч достал… А потом быстро все устаканили…

– Конечно, Ингольда, – добавил Иван. – Мы тут запросто. Без пижонства. Разве что на людях – покомандовать если надо. Но ты ведь не дура, понимать должна…

– Ваня! – укоризненно остановила его жена.

– Чего я сказал?! – удивился богатырь. Все, включая Ингольду, заулыбались. Ваня подумал и сказал: – Ну, я хотел, блин, выразить мысль, что она умная…

– Я вот уже сколько лет Ивана знаю, а все же не всегда могу разобраться, когда он серьезно говорит, а когда придуривает, – объяснила Аня ситуацию бывшей предводительнице викингов.

– Ну… я… как-никак… в деревне вырос… – отозвался славный русский богатырь.

Все посмеялись, а потом запели песни. И пели до глубокой ночи.

* * *

Еще было темно, когда Степан разбудил Ваню, спящего у догорающего костра. На всякий случай бОльшая часть отряда спала под открытым небом. Начинающий богатырь потряс богатыря опытного за плечо и прошептал:

– Иван! Проснись! Я чую что-то…

Ваня вскочил моментально. И сразу же, ухватив Степу и увлекая его за собой, откатился в сторону. А в том месте, где они только что находились, вонзилось в землю несколько стрел.

Парни мигом пригнулись за кучу бревен, лежавших рядом. Затем метнулись в сторону ближних кустов. Почему-то очень не хотелось поднимать тревогу. Ребята переглянулись.

– По-моему, это не викинги, – прошептал Степа.

– А кого ж еще принесло?! – удивился Ваня тоже шепотом.

В лесу раздались характерные звуки – кто-то с кем-то сражался. Начинающий богатырь вопросительно посмотрел на старшего товарища. Тот покачал головой: не пойдем, мол.

Подождали.

Вдруг Степа вскочил и помчался на другой конец деревни. Иван в ту же секунду рванул за ним. Несколько стрел свистнули у них за спинами.

Пробежав между домами и перемахнув через несколько заборов, потоптав какие-то овощи на огородах, парни вбежали в лес. Там они остановились перевести дух и оглядеться.

– Вон там, – почти беззвучно прошептал Степа, указывая рукой в густую темноту леса.

Волна страха нахлынула внезапно и очень мощно. Степан покачнулся и упал. Иван мельком глянул на него и рванулся вперед, ощущая прилив земной силы и характерное замедление течения времени.

Скорее почувствовав, чем увидев глазами, Ваня уклонился от нескольких летящих в него копий. Он вбежал в смутно белевшую стволами березовую рощу и увидел своих врагов – десяток мужиков в каких-то мохнатых одеждах, с луками и топорами. Девять двигались медленно – их реакции были обычные. А один, взмахнув топором, подскочил к Ивану в том же темпе, что и двигался русский богатырь. И одновременно душащий, всезаполняющий страх окутал парня, мешая двигаться, думать, реагировать.

Ваня с трудом уклонился от удара. Лезвие топора чиркнуло его по коже, разорвав одежду. Парень попытался перехватить руку противника, но тот шустро отступил.

Остальные враги тоже не зевали. Ваня перекатился в сторону и снова вскочил на ноги, ударом кулака по голове свалив одного из них. Меча у богатыря не было – когда ложился спать, отстегнул, думая, что нападений больше не будет.

Предводитель непонятных мужиков перехватил топор и ударил снова – на сей раз по косой траектории, идущей сверху вниз. В последний момент Иван успел уклониться, упав на спину. Он тут же откатился вбок, вскочил и стукнул ногой в грудь ближайшего медленно двигавшегося противника.

Степан вступил в бой. Ваня видел, как он появился между берез. Трое дядек в мохнатых одеждах повернулись к пареньку, который держал перед собой меч и двигался мягко и уверенно.

Но страх давил. Ваня с трудом превозмог его и успел – снова в самый последний момент – увернуться от новой атаки своего главного врага. Лезвие топора, царапнув богатыря по груди, вонзилось в березовый ствол. Мужик, державший его, на миг замешкался, вытягивая его обратно. Но Ваня не зевал. Он схватил дядьку двумя руками и жахнул им о торчавший из земли пень. Сила удара была столь велика, что тело мужика превратилось во что-то скомканное и бесформенное, а пень разлетелся в щепки.

Тем временем Степа успешно отбивался от троих нападавших. Иван атаковал остальных. А разобравшись с ними, поспешил на помощь другу, который успел-таки свалить одного противника.

Когда все было кончено и время потекло обычным ходом, Иван спросил:

– Еще где-нибудь чуешь этих гадов?

– Нет.

– Пошли. Надо посмотреть, что в других местах. Ты в норме?

– Да.

– Это колдуны какие-то. Хрен их знает.

В деревне было тихо. У избы, в которой спали Ингольда и Аня, ребята встретили Чоу и его учеников. Китаец сказал:

– Мы тренировались ночью в лесу. Почувствовали опасность. Там было двадцать три человека. Очень хорошие бойцы. Трое сражались очень-очень умело. По-моему, они стреляли в кого-то в деревне. Мы их всех убили.

