11. Решающий поединок

Рыцарь Гномик, его дедушка сэр Дружок и принцесса Жужелка допили вино, поболтали о том о сем, посидели в тишине… Но никаких идей о том, что делать дальше, у них не возникло.

Наконец сэр Дружок сказал:

– Надо что-то решить! Нельзя сидеть просто так и ждать! Этот замок кишит вооруженными людьми, преданными принцу Жлобстеру. Втроем мы с ними не справимся. Надо придумать что-то неординарное, что-то нестандартное, какой-то гениальный план…

Гномик и Жужелка рассеянно покивали. Но мысли их были далеки от битв и сражений. Они смотрели друг другу в глаза и вздыхали…

Внизу во дворе замка послышались крики воинов, бряцание оружия, стук копыт и ржание лошадей.

Сэр Дружок выглянул в окно и сообщил:

– Прибыл большой отряд. А во главе его – сам сэр Кашалотиус, первый министр королевства, главный интриган и злодей, мой давний заклятый враг. Наверное, он прибыл сюда, чтобы сговориться с принцем Жлобстером о дальнейших совместных гнусных делишках.

– Надо заманить его в кабинет и разделаться с ним так же, как мы разделались с принцем Жлобстером, – с энтузиазмом предложила принцесса, вскакивая на ноги.

– Эта хитрая дворцовая каналья почует подвох и не придет сюда один, – охладил ее энтузиазм сэр Дружок. – Я его хорошо знаю. Приведет сюда с собой полсотни охраны… Или потребует, чтобы принц сам к нему вышел во двор…

– Я вызову его на поединок и убью, – молвил Гномик, тоже вставая на ноги и осматривая меч, который недавно отнял у Жлобстера. Он удовлетворенно улыбнулся, радуясь высокому качеству клинка, и смачно сплюнул на пол.

– О мой милый! – с негодованием воскликнула принцесса. – Перестань плеваться! На какой конюшне тебя воспитывали?! Немедленно отучись от этой отвратительной привычки! А не то я не выйду за тебя замуж!

И она топнула ногой.

Юный рыцарь не мог этого вынести.

– Да не больно-то я и хотел жениться на тебе, дура сопливая. Отправляйся к своему папочке и сиди там на цепи, как собака. А я другую невесту себе найду, гораздо лучше тебя, – отчеканил он.

И еще раз, напоказ и назло, плюнул на пол.

Жужелка побелела от такого неприкрытого и неожиданного оскорбления. Глаза ее загорелись гневом и ненавистью. И она недолго думая разрядила взведенный арбалет прямо в грудь своего возлюбленного. И закричала:

– Вот тебе! Получай! Мерзкий грубиян и невежа!

И тут же, переменившись в лице, бросилась к юному рыцарю с криком:

– О, что я натворила! Неужели я убила тебя, мой любимый?!

Но арбалетная стрела, пробив кафтан Гномика, ударилась о мешочек с золотыми монетами, который молодой человек предусмотрительно спрятал себе за пазуху.

Поэтому он лишь рассмеялся и ответил своей возлюбленной:

– Да ладно, не ори так! Жив я, ничего со мной не стало!

Юный рыцарь подумал немного, взял руки принцессы в свои и пообещал:

– Я отучусь плеваться, раз уж тебе это так не нравится. И я был не прав. Ты очень умная и красивая. Ты самая лучшая девушка на свете!

После этого принцесса Жужелка поцеловала Гномика. Влюбленные помирились.

А снизу уже громко кричал сэр Кашалотиус:

– Принц Жлобстер! Ты где?! Я приехал, чтобы тайно обсудить наши коварные планы, как мы с тобой и договаривались! Почему ты не выходишь меня встречать?!

– Сейчас я его встречу, – мрачно процедил сквозь зубы рыцарь Гномик. И решительно сказал своему дедушке и своей невесте: – Давайте спустимся во двор и сразу решим все проблемы одним махом! Я отрублю этому негодяю его поганую голову!

И они втроем стали спускаться по многочисленным лестницам замка, направляясь во двор, где снова орал подозрительный и осторожный сэр Кашалотиус:

– Жлобстер! Ты жив?! С тобой все в порядке?! Эй, Жлобстер!

– Я за него, – с издевкой молвил Гномик, выходя во двор и показывая всем меч принца. И с вызовом поглядел в глаза Кашалотиусу.

Первый министр заскрежетал зубами от ярости. Он понял, что юный рыцарь каким-то образом уже расправился с принцем Жлобстером. “Как он ухитрился это сделать? – недоумевал сэр Кашалотиус. – У принца было столько охраны…”

Тут во двор вышли сэр Дружок и принцесса Жужелка.