– Они стреляли в нас со Степой. Мы в другом месте в лесу сразились с десятью. Но нам хватило. Я даже с царапинами…

– Больше опасности я не чувствую, – сказал Чоу.

– Народ поднимать будем? А кстати, дозорные – чего? – спросил Ваня.

– Думаю, они спят, – ответил китаец.

– Вот кто сон наводил! – догадался Степа.

– Возможно, это и они, – согласился Ваня. – Но поспать вообще-то было бы неплохо… Только царапины эти…

– Разбуди фею, – посоветовал Чоу. – А мы пойдем дальше тренироваться. Учиться надо старательно.

– Хорошо, – кивнул Ваня. И они со Степой пошли искать Надежду.

* * *

Подземная фея быстро залечила ванины раны. Ребята нашли ее на окраине деревни. Рядом с ней стоял Ганс. Он рассказал:

– Я пошел с Надей погулять… Гуляли-гуляли… А потом у меня возникла необходимость отлить. И я отошел шагов на десять…

– Видал, Степа?! – толкнул Иван в бок приятеля. – Рыцари как воспитаны! На десять шагов отошел! Чтобы даже звука льющейся струи даме не слыхать было! Мотай на ус, парень! Ну и что дальше?

– Только собрался возвращаться – а на меня трое с топорами из-за деревьев! Страшно! Жутко! И молча! Ну, я их и порубил мечом. Посмотрел, а больше никого нет. Но это не викинги.

– Утром разберемся, – молвил Иван.

– Это колдуны, – сказала фея. – Они страх внушали.

– Надо бы дозорных разбудить. Если они живы, конечно, – предложил Степа.

– Да где их искать?! Я не в курсе, где дядя Вася их ставил, – пожал плечами Ваня, разглядывая дыры на своей рубахе.

– Значит, надо разбудить воеводу, – молвил Ганс.

– А вон он сам идет, – показала Надя в сторону ближайших деревьев. – Он, похоже, тоже с кем-то сражался.

Дядя Вася шел, задумчиво поглядывая кругом. Подошел к ребятам и сказал:

– Чушь какая-то! Пошел я…

– По большой нужде? – перебил его Ваня.

– Трепло ты, Ванюха! Даром что удалец. Пошел я проверить дозоры – не спят ли. Только в лес зашел – а на меня четверо с топорами и с копьями! И молчат. И страшно так стало… Я сразу понял: колдуны…

– И убил их всех, – снова перебил Иван.

– На этот раз угадал. Но трудно было. Я думал покликать дружину, но решил сначала все же с вами посоветоваться. Я потом их разглядел: то не викинги, а хмыри какие-то волосатые.

– Ну и ночка! – вздохнул Ваня. – Хорошо, что так вышло удачно все. И каждому из нас досталась группа противников по силам. Чоу вон со своими ребятами двадцать трех замочили.

Раздались тяжелые шаги. Все насторожились.

– Это Черномор, – успокоила друзей Надежда.

Компания поспешила навстречу морскому богатырю. Он шагал к деревне. Увидев встречавших, Черномор остановился и спросил:

– Всё в порядке?

– Только что вокруг деревни мы порознь поубивали около сорока каких-то колдунов с топорами. Жуткие типы. Напали на нас. И совершенно молча. И страх нагоняли. Но теперь все чувствуют, что их больше здесь нет, – объяснил ситуацию Степа.

– Мохнатые и волосатые? – поинтересовался Черномор.

– Точно такие, – подтвердил Ганс.

– Ублюдки. Это они, похоже, меня усыпили. И ребят моих. Этих гадов было полсотни примерно. Гнездо у них где-то в здешних лесах было. То есть логово. Но мы найти не могли. Но мы далеко от берега обычно не ходим… – не очень внятно высказался Черномор.

– А кто это? – спросил Степа.

– Я ж сказал: ублюдки мохнатые и волосатые. Колдуют. Лезут везде. Мы их гоняли по побережью. А они, вишь, что удумали! Усыпили! Ублюдки – одно слово. Мохнатые.

– А может, еще остались? – предположил Ваня.

– Может. Почем мне знать?! А может, и нет. Я их не считал.

– А где твои бойцы спят? – спросил Ганс.

– Где-где… В море, наверное. Где-нибудь в песке на дне зарылись с головой и дрыхнут. А может, уже проснулись – как я. Надо их покликать.

– Да. А то викинги плывут еще… – сказал Иван.

– Викинги! Вот оно что! А я тут был еще не проснувшись! Ага! Встретим дорогих гостей!

– Ингольда просила как можно более мирно… – напомнил Степа.

– Да я мирно. Кулак покажу – и будет мирно. Во! – Черномор показал всем свой кулак. Впечатление было достойное.

– Ну так буди! Собирай своих! Да только сможешь ли ты этих викингов плывущих уловить? Море-то большое… – усомнилась фея.

– Да я с рыбами поговорю, они мне все и сообщат. Ну, я пошел. Часика через три-четыре я сюда вернусь, – с этими словами морской богатырь повернулся и зашагал к заливу.

– Ну, теперь самое время боевую тревогу объявлять, – пошутил Ваня.

Но дядя Вася не понял шутки. Слегка обалдевший от обилия колдунов, богатырей и прочих сложностей жизни, он воспринял слова Ивана буквально и заорал на всю деревню:

– Боевая тревога!!!

Дружинники повскакивали, готовя оружие и занимая позиции для обороны. Местные жители тоже проснулись, гадая, что за напасть случилась на сей раз. Ингольда и Аня выскочили из дома – обе в кольчугах и с оружием. Дозорные прибежали из леса – таков был приказ воеводы на случай тревоги. Словом, через минуту отряд был готов к бою. Только Чоу с учениками где-то продолжали тренироваться, не обращая внимания на перемещения дружинников и крики дяди Васи.

В предрассветных сумерках все замерло. Ваня стоял около воеводы и размышлял, что бы такое сказать, соответствующее обстановке. Остальные тоже молчали. Повисло какое-то напряжение.

И вдруг из леса вышла небольшая группа лохматых и мохнатых мужиков. Они прошли несколько шагов по открытому месту и остановились. Один громко сказал:

– Вы убили наших братьев. Мы пришли отомстить. Нас осталось только восемь, но мы готовы сражаться против вас всех.

– Счас подойду! Погодьте! – крикнул Ваня, и вместе с друзьями они двинулись в ту сторону, где стояли мохнатые злые дядьки. Богатырь хотел сказать жене, чтобы не лезла, но она так выразительно глянула на него, что парень промолчал.

Встав шагах в десяти перед молчаливой колдуновской группой, Иван молвил:

– Если драться, то это можно. Но у меня есть к вам вопросы.

– Ты убил нашего старшего брата! Амулет на моей груди говорит мне об этом! – выпучив глаза, взревел стоявший впереди мохнатый мужик.

– Так вот и вопрос: зачем вы все на нас напали? – спросил Ваня.

– Месть! – закричали дядьки, бросаясь на русского богатыря.

– Стоять! – вдруг грозно рявкнул дядя Вася. Мужики встали – то ли от неожиданности, то ли привыкли подчиняться команде.

– Кто тут хочет сражаться? Мы как раз закончили тренировку, – произнес Чоу, появляясь из леса с учениками. Те внушительно помахивали нунчаками. Китаец продолжал доброжелательным тоном: – Я понял, что вы хорошие бойцы. Моим ученикам это полезно.

– Что это у вас за обезьяна?! – недоуменно спросил один из мохнатых дядек.

– Сам ты обезьяна! – снова рявкнул воевода. – Как стоите?! Вы с кем разговариваете?!!! Кто старший?!

– Я! – после короткой паузы ответил мужик с амулетом. Он и остальные как-то подтянулись и выпрямились.

– Как звать?! – грозным голосом спросил дядя Вася.

– Хренус, – с готовностью ответил волосатый колдун.

– Кто вы такие?! Отвечать ясно и кратко!

– Братья старшего брата – колдуна Грызли.

– Чем занимаетесь?

– Воруем, колдуем, грабим, убиваем, разоряем, сжигаем… – всё, что приказывает старший брат Грызля.

– Грызли больше нет! Я за него! Понятно?! – вопросил воевода.

– Так точно, – ответил Хренус.

– Приказываю мне подчиняться! – вошел во вкус дядя Вася.

– Мы готовы! – хором ответили восемь мохнатых мужиков.

– Немедленно спать!!! Прямо здесь!!! Считаю до десяти. На счет «десять» вы должны спать. Подъем по команде «абрикос». Раз, два…

Мужики начали послушно укладываться спать на траву, кладя рядом свои топоры и копья. На счет «десять» они все уже сладко спали.

– Супер! – только и мог сказать Степа.

– Учись, – усмехнулся в усы воевода.

– Зомби, – сказала Аня. – Я читала про такое. Этот Грызля их полностью подчинил своей воле. Дядя Вася, видно, точно уловил и применил характерную форму обращения с ними. Молодец, дядя Вася!

– А что с ними делать-то будем? – спросила фея.

– Оружие изъять и наглухо повязать, – ответил воевода. – И пусть спят пока. Отнести в избу и стеречь.

– Отлично! – одобрил Ваня.

Дядя Вася окликнул дружинников и отдал соответствующие приказания. Русские ратники быстро обезоружили спящих мохнатых мужиков, обыскали их и крепко-накрепко связали. Потом их перенесли в один из ближайших сараев и приставили стражу.

– Ну а теперь пора, наверное, оружие на берег таскать, – предложил Ганс.

– Ох, умаялся я… Всё командовать да командовать… – молвил дядя Вася и отправился руководить процессом переноски доспехов и оружия викингов на берег залива.

* * *

Викинги приплыли спозаранку. Они вежливо ждали приглашения сойти на берег. Дядя Вася зычным голосом подгонял местных мужиков, таскавших оружие и доспехи из подвала дома Фомы Берендеевича. Дружинники, по обыкновению, сидели в лесу наготове – на всякий случай.

Иван, Степа и Ганс прохаживались по берегу, поглядывая на викингов. Фея занималась своим волшебством около спящих мохнатых мужиков. Аня ей помогала. Ингольда в одиночестве стояла в лесу у берега и собиралась с духом и с мыслями.