Старый рыцарь показал Кашалотиусу свой огромный и ржавый двуручный меч и лихо подмигнул.

А принцесса гневно топнула ногой и сказала первому министру:

– Я жалею лишь о том, что сбросила вам на голову только один полусгнивший сэндвич! Надо было вас с ног до головы закидать какой-нибудь тухлятиной! Вы отвратительный интриган и подлый предатель! Сейчас мой жених задаст вам трепку!

– Я вызываю тебя на поединок! – громко и отчетливо произнес Гномик. Он взмахнул мечом и направил его в сторону сэра Кашалотиуса.

Опытный дуэлянт и фехтовальщик, Кашалотиус все же заколебался в нерешительности. Гораздо проще, быстрее и безопаснее было бы отдать приказ своим воинам изрубить Гномика на куски. Но тогда пострадала бы честь первого министра. Ибо уклонившихся от вызова на поединок все считали трусами и ничтожествами. А сэр Кашалотиус хотел, чтобы все его уважали и боялись.

Однако и рисковать старый хитрец не хотел. Да, он знал множество приемов фехтования на мечах и множество подлых уловок, с помощью которых можно выиграть дуэль. Но кто его знает, этого юного и смелого рыцаря Гномика… Вдруг он, воодушевленный желанием жениться на принцессе, окажется опасным противником?

Кроме того, первого министра очень тревожило присутствие старого сэра Дружка с длинным ржавым двуручным мечом. Призрак это или живой человек? И почему он так загадочно и лихо подмигнул? Что-то зловещее почудилось сэру Кашалотиусу в этой улыбке…

Первый министр взвесил в уме все за и против и, не вылезая из седла, ответил Гномику со смехом:

– Молокосос! Сопляк! Неуч! Ты не выстоишь против меня на мечах и полминуты! Я предлагаю тебе поединок умов! Говорят, что ты едва-едва умеешь считать до пяти, да и то путаешься, хе-хе-хе! Пусть тот из нас, кто проиграет интеллектуальную схватку, добровольно станет пленником того, кто победит. Ну что, согласен? Или ты боишься, что глупее меня? Ха-ха-ха!

Рыцарь Гномик был вообще-то не очень силен в фехтовании. Его толком никто и не учил сражаться на мечах. Он вызвал первого министра на поединок просто потому, что не видел никакого другого выхода. Однако при этом понимал, что в схватке с опытным сэром Кашалотиусом у него практически нет шансов.

Конечно, поединок умов – это было гораздо-гораздо лучше!

Не желая показать врагу свою радость, юный рыцарь запальчиво крикнул:

– А вот и не путаюсь, когда считаю до пяти! И я даже… э-э-э… до шести умею считать! Вот! Давай сразимся интеллектуально! Я не боюсь тебя!

Кашалотиус, обманутый словами и тоном Гномика, от смеха чуть не вывалился из седла. И, предвкушая легкую победу над неопытным в поединках и необразованным юношей, с презрением бросил:

– Хорошо. Я задам тебе всего 10 вопросов. Они будут по таблице умножения на 5. Если ты не ответишь хотя бы на один вопрос, то ты проиграл. Я закую тебя в цепи прямо здесь.

– Договорились. Но если я верно отвечу на все твои вопросы по таблице умножения на 5, то ты станешь моим пленником, – хмуро глядя исподлобья на самоуверенного первого министра, ответил Гномик.

– И я согласен! Ха-ха-ха! И вы, прекрасная принцесса, потом расскажете вашему папе-королю, что наша интеллектуальная дуэль была честной – как и положено при поединке двух дворян. Ха-ха-ха! Ой, ха-ха-ха! Ой, не могу! Ха-ха-ха! – снова зашелся смехом сэр Кашалотиус, снова чуть не падая из седла.

Засмеялись и воины вокруг, с любопытством наблюдавшие это сцену. Засмеялись и слуги, стоявшие чуть поодаль.

Но прекрасная принцесса подбежала к своему возлюбленному, пылко поцеловала его и сказала громко:

– Я верю в тебя, мой герой! Я верю, что ты победишь и мы поженимся! Я верю в силу твоего ума!

И тихо шепнула:

– Если не будешь знать, что отвечать, то посмотри на меня. Я постараюсь тебе незаметно подсказать. Я тоже выучила таблицу умножения на 5.