Наконец все было готово. Дядя Вася глянул на Ивана. Тот кивнул. Тогда воевода заорал:

– Господа викинги! Давайте сюда! Корабль свой забирайте и вещи!

После этого все отошли в лес и стали наблюдать, как викинги высаживаются из лодий и забирают оружие и доспехи. Действовали они слаженно, спокойно и быстро – видимо, их руководители заранее продумали ситуацию и дали необходимые инструкции.

Корабль стащили в воду.

Уже через полчаса все викинги снова находились на лодьях, успев надеть брони и обвешаться мечами, боевыми топорами, кинжалами и прочим. Только шлемы они не надели.

Ингольда вышла из леса на песок у воды и подняла руку в знак того, что хочет говорить. Рядом с ней на всякий случай стояли Ваня и Степа. Все стихли в ожидании.

Девушка произнесла короткую речь. Когда она закончила, все викинги дружно что-то прокричали.

С одного из кораблей слез Даргу и еще три воина. Они вышли на берег и приблизились к Ингольде. Даргу сказал по-русски:

– Мы желаем тебе счастья. Пусть ты никогда не пожалеешь о своем выборе. Не все наши воины одобряют его, но право решать – за тобой. Тем более что у тебя такие могучие друзья и жених. Надеюсь, что мы никогда не встретимся как враги, а может, когда-нибудь встретимся как друзья.

– Спасибо тебе, Даргу, за все. Тебя избрали вождем?

– Да, Ингольда. Я поведу корабли викингов в родные края. А там видно будет. Хоть я и благородного рода, но есть и еще желающие и достойные быть вождем.

– Передавай там от меня всем привет.

– Передам.

– Мы еще встретимся, Даргу, – произнес Степан, протягивая викингу руку. Тот пожал ее. Потом обменялся рукопожатиями с Иваном и кивнул.

Даргу и сопровождавшие его викинги вернулись на корабль. Они уже приготовились к отплытию, как вдруг вода в заливе забурлила, заходили волны, раскачивая лодьи и с пеной выплескиваясь на берег. И вот из воды стали появляться головы морских богатырей. Они двигались строем – один за другим. Впереди шагал Черномор. Все на берегу и на кораблях замерли, разглядывая невиданное зрелище.

Морские богатыри шли на берег. С доспехов стекала вода, от движений веяло мощью. В руках многие держали копья, на боку каждого висел меч в ножнах. Островерхие русские шлемы, чешуйчатые кольчуги, другое снаряжение – все это впечатляло своей добротностью и размерами. Ростом морские воины были подстать Черномору. Открытые лица выражали строгую решимость и в то же время великодушие.

Выйдя на берег, богатыри встали в один ряд на песке лицом к заливу. Черномор произнес:

– Мы пришли попрощаться.

После паузы викинги прокричали слова прощания и застучали древками копия о щиты. Потом они затихли, расселись у весел и, развернув корабли, поплыли в море.

А Черномор и его дружина стояли, глядя им вслед.

* * *

Когда корабли викингов скрылись из виду, Ваня, Степан и Ингольда подошли к Черномору. Степа сказал:

– Спасибо тебе.

– Дело общее, – ответил басом Черномор. – Русь беречь – это наше общее дело.

– А что с другими викингами делать будем – теми, что еще плывут? – спросил Ваня.

– А мы их уже повстречали. Объяснили, куда им плыть. Горячие, правда, гости оказались. Пытались в нас стрелять из луков да копья бросать. Ну, мы пару корабликов ихних на кусочки покрошили. А людям дали убежать. У берега это было. И они все поняли. Собрались и поплыли на запад.

– Классно! – восхитился Степа.

– Ну, мы пошли. За здешние края теперь не беспокойтесь. Мы перемещаться и быстро можем. И всплыть посреди залива можем из воды. Так что мир обеспечим, – сказав это, Черномор махнул рукой своим воинам. И они так же неспешно двинулись в море. И скоро скрылись под водой.

* * *

– Что ж, похоже, наша задача выполнена, – молвил Ваня, обращаясь к жене и друзьям, когда они через пару часов сидели и обедали.

– А что с этими зазомбированными делать будем? – спросил Ганс.

– Я их уже раззомбировала, – сообщила Надя.

– Лихо! – восхитился Степа.

– Но лучше им пока воли не давать, – добавила фея.

– Я их, пожалуй, к себе возьму, – сказал Чоу.

– Отлично! – одобрил Ваня.

– А меня к себе возьмешь учиться? – спросил Степа. – А то я ощущаю необходимость укрепить свою физическую и техническую подготовку. Я и по хозяйству могу…

– Возьму, конечно, – улыбнулся китаец.

– А мы с Гансом прямо тут под землю двинемся, – молвила Надежда. – Нам пора. Но мы еще обязательно встретимся.

– Интересно дело повернулось, – хмыкнул дядя Вася. – Нежданно-негаданно такая подмога…

– А жаль, что столько народу поубивать пришлось, – вздохнул Иван. – То ли дело – с печенегами…

– Когда я только познакомилась со Степаном, я поразилась, что воин после битвы скорбит об убитых им врагах, – сказала Ингольда. – Вы все, русские, такие?

– Не все, – усмехнулся Ваня.

– Да и китайцы не все хорошо сражаются, – добавил Чоу.

– Ну что ж, завтра снимаемся? – спросил воевода.

– Пожалуй. Если нет других идей, – ответил Иван.

– Тогда я пошел давать указания. Дорога дальняя, а поедем быстро. Колдунов мохнатых как повезем?

– Они уже не колдуны. Но везти их надо связанными. И сторожить, – объяснила Надежда.

– Поохраняем, – заверил ее китаец. – В крайнем случае, кого-нибудь из них убьем. Или всех. Учение – это не шутка.

– Все ж я вас, китаезов, не пойму, – буркнул дядя Вася и отправился инструктировать дружинников.

* * *

Вечером в деревне устроили пир. Местные жители благодарили воинов за защиту. Но дядя Вася не допустил никаких излишеств, сказав, что на следующий день отряду предстоит дальняя дорога, в которой, возможно, еще встретятся враги и другие трудности.

Степа не участвовал в общем веселье, а хмуро бродил по берегу залива в компании Ингольды, Ани и Вани.

– Понимаешь, Ваня, – говорил он, – я совсем не представляю, к чему себя готовить. То ли по белу свету мотаться и подвиги совершать в разных местах, как ты. То ли город строить все-таки и княжить там. Тогда другое учение требуется. То ли еще чего…

– Расслабься, – посоветовал Иван. – Для начала ты неплохо нагрузился. Чувствуешь, что у Чоу надо поучиться – поучись. Это тебе в любом случае пригодится. И места там отличные.

– Ингольда, а ты как начет того, чтобы в деревне пожить в лесу? – спросил Степа невесту. – Не затоскуешь там?

– Я тоже могла бы учиться у Чоу. И вообще я всегда мечтала пожить в деревне, без всей этой мишуры, без всей этой суеты… Устала я от боев, пиров и походов огромным войском. Мне вот интересно готовить научиться, шить, вязать… Раньше-то мне по положению нельзя было.

– Повезло тебе, Степа, – ухмыльнулся Ваня. – А я вот до сих пор в походах сам кашу варю и посуду мою. Зато, конечно, Анюта у меня очень боевая, умная и зверье всякое приручает. И вообще я ее люблю. Так что терплю. То есть терплю, что надо хозяйством заниматься.

– Жалко, что Надя с Гансом уже ушли, – сказала Ингольда.

– У них дел под землей куча. Они к нам в виде исключения присоединились. Там вообще особые обстоятельства, – ответила княжна.

– А свадьбу вашу в городе будем играть или как? – спросил Ваня.

– Да мы решили свадьбу не играть. Какое там?! Отец Ингольды погиб. Мои все родные погибли тоже недавно. Да еще вон сколько народу погибло тут, – сказал Степа.

– Да. Мы встретились среди горя и войны, – произнесла Ингольда.

– А обряды будете какие-то выполнять? – поинтересовалась Аня.

– Конечно. Только лучше не в городе и не шумно. Может, вот в деревне у Чоу… – предположила Ингольда.

– Мы вас с классным стариканом познакомим. Я его давно знаю. Он нас с Аней женил. Там почти по дороге. И без шума можно, – сказал Ваня.

– Можно, по-моему, – согласился Степа.

– Наверное. А что за старик? – спросила Ингольда.

– Увидите. Он очень добрый. В нем сила любви огромная. Мы все от него этому учимся, – ответил Иван.

– И я бы поучился! – воодушевился Степа.

– А ты переживал, чем заняться! – засмеялась Аня. – Научишься у отца Федора любить людей, у китайца Чоу – убивать людей и их воспитывать, у Андрюши, брата моего – управлять людьми…

– И еще хорошо бы понять, кто ты такой, – добавил Ваня.

– Ну и ну… – покрутил головой начинающий богатырь.

– А вот лесной колдун… – начала Аня.

– Расскажите, правда! – попросил Степа.

И пошли рассказы.

* * *

Обратный путь прошел без приключений. Днем скакали, ночью отдыхали. Не очень спешили, но и не тянули время.

Раненые дружинники быстро поправлялись – сказывалось лечение подземной феи. Да и Аня вносила свой вклад.

Мохнатые мужики вели себя неприветливо, но хлопот особых не доставляли. Их везли, привязанными к лошадям, а на привалах водили немного погулять. Чоу объяснил бывшим колдунам, что он их будет учить. Они явно не возражали.

Ингольда подружилась с Аней. Бывшая предводительница викингов постепенно осваивалась в своем новом положении, привыкала к русским порядкам и обычаям, совершенствовалась в русском языке.

Степан при любой возможности донимал Ивана расспросами о его приключениях и о том, как надо жить, учиться и совершать подвиги. Кроме того, он принимал участие в ежевечерних тренировках, которые Чоу проводил со своими учениками.