Все воины и слуги, столпившиеся вокруг и смотревшие из окон, были весьма впечатлены поступком принцессы. Они поняли, что молодые люди любят друг друга – наперекор различию в их социальном положении, наперекор недоброжелателям, наперекор всему! А любовь, как известно, творит чудеса! Хотя и не всегда…

– Начинай думать о дыбе, на которой я тебя подвешу в пыточной камере, сопляк! И о раскаленном железе, которым я буду тебя прижигать! – с торжествующей злорадной усмешкой молвил сэр Кашалотиус.

– А я буду судить ваш поединок, чтобы все было честно, – добавил великан, перелезая через крепостную стену, окружавшую замок, и спрыгивая во двор. – Я хорошо знаю таблицу умножения на 5.

И десятиметровый детина украдкой подмигнул Гномику. Ведь это был тот самый великан, с которым юный рыцарь уже встречался на лесной дороге.

– Задавай свои вопросы! – спокойно ответил Гномик первому министру, вкладывая меч в ножны и сосредотачивая свой ум.

Все вокруг затихли.

– Глупый маленький мальчишка, скажи мне, сколько будет 5 умножить на 8? Ха-ха-ха! – с откровенной издевкой произнес сэр Кашалотиус. Он был абсолютно уверен, что юный рыцарь не сумеет дать правильный ответ.

– Пятью восемь – это сорок, – не моргнув глазом ответил Гномик.

Первый министр королевства был ошарашен. Он поскорее задал следующий вопрос:

– Ну а сколько, по-твоему, будет 5 умножить на 7? А?

– Пятью семь – это тридцать пять, – точно так же уверенно и спокойно ответил юный рыцарь.

Сэру Кашалотиусу сделалось не до шуток. Он злобно зашипел:

– Ты ничтожество! Все равно ты не сумеешь ответить на все мои десять вопросов! Сколько будет 5 умножить на 4, тупой болван?

Но Гномик, не обращая внимания на оскорбления, пожал плечами и сказал:

– Пятью четыре – это двадцать.

Кашалотиус скрипнул зубами от досады, а потом открыл рот пошире и рявкнул во все горло:

– Сдавайся, презренный тупица! Сколько будет 5 умножить на 10?!

Гномик на мгновение растерялся. Грубые слова, которыми противник осыпал его, и общее напряжение ситуации мешали соображать четко и спокойно. Но юный рыцарь нашел в себе силы справиться с растерянностью и, подумав минуту, ответил с достоинством:

– Пятью десять – это пятьдесят.

Первый министр, который уже начал надеяться, что Гномик не сумеет ответить на данный вопрос, зарычал от разочарования.

– Не рычите, как дикий медведь, сэр Кашалотиус! – крикнула принцесса. – Вы ведете себя не как аристократ! Стыдно! Вам бы не государством управлять, а…

– Замолчи! Не вмешивайся! – грубо оборвал ее первый министр. Конечно же. он сообразил, что Жужелка просто хочет дать передышку своему возлюбленному в этом тяжелом интеллектуальном поединке.

И разъяренный Кашалотиус побыстрее задал следующий вопрос:

– Сколько будет 5 умножить на 3?

– Пятью три – это пятнадцать, – легко ответил Гномик, которому голос принцессы сразу же придал сил и уверенности в себе.

Тогда многоопытный в разнообразных придворных хитростях первый министр заорал, приподнимаясь в седле:

– А сколько же будет 5 умножить на 5?! Говори скорее! Не думай! Говори быстрее!!! Ну!!!

И юный рыцарь чуть не сбился, чуть не сказал какую-то ерунду… Требование говорить быстрее чуть не завлекло его в коварно расставленную противником ловушку… Однако в последний момент, уже открыв рот и собираясь выдать неверный ответ, рыцарь Гномик опомнился, немного постоял с открытым ртом, а потом успокоился, собрался с мыслями и произнес твердо:

– Пятью пять – это двадцать пять.

Все вокруг с напряженным вниманием наблюдали за этим поединком умов. Воинам, слугам и даже лошадям и выглядывавшим из своих норок мышкам было очень интересно, чем он закончится.

А сэр Кашалотиус, уже слегка запаниковал. Ему впервые пришло в голову, что этот бой может завершиться и не в его пользу.

И старый хитрец решил снова сменить тактику атаки. Он спросил ласковым голосом:

– Сколько будет 5 умножить на 1, о высокочтимый знаток математики и жених прекрасной принцессы?

Разумеется, это был очень простой вопрос. Старый пройдоха знал, что молодой рыцарь сумеет на него ответить. Но Кашалотиус собирался с помощью откровенной лести сделать так, чтобы его противник расслабился, почувствовал себя очень умным – и потерял сосредоточенность.