* * *

И вот, долго ли, коротко ли, доехали они до города, где княжил Андрей. Отряд встретили с почестями. Об успехе похода князю и княгине было уже известно. Воинов Андрей наградил и крепко похвалил. Для этого горожане и дружина собрались на площади и в течение двух часов вели речи и громко кричали. Аня, Ваня, Ингольда и Степа тоже присутствовали на торжественном мероприятии. Они стояли и еле сдерживали смех, слушая речь дяди Васи о том, как происходило дело. Воевода рассказывал так:

– Мы прибыли к берегам Балтики. Осмотрелись. Увидели в море корабли викингов. Смекнули, куда они плывут. И встретили их на берегу. Хорошо встретили. Поубивали их немного. Иван один корабль у них отнял. Шуганули, словом. И объяснили, чтоб убирались подальше и вообще на Русь никогда больше не плавали. Но они не послушались. Ночные атаки мы отбили. Сначала с помощью пчел, а во второй раз путем страшного рычания Ивана, от которого все упали в обморок. Еще глюки пошли, будто дракон сверху летает. Словом, повязали викингов. Почти четыре сотни. Но они снова ночью хотели атаковать! Пошли тайком через лес. И один наш русский парень – Степа из деревни, которого мы взяли в отряд по дороге – стоя в дозоре, сразился с ними один. И замочил более шести десятков викингов! А мы спали и не слышали. Потом викингов пленных отпустили и еще раз попросили отвалить мирно. И они уже осознали, что так всем будет лучше. Но тут наш герой Степан еще раз отличился. Он решил жениться на дочери убитого вождя викингов. И пошел к ним в лагерь за невестой. Один. А они – ни в какую! Не поняли любовь молодых сердец. И хотели Степу убить. Но он там устроил им такой шурум-бурум, так их начал долбать, что от шума проснулся наш древний русский морской богатырь Черномор. И навел порядок сразу. Но на нас ночью напали колдуны-зомби во главе со своим шефом. Я лично замочил четверых. Остальные тоже не зевали. Китаец, которого сейчас здесь нет, и его пять учеников сразились с двадцатью тремя этими зомби. Причем, по рассказам этих учеников, они впятером завалили двоих колдунов, а Чоу (так китайца зовут) – остальных. Иван и Степан тоже с десятком расправились. Да еще рыцарь с нами был немецкий – Ганс. Он по нужде в лес пошел и троих зарубил. Вот так! А потом проводили викингов. Черномор разбудил свой отряд морских богатырей – их тридцать мужиков здоровенных и подводных. Теперь они там все будут держать под контролем. А раньше их те самые колдуны усыпили. И грабили под шумок, маскируясь под викингов. И деревню, откуда Степан родом, всю уничтожили они. Но и викинги там грабили. Теперь всё. Черномор со своими целую армию уже завернули обратно. Вот так, люди добрые, дело было.

Народ радовался. И гордился героями. Все орали и кидали вверх шапки. Потом Ваня произнес короткую речь:

– Все дружинники в отряде проявили себя отлично. Стреляли из луков метко, дозоры несли бдительно, все дела делали справно, в бою действовали слаженно и умело. Никто не ныл и не пищал, хотя против нас были силы врагов вдесятеро большие. А дядя Вася ими руководил гениально. Так что вот.

Все снова заорали, одобряя воеводу и дружинников. После небольшой паузы речь повел князь Андрей:

– Все это здорово. Но на Руси еще много проблем. И вокруг Руси еще много проблем. Я надеюсь, что народ викингов со временем станет дружественным нам. Я прошу вас оказать должный почет дочери вождя викингов Ингольде, которая решила связать свою судьбу с русским воином, с нашим народом. А теперь, люди добрые, давайте расходиться. Дел у нас еще много. Всем спасибо.

Народ разошелся. Князь Андрей сказал друзьям:

– В тереме стол накрыт.

– Так пошли скорее! – ответил Ваня.

* * *

В городе пожили до конца сентября. Ездили по окрестностям, гуляли по лесам, купались в ближних реках. Вечерами собирались в княжеском тереме и вели разговоры.

Ваня и Степа помногу тренировались. Часто к ним присоединялся Андрей. Девушки же предпочитали спокойное времяпрепровождение и обычно чем-нибудь занимались втроем: читали, пели, принимали по делам купцов и бояр, ходили в гости…

В конце сентября поехали к пещерам. Там пожили два дня, а на третий день отец Федор совершил обряд соединения в семью Степы и Ингольды. Мероприятие провели тихо и скромно. Были только Аня, Ваня, Света, Андрей и двое учеников отца Федора. Потом Андрей и Света отправились обратно в город.

Через пару дней, попрощавшись с жителями пещер, Аня, Ваня, Степа и Ингольда двинулись через лес в сторону деревни Чоу. Они шагали бодро и весело. Погода стояла сухая и теплая. В лесу было полно грибов и ягод. Шли не спеша.

Конечно, скоро их встретили медведь и волк. Аня сразу же села на Мишу верхом и дальше всю дорогу так и ехала. Боярин рассказал, что новоприбывших учеников стало на одного меньше, так как один из них пытался в первый же день убить китайца во время утренней медитации. Остальные же бывшие колдуны активно включились в учебу и работу. Их подстригли и дали им нормальную одежду. Все это волк рассказывал на ходу, перемежая свои рассказы шуточками и приколами разной степени удачности – он учился острить.

В деревне прибывших встречали все жители, включая Дружка, Чудика и Барка. Маленький Давид уверенно топал по опавшим листьям под бдительным контролем троих своих няней – ворон тоже подключился к процессу воспитания. Аделаида выглядела, как и всегда, великолепно: темно-синее платье с блестками и золотая лента в черных волосах.

Для новых жителей уже достраивались две избы – большая и поменьше. Одна предназначалась для бывших колдунов, а другая – для Степы и Ингольды.

– За безопасность не волнуйтесь, – улыбаясь, сказал Чоу. – У нас все безопасно. Боярин на подмогу своих родичей привел. Да и мы не ша-ло-пай-ни-че-… ох!… Мы внимательные.

– Как у вас здесь хорошо! – воскликнула Ингольда.

* * *

Через неделю как-то вечером Ваня, сидя на крыльце, услышал знакомый свист. Парень вскочил и с радостью закричал:

– Баба Яга летит!

Сделав пару кругов над деревней, грозная лесная колдунья опустилась на землю, вылезла из ступы и произнесла:

– Проведать я вас, милые мои. И с пирогами, конечно.

Все сбежались ее приветствовать. Поставили греться самовары. И скоро, сидя всей компанией вокруг костра, они пили чай, ели пироги и слушали Бабу Ягу.

– А про Черномора с дружиной я, конечно, слыхала раньше, – говорила она. – Но думала, что они сгинули. Уж лет сорок или пятьдесят тому назад про них вдруг не стало ни слуху ни духу, как говорится. Я и решила, что их под водой змей какой-нибудь замочил. Хотя в таких случаях, наверное, надо говорить «засушил»… Словом, они пропали из моего поля зрения посредством моей серебряной тарелочки. А про Грызлю я и не в курсе была. Замаскировался, гад. Столько лет злодействовал, а я и не подозревала. И охмурял доверчивых дураков… Это бывает…

– А я вот не могу понять, зачем они вдруг на нас так напали. Ведь могли бы отсидеться в лесу и не лезть на рожон. Чего они полезли? – спросил Степа.

– Да зашкалило, видно, энтого Грызлю. Он на свое колдовство рассчитывал, наверное. И на выучку своих подчиненных. Но оказалось, что не на всех евоное колдовство дурацкое действует. Чоу вон мне сказал, что ничего такого и не заметил. Сражение обычное, говорит, было. Да и наши простые русские люди оказались устойчивы: воевода ваш, ты с Ванюшей, даже Ганс… Но он тоже уже почти русский. Хороший парень оказался, хотя сначала казалось, что идиот.

– Так бывает, – мудро заметил Иван.

– А бывает и наоборот, – хмыкнула Баба Яга. – Вот три столетия тому назад ездил по Руси один богатырь. На белом коне и с железной дубиной. Разбойников гонял, кочевников мочил, за вдов и сирот везде заступался… И вежливый был. Все его уважали. Я с ним раз поговорила и подумала, что он дурак. Хотя внешне энто было не заметно. И что вы думаете? Бояре хитрые его подговорили князя одного свергнуть. Сказали, что плохой, что обижает всех. А я знала, что нормальный был мужик энтот князь. Вполне нормальный. А богатырь тот завелся. Тем более что его пообещали самого там князем сделать – вместо того, которого попросили свергнуть. А еще пообещали выдать за него замуж пятерых самых красивых боярских дочерей. Сразу! Во как бояре придумали! Ну, парень-то был дурак, крыша у него от таких перспектив поехала…

– И что же, он убил того князя?! – не утерпев, перебил Степа.

– Мало того! Он и всю его дружину перед этим перебил. А дружина была немалая. Я точно не помню, но не менее двух тыщ воинов. Во как! Князь-то крепкий был и богатый. Словом, он их всех порешил, чтобы до князя добраться. А дружина верная была. Страшно вспомнить!

– И неужели его люди после этого князем приняли?! – поразилась Аня.

– Какое там, доченька! Отравили его бояре в тот же день, как он князя и дружину перебил. Кубок вина ему поднесли пятеро ихних дочек. Он и выпил. И – ау! Похоронили его в общей куче.

– А как же народ бояр таких терпел потом?! – спросила Ингольда.

– А недолго терпели. Кочевники-то прознали быстро. Через три дня прискакали туда. Вести скоро летят. А дружины-то и нету город оборонить. Так что скоро там ни бояр, ни простых людей вообще не осталось: кого убили, а кого в рабство увели…

– А как же он такую силу получил от Земли, если он ее на злое дело употребил?! – удивился Иван.

– А вот я уж и не знаю, милый, – ответила Баба Яга. – Энтот Грызля тоже не очень-то хилый был. И дракон тот в Гоби, с которым вы сражались. Да и других таких полно. Почему? Я не знаю. Кто-то по чести живет, а силов у него – ни фига. А кто-то злодействует и гадит, а у него мощь такая, что о-го-го! А большинство совмещают – посередине, значит. Так я кумекаю. А вы Федю из пещер спрашивали?

– Спрашивали. Он отвечает, что на все воля Божия. Говорит, что нам ее не осмыслить глобально. И что неисповедимы пути Господни. А еще он говорил, что наше дело – понять свой долг, сделать свой выбор правильно, исполнить свое предназначение, – сказал Иван.