– Хм… – растерялся от такой неожиданной смены стиля поведения врага Гномик. – Хм…

Его мысли спутались. Он попытался собрать их в кучу, но они расползались. Огромным усилием воли юный рыцарь все же сумел вновь сосредоточиться. И бросил в лицо своему противнику:

– Пятью один – это пять.

И захохотал от радости, что отразил и этот удар злого негодяя. Гномик пошире расправил плечи и весело осмотрелся по сторонам. “Я крутой и умный! – подумал он. – Я круче всех! Я – супер! Я и математику знаю, и на принцессе женюсь, и денег у меня куча, и все мной восхищаются…”

Как раз именно этого и добивался своей лестью расчетливый первый министр! Продолжая ласково улыбаться, он елейным голосом молвил:

– О, ты воистину крут! Мне еще никогда не доводилось сталкиваться в поединке со столь гениальным математиком! Ты – супер! Ты вообще умнее всех людей! Сколько же будет 5 умножить на 6? Скажи мне, о великолепный мудрец.

Вот это был удар так удар! Гномик даже покачнулся, хотя Кашалотиус не притронулся к нему и вообще не пошевелился, сидя на своей лошади.

Юный рыцарь ощутил абсолютную растерянность. “Только бы не выглядеть дураком! Только бы они все и дальше мной восхищались и считали меня очень умным!” – эта мысль заполнила все сознание Гномика. А для решения примеров там уже не оставалось места.

– Ты проиграл! Ха-ха! Сдавайся! Ты теперь мой раб! Все кончено! – заорал первый министр, размахивая руками и строя отвратительные рожи. Он снова резко сменил стиль общения – чтобы уже окончательно запутать и сбить с толку Гномика.

А тот стоял и не мог ничего ответить. Да, он хорошо выучил таблицу умножения на 5, но это было в спокойном состоянии. А в условиях столь мощного психологического давления и нервотрепки, юный рыцарь не мог ничего сообразить.

“Неужели это полное поражение и крушение всех надежд?” – подумал Гномик с тоской.

– Золото! Я хочу золота! И стрелять из арбалета! – вскричала вдруг принцесса.

Все посмотрели на нее как на ненормальную.

“Истерика у девицы от страха за этого молокососа”, – подумал сэр Кашалотиус с радостью. Он уже снова не сомневался в своей победе.

Но Жужелка не была в истерике. Просто она решила так незаметно намекнуть своему возлюбленному о том, каков правильный ответ. Ведь золотых монет, которые Гномик сначала дал принцу Жлобстеру, а потом отнял обратно, было ровно 30 штук.

И эта девичья хитрость сработала!

Юный рыцарь все тут же вспомнил – и про золотые монеты, и про выстрел невесты в него из арбалета. Он вытер пот со лба и, приходя в себя, ответил своему врагу:

– Пятью шесть – это тридцать.

– Вот это боец! – восхищенно сказал кто-то из бывалых воинов про молодого рыцаря. – Вот это характер! Вот это интеллектуальная подготовка!

А первый министр королевства, опешив лишь на мгновение, снова бросился в атаку:

– А сколько будет 5 умножить на 2?

Он тоже был хорошим бойцом и умел держаться и атаковать до последнего. К тому же он понимал, как велики ставки в этой игре.

– Пятью два – это десять, – медленно произнес Гномик.

Оставался последний вопрос. Кто кого? Все зрители затаили дыхание.

И тогда первый министр соскочил с коня, подошел к молодому рыцарю вплотную и прошептал, глядя тому в глаза:

– Ты не сумеешь ответить на этот последний вопрос. Ты не сумеешь. Он самый сложный. А ты и на более простые вопросы с трудом отвечал. Ты проиграешь. Ты уже проиграл. Сколько будет 5 умножить на 9, глупый глупыш? Ты ведь не знаешь этого. Не знаешь.

Как вы понимаете, он хотел загипнотизировать Гномика. И внушить, что тот нечего не понимает в математике.

Однако холоден и невозмутим был голос юного рыцаря, когда он произносил последний ответ в этом поединке:

– Пятью девять – это сорок пять.

– Правильно! – заревел великан.

– Победа! – завизжала от восторга принцесса и, бросившись к своему жениху, повисла у него на шее.

– Да здравствует принц Гномик! – закричали все воины и слуги. – Да здравствует наш новый принц!

– Так нечестно… – пытался возразить сэр Кашалотиус, которому двое дюжих ратников уже заламывали руки за спину, пока двое других отнимали у него оружие.

А рыцарь Гномик весело смотрел на всех и радовался, что так все здорово получилось.