– Они вообще немного чудаки, эти ребята из пещер, – помолчав, произнесла Баба Яга. – Поселились они там сравнительно недавно. Методы у них, по-моему, слишком уж мягкие. Хотя я против них ничего не имею. А Федя-то вообще молодец! Я его еще пацаном маленьким помню. Он уже тогда там поселился. Помню, решила я его как следует напугать – чтобы страху нагнать и, значит, личность евоную проявить. Подошла – а колдовство не идет! Хоть тресни! А он улыбается и говорит, что рад меня видеть. А я стою, глазами сверкаю, зубы скалю, руки растопырила… Смех и грех! Ну что тут скажешь?! Пришлось отбросить энту затею с пуганием и его похвалить. Он мне тогда на прощание камушек красивый подарил.

– А мне вот тошно людей убивать, – молвил Степа. – Я до сих пор, как вспомню, мне дурно делается. Почему люди не могут все по любви жить?

– Научатся еще, сынок. Я надеюсь, что научатся, – с улыбкой ответила Баба Яга. – Может, и не скоро, конечно. А пока приходится любовь с войной совмещать. Такое наше время.

– Но я все-таки хочу мирно, – упрямо сказал Степа.

– Значит, получится, коли так хочешь. Если, конечно, ты не окажешься идиотом, – усмехнулась Аделаида.

– Я постараюсь не оказаться идиотом, – пообещал Степа. – Но не уверен, что получится.

– Вот и хорошо, милый, что не уверен, – кивнула головой Баба Яга. – Уверенных-то я навидалась. Кое-кого даже опустила, что называется, по полной программе. Энто я умею делать. А по части любви, может, тебе и виднее…

Так они долго сидели и разговаривали.

* * *

– А что, Ваня, ты хочешь, чтобы у нас ребеночек родился? – спросила Аня мужа как-то в октябре. Дул холодный ветер, скидывая с деревьев пожелтевшие листья. По небу носились рваные облака. Лес шумел и гудел.

– Конечно! – ответил богатырь.

– А тебе не жалко, что придется менять в чем-то образ жизни? И хлопоты все же… И я буду с дитем занята…

– Справимся, я надеюсь. А ты здесь будешь рожать? Или в город переберемся?

– Здесь, конечно. И Аделаида поможет, и Чудик с Дружком… И обстановка тут хорошая, и лес вокруг… Да и Ингольду не хочу оставлять. Аделаида все же суровая очень и самобытная.

– Ну, ты у меня тоже самобытная, хоть и не очень суровая! – улыбнулся Иван, обнимая жену за плечи.

Осенний лес шумел. Везде прыгали пушистые белки, готовясь к зиме. Под кустами шуршали лесные мыши.

Аня и Ваня бродили между деревьями, взявшись за руки и думая о будущем, о прошлом, обо всем на свете…

* * *

Лесной колдун гулял около своей избы и слушал звуки осеннего леса. Белая борода развевалась по ветру, ветер задувал под свободную одежду, но старику явно не было холодно. Он улыбался чему-то и весело поглядывал на чрезвычайно пушистого кота Баюна. Тот сидел на крыльце и тоже слушал звуки леса.

Походив так с полчаса, старик уселся на ступеньку крыльца и спросил кота:

– Что услышал?

– Мяу. Мало чего. Я больше думал, чем слушал.

– И о чем же ты думал?

– О том, как Ване нашему дальше жить-быть. С дитем ведь хлопот много. На год в дальние края не пойдешь. И Аня теперь будет дома сидеть. Досадно…

– Дома тоже дела для богатыря найдутся, – успокоил лесной колдун. – Ты думаешь, у нас в лесах проблем не осталось?!

– А чего такое?! – всполошился кот. – Гоблины к нам добрались? Или ведьмы какие?

– Не бойся. Пока все тихо, – улыбнулся старик, гладя кота по голове и почесывая за ухом. – Чудища подземные – под землей. Печенеги с Русью торговлю активно ведут. Пути из Балтийского моря под надежной охраной. Злые духи успешно переучиваются на добрых людей. Драконы злые побеждены. Пока все тихо.

– Но ты что-то предчувствуешь? Мяу! Какие проблемы у нас в лесу?

– Увидим. А пока отдохнем, сил наберемся. А за Ваню ты не переживай. Что такое ребенок? Лишние несколько килограммов поверх рюкзака. Делов-то для богатыря…

– Ну… так он же пищит… кормить его надо… Мяу.

– Накормят, не боись. И подвигов еще насовершают.

– Хорошо, коли так… – промурлыкал кот.

Осень гуляла над лесом, пела свои песни, качала верхушки деревьев. Старик и кот молча сидели на крыльце. И обоим было ясно, что история Руси создается и великими подвигами, и такими вот спокойными днями.

* * *

Вот такая история случилась однажды в Древней Руси. Дело давнее, а память о тех событиях жива. Богатырями да подвигами всегда славилась Великая Русь. Надежно хранили родную землю удалые молодцы, мудрые старцы, умные правители, простые люди, даже звери и птицы… Многое переменилось с той поры. А многое и сохранилось. Может, только по виду другим стало…